Адония
Шрифт:
Сразу трое слуг в зелёных камзолах приблизились к столу и почтительно замерли, ни о чём не спрашивая.
– Ничего не нужно специально готовить, – добродушно сказал монах. – Давайте то, что есть из готового.
Вчерашний повар поставил четыре глубокие миски и налил во все суп с клёцками. Адония попробовала и блаженно закрыла глаза. «Неописуемо вкусно!» После того, как миски опустели, повара подали фасоль в белом соусе и свинину на рёбрышках.
– Может быть, ты пожелаешь чего-то ещё? – спросил разомлевшую от сытной еды девочку Люпус.
– Да, –
Повар склонился, изображая предельное внимание.
– … Сладкое есть что-нибудь?
– Есть кисель, моя госпожа, – почтительно ответствовал повар. – Он сладкий.
– Хорошо. Пожалуйста, принесите кисель, и ещё рыбу для моей кошки, и ещё бочонок солёных грибов и бочонок пива.
Цынногвер смущённо потёр нос. Филипп состроил лёгкий аплодисмент. Монах улыбнулся и проговорил:
– Кажется, придётся здесь задержаться. На час, если не больше.
Прошёл час. Цынногвер рассказывал какие-то шутки, и все хохотали. Филипп изображал Адонию, требующую бочонок пива, и на всех снова накатывало веселье. Люпус, благодушно посматривавший на всех, согнал с лица улыбку, подался к столу – и Филипп, Регент и Адония смолкли.
– Ты не задержишься здесь на пару дней? – спросил монах Регента.
– Как прикажете, патер.
– Я хочу, чтобы ты дал ей первый урок фехтования. Вообрази, когда вернётся Глюзий, у девочки уже будет начальная база. И, раз уж у вас так удачно сложились отношения, составь ей режим. В первой половине дня, скажем, пусть изучает науки, – и прежде всего светские правила, она ведь гинеи от шестипенсовика не отличит. Во второй – пусть у свободных бойцов берёт уроки фехтования и стрельбы.
– Всё сделаем, патер.
– Как устроилась? – спросил Люпус теперь у Адонии.
– Чудесно устроилась, патер! Как королева! Хотите взглянуть?
– Что ж, зайду на досуге. Вы посидите ещё, а я вас покину.
Он неторопливо встал и пошёл к двери, и все находящиеся в столовой встали и поклонились ему вслед.
– Хороший был завтрак, – довольно вздохнул Регент. – После такого количества съеденного и выпитого от занятий не будет никакой пользы. Бери рыбу для кошки, иди в бастион и часа два отдохни. Потом я зайду за тобой, и мы пойдём к фехтовальщикам.
– Ой, мне же там должны ещё зеркало принести!
– Ну так беги. А мы тут с Филиппом ещё поговорим о делах.
Лёгкой пташкой прилетела Адония в свою залу. Сунув под носик кошки миску с рыбой, она стянула ботфорты, сбросила рыжий камзол и упала навзничь на аккуратно заправленную постель. И незаметно для себя уплыла в сон.
Проснулась она от того, что кто-то осторожно взял её за руку.
– Как чувствуешь себя? – ласково спросил Регент.
– Что? Пора заниматься? – села в постели, и радостно и широко раскрыла глаза Адония. – Я готова.
Она торопливо надела камзол, натянула ботфорты, подскочила к столу и, запустив руку по самый локоть в принесённый вчера бочонок, выудила гриб и сунула
– Ффто?
Регент, каким-то счастливым взором смотрящий на неё, подошёл и так же выудил себе гриб.
– Фаниматься пова, – передразнивая, промычал он.
Адония сделала широкий жест рукой в сторону двери. И он так же сделал жест рукой в сторону двери. Оба улыбнулись, повернулись и, касаясь руками друг друга, пошли.
Они направились в сторону так удивившей вчера Адонию огромной круглой башни, в которой не было ни одного окна, ни одной двери. Но до неё не дошли, а свернули в какой-то дворик. Миновали открытый портал, и попали на широкое, ограждённое невысокими каменными стенами хорошо утоптанное поле. Ещё на подходе Адония услыхала нестройный звон клинков. В поле работали две пары. Взрослые, с металлическими накладками на лице и груди, и взрослый с подростком, – у этих концы шпаг были закрыты металлическими наконечниками, похожими на бочонки. Вдоль одной из стен, ровным рядком выстроились железные люди – полые рыцарские панцири, поставленные в разные позиции. Один держал в железной руке высоко поднятую шпагу, второй – наоборот, низко опущенную, третий имел щит и кинжал. Что дальше – Адония не рассмотрела.
– Вот твоё место, – сказал Цынногвер, подводя девочку к невооружённому рыцарю.
Рядом с рыцарем стоял стол. На нём покоились выложенные в ряд четыре короткие шпаги. Что-то ещё там было, у самого края, накрытое плотной тканью, но на это Адония не обратила внимания.
– Возьми, – приказал Цынногвер, – любую из шпаг. – Взмахни. Сможешь почувствовать, какая тебе по руке?
Адония, решительно шагнув, пристально посмотрела на шпаги, медленно протянула руку и взяла одну.
– Вот эта, – сказала она.
– Ты уверена? – удивился Цынногвер. – Попробуй все остальные. Я выбрал самые лёгкие, но не поручусь, что любая подойдёт.
– Эта! – упрямо повторила Адония.
– Но почему?
– Я чувствую, что мне с ней – хорошо. Чего зря время терять?
– Согласен. Итак, подойди к манекену.
Регент тоже взял себе шпагу и встал рядом с металлическим рыцарем.
– Смотри. Удар сверху вниз носит название «дэкстр». – Он повёл шпагой, показывая удар.
– Дэкстр, – повторила удар девочка.
– Да. Теперь – удар снизу вверх. Носит названье «синистр».
– Как красиво! – засмеялась Адония. – Дэкстр-синистр! Дэкстр-синистр!
– Смотри дальше. Удар сверху-справа – правый дэкстр. Сверху-слева – левый декстр. И то же с синистрами. Повтори.
Адония со свистом несколько раз рассекла воздух.
– Что делается, – удивлённо, как бы про себя, сказал Регент.
Он шагнул, взял руку Адонии в свои, ощупал её запястье.
– Какая сила. Ты ведь в первый раз железо в руке держишь, не так ли?