Адское пламя

Демилль Нельсон

— Ничего необычного или странного, — сказала Кейт. — И никаких следов, что тут кто-то копался. Но могу спорить на что угодно: с пленки и дисков что-то стерли.

— Более вероятно, — заметил я, — что пленку, диски и флэшку просто заменили запасными — их у Харри было полно.

— Значит, в лаборатории не обнаружат никаких следов уничтоженных снимков.

— Думаю, нет.

Я поднял сотовый телефон Харри и, включив его, просмотрел список последних входящих звонков.

В субботу, в девять шестнадцать утра, звонила Лори Баник — в ответ на звонок Харри,

прозвучавший в семь сорок восемь; потом еще десять звонков от нее, начиная с полудня субботы, после полученного от него сообщения в шестнадцать ноль две, все воскресенье и даже сегодня, в понедельник.

Потом был звонок дежурного офицера Кена Рейли в двадцать два семнадцать в воскресенье — реакция на звонок Лори в офис АТОГ.

Следующий входящий звонок на мобильник Харри имел место в двадцать два двадцать восемь в воскресенье, с некоего номера в Нью-Джерси.

— Это не домашний номер Уолша? — спросил я у Кейт.

— Он самый.

— Но он сказал, что не звонил Харри, пока не приехал нынче утром в офис.

— Значит, соврал.

— Точно… А вот и звонок Уолша нынче утром… а перед ним звонил Кен Рейли, всю ночь, из дома двадцать шесть…

— Такое впечатление, что Том Уолш гораздо больше озабочен всем этим, чем хочет нам показать, — задумчиво произнесла Кейт.

— Это еще мягко сказано, — поддержал я. — Он все время врет, пудрит нам мозги, а значит, это было не простое задание с приказом только вести наблюдение.

— Думаю, мы уже пришли к такому выводу.

Я еще раз посмотрел на сотовый телефон Харри и увидел запись моего собственного звонка в воскресенье после полудня, когда я предлагал ему заделать охотничье рагу, а потом мой последний звонок в девять сорок пять сегодня утром. После этого было еще несколько звонков от Лори.

Кейт, не отрывая взгляда от мобильника, произнесла:

— Как это все грустно…

Я кивнул. Я не знал пароля, которым пользовался Харри, так что не мог просмотреть полученные им сообщения, но ребята из техотдела в состоянии это сделать.

Потом я просмотрел список последних исходящих звонков. Утром в субботу, в семь сорок восемь, он звонил Лори Баник, потом, в шестнадцать ноль две, отправил ей текстовое сообщение. И больше ничего.

Я уже хотел было закрыть и выключить мобильник, когда он зазвонил, испугав нас обоих.

Я посмотрел на определитель номера: звонила Лори Баник. Я взглянул на Кейт — она совсем расстроилась.

Я подумал, не ответить ли на звонок, но не был готов к этому сейчас, стоя всего в пяти футах от мертвого тела, а потому выключил телефон и положил его обратно на каталку.

Я посмотрел на часы. Еще немного, и сюда прибудут полиция штата и агенты ФБР из Олбани. Плюс еще два парня из оперативной группы — они уже, наверное, приземлились в аэропорту Саранак-Лейк. Интересно, кого Уолш послал, чтобы нас подменить? Видимо, тех, кто четко выполняет приказы.

— Давай осмотрим одежду, пока легавые не приперлись, — сказал я Кейт.

Она пошла к раковине и смыла из-под носа остатки «Викса», а я, воспользовавшись этой возможностью, сунул

в карман карту местности. Кража вещдоков с места происшествия — уголовное преступление, но наверняка эта карта мне понадобится, а кроме того, мой проступок вполне оправдывается враньем Уолша и тем фактом, что именно я, а не Харри мог сейчас лежать на этом столе.

Кейт уже подошла ко второй каталке и начала обнюхивать рубашку Харри.

— Нет, я совсем не уверена… может, конечно, это и табачный дым…

Я же не чувствовал ничего, кроме ментолового запаха «Викса» у себя под носом поэтому сказал:

— А кто из наших знакомых курит?

Она кивнула.

Мы просмотрели всю одежду, вещь за вещью, отметили наличие прозрачной липкой ленты, которой доктор Глизон прикрепила к ткани четыре волоска животного происхождения. Мы не делали ничего такого, что нам не полагалось бы делать, однако, с другой стороны, не должны были здесь находиться; нам следовало быть в штаб-квартире полиции штата в Рэй-Брук. И еще: мы ничего не записывали, а тот, кто производит осмотр вещдоков, обязан все заносить на бумагу. Кроме того, скоро сюда прибудут следователи из ФБР и полиции штата, которым может не понравиться, что мы тут уже ошивались до их приезда. Другими словами, мы попали в своего рода «мертвую зону», в которой я, правда, и так нахожусь большую часть своего служебного времени. И что еще более важно, мы очень вовремя сюда поспели, но теперь пришла пора уносить ноги.

— Поехали, — бросил я Кейт.

— Ты только взгляни на это! — сказала она в ответ.

Я подошел ближе. Она держала в руках камуфляжные штаны Харри, вывернув наружу их правый карман.

— Видишь?

Я осмотрел белую ткань кармана и заметил синие отметки, сделанные, похоже, шариковой ручкой.

— Это могут быть буквы, — предположила Кейт.

И в самом деле, могут быть. Как будто Харри что-то писал на белой ткани, засунув руку в карман. Или, если он столь же неряшлив, как и я, просто сунул туда ручку без колпачка.

Кейт разложила штаны на каталке, и мы склонились над ними, пытаясь расшифровать синие значки. Это и впрямь оказалась паста шариковой ручки, и знаки явно были не случайными.

— Ну давай, ты первая.

— О'кей… тут три группы знаков… первая — самая читаемая, кажется, М-Э-П… вторая группа — это Я, потом Д, звездочка, нет, это Е… и последняя группа как будто С-Н-Ч. — Она взглянула на меня. — Ты знаешь, что такое СНЧ?

Я смотрел на значки.

— Нет, это не МЭП; может быть, МЭД?.. Он же вслепую писал, сунув руку в карман, верно?

— Похоже…

— Потом ЯДЕ, а за ним еще знак, он почти не виден, поскольку тут шов… значит, наверное, ЯДЕР.

Мы посмотрели друг на друга, и Кейт сказала:

— Ядер? Значит, ядерный?

— Надеюсь, что нет. А вот последняя группа читается четко. СНЧ.

— Ага… что он пытался нам сообщить? Про Мэдокса? Про что-то ядерное? И что такое СНЧ? Что это? Может, он хотел написать СПАСИТЕ?

— Нет. Тут все четко написано: СНЧ.

Я снова глянул на часы, потом на дверь.