Адское пламя
Шрифт:
Кейт тоже смотрела на меня, и я понял, что она заводится, несмотря на прохладный воздух. Мы привлекаем друг друга физически и очень подходим сексуально, так что, даже когда она со мной не разговаривает — а это случается примерно пару раз в неделю, — все равно занимаемся любовью. Сказать по правде, мне иногда это очень нравится.
И я сделал первый шаг по направлению к ней. Она поколебалась, потом бросила свои одежки на песок и шагнула в мою сторону.
Я почувствовал, как горячая кровь устремилась обратно в усохший пенис.
Теперь нас
— Какой горячий!
Я коснулся пальцами у нее между ног:
— У тебя тут тоже горячо.
К этому моменту мы оба уже пылали, как только что испеченные пончики, лишний раз доказав, что, поссорившись с подружкой, нужно тут же кончать все разговоры и переходить к сексу.
Мы еще сильнее прижались друг к другу, и я почувствовал ее груди и бедра, прижатые к моим, и ее руки у себя на ягодицах — она еще ближе притягивала меня к себе.
Я упал на колени, поцеловал ее светлый кустик и собрался уже повалиться на спину, чтобы она могла залезть на меня, но Кейт вдруг повернулась спиной и потребовала:
— Целуй туда, где укусил!
О'кей. Правда, я уже толком не помнил, куда именно кусал, так что покрыл поцелуями всю территорию.
Потом она повернулась обратно и потребовала:
— А теперь проси прощения!
По-прежнему стоя на коленях, я сказал:
— Прости меня.
— Целуй мне ноги!
Ну хорошо. Я стал целовать покрытые песком пальчики ее ног.
— Ляг на спину!
Я повиновался.
Кейт опустилась на колени, разместившись у меня между ног, взяла Джона-младшего в руку и заметила:
— Этому парню надо бы помочь.
Потом положила ладонь мне на промежность:
— А куда они подевались?
— Туда, где теплее.
Она нагнулась к моему животу, и через минуту яички заняли положенное им место, а Джон-младший стоял как истукан, указывая на созвездие Пегаса.
Кейт опустилась на меня и задвигала бедрами в удобном ей ритме, пока не достигла тихого, но мощного оргазма.
Потом скатилась с меня, встала и начала одеваться.
Я почувствовал, что меня гнусно использовали.
— Кажется, ты забыла обо мне.
Она вытряхнула песок из лифчика и заявила:
— Ты гораздо лучше себя ведешь, когда заведешься.
— На самом деле я становлюсь по-настоящему гнусным, когда заведусь.
— Ничего подобного, — улыбнулась она. — Ты тогда похож на щенка-подлизу.
Я сел.
— Да я почти кончил! Мне и нужно-то всего одну минутку…
Она натянула юбку и свитер.
— Если подождешь, пока мы примем горячий душ, я тебе все возмещу.
— Ладно, договорились. — Я быстро поднялся на ноги и натянул свою влажную одежду.
Мы залезли в джип, и Кейт включила печку на полную мощность.
Мы выехали из парка и повернули обратно на запад, в сторону своей гостиницы.
— Если у меня начнется воспаление легких,
— Я знаю. Прости меня.
— Я ведь и вправду подумала, что это акула меня укусила.
— Знаю. Глупо с моей стороны. Извини.
— И ты никогда — никогда, слышишь! — не будешь больше притворяться, что тонешь!
— Я понимаю, это совершенно непростительно. Но ты меня все же прости.
— Ты просто жалкий клоун!
— Я знаю. Хочешь, потрахаемся?
Она засмеялась.
Так мы и ехали по пустынному шоссе, держась за руки и слушая какую-то местную радиостанцию, передававшую песни Джонни Матиса, Нэта Кинга Коула и Эллы Фицджералд.
Мы вернулись в гостиницу, и идиотский ключ никак не желал отпирать замок, так что я чуть не вышиб дверь, но Кейт все же отперла ее, и мы рванули вверх по лестнице как два тинейджера, которые только час назад познали радости секса.
Стоит добавить, что горячий душ оказался гораздо лучше, чем холодная вода в заливе, и Кейт, выполняя данное обещание, возместила мне потерянное на ожидание время.
Часть VI
Суббота
Север штата Нью-Йорк
Америка совместно с евреями выступает лидером в разложении и разрушении всех ценностей — моральных, политических или экономических, лидером коррупции. Посредством дешевой пропаганды она сеет между людьми отвращение друг к другу и распутство.
Глава 12
Члены исполнительного совета и Харри Маллер сидели молча, пока Бэйн Мэдокс собирался с мыслями. Потом тот продолжил свои рассуждения.
— Первое, что нам следует сделать, — это установить временные рамки осуществления плана «Грин». Ядерные чемоданы, — он кивнул в сторону одного из них, — нуждаются в периодическом обслуживании, чтобы наверняка обеспечить их взрыв и максимальный выход энергии, заложенный в проекте. Все это очень сложно, когда мы имеем дело с плутонием, но, к счастью, у меня есть специалист в области ядерной физики, который этим и занимается. Имя этого джентльмена — Михаил, он русский, но работает в Америке. Я уже связался с ним, и он завтра сюда приедет, а к вечеру завтрашнего дня, если не возникнет никаких проблем, устройства будут готовы и включены.
— А этот Михаил, — осведомился Лэндсдэйл, — что-нибудь знает о проекте «Грин»? Или об «Адском пламени»?
— Конечно, нет. Он считает, что эти устройства будут размещены на Ближнем Востоке, и полностью с этим согласен. А больше ему ничего не надо знать.
— А где он сейчас?
— Живет на восточном побережье и работает в одном из американских университетов. Это все, что вам надо знать. И он понимает, насколько это дело срочное. — Мэдокс улыбнулся. — А поскольку Михаил получает по пятьдесят тысяч за визит, то будет здесь так скоро, как только сумеет.