Admissor
Шрифт:
Ключ на старт. Экстренный порт. Форсированный старт.
Плящущее под дюзами пламя выплюнутого сверхтоплива.
Синхронизация.
И десятки, сотни тысяч до невозможного ярких звезд.
Джеймс в очередной раз перевернулся с бока на бок, вздохнул и сел в кровати. Странный сон неохотно покидал разум, оставляя после себя только тянущую пустоту и память об усеянной звездами пустыне.
Темная
Парень встал, тихо вздохнув. Подпрыгнул - резко, жестко, почти вбивая пятки в залитый бетоном пол. Наслаждаясь ровным, здоровым напряжением в мышцах. Руки, ноги, тело, даже шея - каждая мышца двигалась именно настолько, насколько это требовалось. Так, как это было нужно. Никаких лишних жестов, перенапрягающихся мышц или подрагивающих пальцев.
Усмехнувшись, Джеймс подпргынул, приземлившись на руки. Две, одна, четыре пальца, три - его не покачивало. Сальто на месте, стойка на вытянутых руках - и снова на паре пальцах. Равновесие не терялось, центр тяжести будто прилип к нужной точке. Он мог бы так простоять пару часов.
Слух, зрение, обоняние - Доктор не обманула, все вернулось в почти забытую норму.
Новые способности будоражили. Они потрескивали на грани понимания, манили, умоляли их использовать.
Джеймс был почти рад. Все не просто вернулось в норму - стало гораздо лучше, чем раньше. Рак прошел. Его тело не разваливалось на куски, легкие больше не вылетали изо рта вместе с кровью во время кашля. Ему больше никогда не придется почувствовать химию. Эту гребаную кислоту, льющуяся по венам.
Все было лучше, чем раньше.
Вот только раньше не было того страшного, изматывающего чувства, что бередило его разум. Джеймс прикрыл глаза и снова увидел земную тропосферу и застывшее в ней существо, похожее на смесь червя и кита. Ощутил, как тлеет странная, невозможная жизнь внутри рассыпающейся на куски твари.
Ощутил, и понял ее намерение.
Существо смотрело на миллиарды людей под ней не как на жертв. Не как на добычу. Жертва может убить охотника, у добычи могут вырасти зубы... оно смотрело на людей как на ресурс. Так, как они сами смотрят на нефть, газ или леса. Их изобретательность, их стремление к конфликту - для существа это было просто топливом. Ресурсом, который нужно добыть, переработать и отправиться дальше.
Джеймс впервые в жизни почувствовал себя ресурсом, и ему это не понравилось.
В переборку, заменяющую дверь, постучали. Не слабо, не сильно - аккуратно, прикладывая именно такое усилие, которое необходимо. Не слышно ни шагов, ни нетерпеливого переминания с ноги на ногу - только тихое дыхание. Он уже знал, кого увидит. Знал, что это единственная преграда, отделяющая его от свободы.
И
Мир рассыпался на осколки. Нет, не осколки - карты. Одинаковые карты, которые змеятся в руках опытного шулера. Тянутся, прыгают из ленты в ленту. Поток белых прямоугольников почти бесконечен и в какой-то момент он понимает, что до невозможности грубо жульничает: карты из разных колод.
Боль. Яркая, жесткая, единственной вспышкой прокатывающаяся по позвоночнику. Он отпрыгнул влево - и получил пулю куда-то под лопатку. Он отпрыгнул вправо, и бой с его надсмоторщицей продолжился. Одна застывшая секунда растянулась на тысячу, в открывшуюся на считаные сантиметры переборку просунулся ствол маленького, почти игрушечного револьвера.
Черная вспышка: в какой-то из нескончаемых комнат он оказался не таким удачливым.
'Так вот как это - умереть? Чернота и все?'
Его волокло сквозь целую серию черных вспышек. Он купался в боли, с него срывало ту самую рубашку, в которой он родился. Мир трещал, надрываясь от чудовищного напряжения, а он все тянул и тянул на себя бесконечную карточную череду - череду невероятных вероятностей.
И - вот оно.
Укрывшийся за перевернутой койкой Джеймс недоумевающе вертел головой. Шесть громких щелчков эхом отдались в голове, грохотом пронесясь по комнате. Он удивленно смотрел на изорваную пулями мебель и покрытые дырами и выщербинами стены: он ведь уклонился в самый-самый распоследний момент. Джеймс смог, а значит - ему нужна именно эта карта. Его единственная выигрышная комбинация. Комбинация, которая подарит ему свободу.
Револьвер щелкнул, выплевывая седьмую пулю.
Койка перегородила путь влево. Спереди смотрело дуло пистолета. Справа была стена. Переместиться... чернота. Подпрыгнуть, вскочить, оттолкнуться от стены... черные вспышки. Одна за другой, безостановочным потоком.
Триллионы альтернатив. Бесчисленные варианты и вероятности. Бесконечная череда карт.
Черных - все до единой.
Револьвер не щелкнул.
Девочка, вошедшая в комнату, убрала оружие обратно в карман. Средиземноморские черты лицы были все так же безупречно свободны от эмоций. Будто она и не стреляла в него всего секунду назад. Будто она не убила его мгновением раньше.
– Доктор хочет вас видеть.
Не приказ, не просьба - исключительно информативное сообщение. Она просто передала ему то, что просила передать Доктор. Кажется, она даже не ожидала ответа - или потому, что уже его знала, или ей просто было безразлично. Скорее первое.
– Тебя.
Джеймс выбрался из-за железной койки, в очередной раз порадовавшись начавшим работать рукам. Его одежда - если больничные тряпки можно назвать одеждой - перепачкались в пыли.