Афера Помпы

Егоров Алексей

Как глава Гильдии я не ленился знакомиться с каждым элементом системы, которой правил.

Лишь однажды я посетил музей ради собственного удовольствия. Это было ночью. Кто бывал в Королевстве, особенно во Вратах, знает, какими ночами богата эта страна. Поистине мистическое время! Две томные полнотелые луны занимают собой полнеба, вызывая чудовищной силы прилив, фиолетовое свечение в небе смешивается с алыми красками огненного зарева на севере…

Я просто не смею пропускать это событие. Острова южных морей идеальное место — центр системы

мироздания, ось, которая соединяет небесные сферы и материальный мир. Ради такого, я готов поскупиться даже принципами.

Конечно же, я посещал не сам музей, но, по крайней мере, находился рядом с ним.

После реставрации строение приобрело те оттенки жизни, которые были утрачены за долгие десятилетия, проведенные среди огня и пепла. От былого запустения не осталось ничего, но тем самым были уничтожены последние следы доказательств. Доказательств фальшивости всей этой конструкции.

Я все еще не верил в реальность, в правдивость этой легенды. Она казалась мне наигранной, словно постановка уличного театра — дешевые декорации, дешевая и пошлая игра актеров, разве что режиссер гений.

Истрепанная аура строения преобразилась и изменилась под влиянием реставраторов. Теперь строение выполняло совершенно иные функции, теперь оно не казалось чем-то неестественным, теперь это был музей. Вот пусть и остается в этом качестве на веки. Мне этого было достаточно. Ну… быть может, требовалась еще голова того хитреца для моего душевного успокоения…

Тил появился так внезапно, что я даже не успел толком осознать это изменения в своем бытие. Два года он пропадал, Тьма знает где, и вот на те…

И появился то как, по всем канонам жанра той игры, в которую играет. Была буря, десяток боевых магов со мной во главе, при поддержке неполной сотни легионеров пытались штурмовать обитель очередного зарвавшегося культа. Пепел, нулевая видимость и усталость воинов были плохой помехой в предприятии.

Я хотел погеройствовать, но тут явился ОН.

Тил вышел из полузасыпанной пеплом пирамиды и двинулся в нашу сторону неясным смазанным силуэтом. Поначалу его приняли за одного из противников и попытались достать боевой магией. Огненные шары испарялись, не долетев него и десятка шагов, молнии исчезали в пепельном ветре, а от водяных бичей в такую погоду вообще никакой пользы. У меня в голове мелькнула предательская мысль, откровенно попахивающая страхом — этот господин явился из самого темного уголка вселенной по наши души.

Но это был всего лишь мой старый друг, который, будь он проклят всеми стихиями, просто решил подшутить надо мной. В моем стиле, кстати говоря! Каков наглец…

— Так ты встречаешь друзей?! — перекрикивая громыхание небес, несущих биллионы пепельных песчинок, прокричал Тил.

Я ошалел, когда услышал голос друга, но нашел в себе силы и сказал своим соратникам:

— Мочи ублюдка!

Мой голос прекрасно слышен даже в самую лютую бурю, по Тилу ударили всей силой магии, на которую

были способны боевые маги. Это не могло повредить моему другу, но доставило ему не мало неприятных моментов, прежде чем я дал отбой. Любовные у нас отношения, что и говорить…

— Какого демона ты творишь?! — орал он на меня чуть позже, перемежая свой вопрос обильными ругательствами.

— Я думал ты Тень, — врал я со всей возможной откровенностью.

Моя злорадная ухмылка, пусть и спрятанная под маской, изрядно побесила Тила. Ни слова не говоря, он бросил к моим ногам связку из голов сектанской братии, хороший подарок после долгой разлуки.

Нам осталось обследовать строение, собрать все самое ценное и уничтожить. Тил не участвовал в мародерстве и отправился в лагерь, который был разбит в нескольких милях от места встречи.

Мы сумели поговорить лишь ночью, когда усталость и обоюдное раздражение были смыты двумя бокалами хорошего вина. Нам было что рассказать друг другу.

Тил тянется к любой загадке, как мотылек на свет. Тень и все, что она скрывает, разжигает в нем огромное любопытство, как у мальчишки в период полового созревания женская половина бани.

Естественно, его заинтересовал дом, я не стал говорить о своих сомнениях и выложил лишь голые факты. Тил мог и сам сделать нужные выводы.

К моей родной культуре он был достаточно индифферентен, но вилла Помпы оказался интересным случаем. В музее он провел больше времени, чем я и Лолий вместе взятые. Про Питиса он сказал коротко, но точно: "хитрющий жук".

— Почему ты не хочешь лично заняться поисками? — спросил у меня однажды Тил, читая очередное письмо Септимия.

Я высказал свои соображения на этот счет.

— И только? — он удивился. — А может быть, это брюхо так тянет тебя к земле, что ты просто не хочешь двинуться дальше?

— Как изысканно ты наставляешь меня, — фыркнул я. — Увы, мой друг, но дела в Королевстве идут откровенно плохо. Лолий, боюсь, не справится…

— Да, это проблема, но осень кончается, что мешает провести время, развлекаясь с могучими северянками? Их белые перси привлекают меня!

— Тебя все привлекает, что может хорошенько по роже дать.

— Только ли меня? — Тил, хитро прищурившись, смотрел на меня.

— Оставь, я так устал, что зиму хочу провести в глубоком и сладком сне! Спущусь в самый темный подвал квартала и буду там медитировать, мыча под нос ритуальные песенки.

— Только не ошибись в выборе мотивчика. А следующее лето? Извини, но этот Септимий откровенно не тянет на лучшего следователя Империи.

— Я знаю, но он сумел добиться кое-каких результатов.

— Лишь нашел концы нитей, которые давно сгнили, позабытые людьми.

— И все же это успех. Ему следует набраться опыта в общении с живыми, а не только артефактами прошлого…

— Ах, мудрый Алесаан неустанно учит своих детей-сотрудников! Император будет гордиться вами, о, мудрейший!