Афера Помпы

Егоров Алексей

— За встречу, — коротко сказал я, разлив вино.

Мы смаковали вино, на долгие предолгие мгновения забыв друг о друге. Мы утонули во вкусе, а наши рецепторы визжали от возбуждения и удовольствия. Это вино делалось не столь руками, сколь духом людским. Грубо говоря, оно было магическим, но магия, применяемая при его создании, не была нашей. Это была та магия, которой обладают деревенские колдуны или те же эльфы в своих лесах. Это была магия чувств и ощущения. Сложно описать столь тонкую силу, да я и не хочу.

— Как

всегда божественно, — выдохнул Грандмастер.

Я наполнил на этот раз четыре бокала, теперь Лолий и Малус могли присоединиться к нам. Я передал бокал помощнику, а Малус кичливо воспользовался телекинезом. Бокал, описав изящную дугу, прилетел к тонкому лицу эльфа и замер у его рта.

— Да насладимся вкусом! — пробасил Астейрис.

Мы медленно осушили бокалы. Малус так и не притронулся к стеклу своей родины, лишь открыл тонкий рот с подкрашенными губами и позволил бокалу самому наклониться.

Лолий громко причмокнул и тут же покраснел, смутившись. Астейрис и я, понимающе улыбнулись, такое вино сражало своей божественностью.

— Не против, если мы сразу приступим к делу? — спросил мой гость.

Я, конечно же, был не против, даже наоборот. Я не стал наполнять опустевшие бокалы, хотя по глазам Лолия видел, что он желал продолжения.

— Итак, — начал Астейрис, я был весь во внимании, — что меня сюда привело. Не стану скрывать, Высшим очень интересен ход раскопок. Думаю, вы понимаете почему. Слухи идут, их нельзя остановить. Самые смелые говорят, что этот дом принадлежал Помпе, кто поскромнее — что мог принадлежать.

Я кивнул, Грандмастер продолжил:

— Все предметы обнаруженные в ходе раскопок могут иметь большую ценность с нашей точки зрения. Думаю, и это вы понимаете, не можете не понимать.

— До сих пор мы не обнаружили ничего стоящего, предметы быта, культуры и только. Все выявленные надписи были записаны и зарисованы, — я положил руку на стопку бумаг, слева от себя, — эти бумаги я подготовил для вас.

— Это хорошо. Но что осталось вне сухих докладных слов?

— Я не скрываю ничего.

— Да, но какие выводы сделаны вами лично, — допытывался Астейрис.

— Будем осторожны в своих суждениях, — завилял я, — до сих пор у меня нет фактов опровергающих слухи.

— Но вы предполагаете, что они ложны?

— Мое мнение строится на субъективном восприятии получаемой информации.

— Да, это так. Но ваше восприятие известно многим, поэтому я и хочу знать ваше, лично ваше мнение.

Я пожал плечами и уставился на выход, размышляя. Наконец я сказал:

— Если эти слова останутся в приватном кругу… ведь не будет же дополнительного финансирования?

Прищурившись, я ждал ответа.

— Нет, Гильдия и так не может себе позволить много, а вкладывать деньги в слухи мы не любим.

— Я так и думал. Тогда мое требование —

все, что я скажу вам, достигнет ушей лишь Главы.

— Он так и распорядился.

Мой гость улыбнулся и развел руками, я не смел усомниться в его словах, ведь его слова лишь тень слов Высшего.

— Хорошо, — я подпер голову кулаком, — это не дом Помпы.

Лолий шумно выдохнул и уставился на меня широко открытыми глазами. Я проигнорировал его взгляд.

— Почему? — задумчиво спросил Астейрис.

Его лощеный помощник не без интереса ждал ответа, я же опять тянул, но, наконец, сказал:

— Да не может этот дом ему принадлежать! Просто. Не. Может.

— Аргументы. Если есть.

— Только второстепенные, — я побарабанил пальцами по столу, — слишком мал дом, да и не особо богат…

— Старая аристократия не любит показную роскошь, — Грандмастер пожал плечами, но я видел, что он тоже сомневается.

— Не в том дело, сами стены дышат не тем духом, не чувствуется в них величия… Но тут мы заходим на шаткий лед аргументации, вот почему я не желал высказаться.

— И все же…

Астейрис задумался, несколько минут он смотрел на пол и теребил бородавку на втором подбородке.

— И все же, будьте любезны, составить список своих замечаний. Главе будет интересно поглядеть ваши соображения.

— Составлю, уже составлен, — я стукнул пальцем по пухлому конверту, — А мой запрос?

— Какой?

— Я просил разыскать городские карты, на которых могли сохраниться чертежи дома Помпы. Тогда мы могли бы сравнить их.

— Нет, до сих пор нет ответа.

— Как удачно все сложилось, — я усмехнулся и встал.

— Для кого?

— Вот весь вопрос для кого, он грызет меня как пепельный червь. Но думаю, режиссер этого спектакля еще не решился выйти за положенными ему овациями.

— Ладно, этот вопрос мы более-менее разрешили, — махнув рукой, сказал Астейрис. — Будущее покажет. Но, не смотря ни на что, многие хотят поглазеть на раскопки дома великого мага.

— Всегда пожалуйста.

— Думаете продать парочку бронзовых фалосов? — понимающе усмехнулся Астейрис.

— Мы до сих пор ни одного символа плодородия не отыскали, — я улыбнулся в ответ. — Пепел мало пригоден для таких символов.

— Не важно, но я уже слышу шум сотен покупателей, которые бегут со всей Империи к твоему захудалому лагерю!

— Я готов облегчить их ношу и забрать все их золото.

— Это радует. А то понимаете, мы мало чем можем помочь. Гильдия сильно пострадала во время войны, Император из нас выжал все соки. До сих пор жирок не нагуляли.

Я понимающе кивнул и красноречиво указал на брюхо Астейриса. Он только захохотал. Но этот маг имел право быть толстым, он ведь владел сетью харчевен в Алтоне, уж едой его дом не был обделен.