Афера Помпы

Егоров Алексей

За нашей работой на гребне раскопа наблюдали практически все, кто присутствовал в лагере. Наблюдали они молча, с жадным любопытством, поэтому я только негромко ворчал, но не отгонял их прочь. Ставни оказались крепким орешком, сделаны они были основательно и железные штыри, на которые опирались петли, были намертво вмурованы в стену. В конце концов, я распорядился срезать эти штыри. Довольно грубое решение, но на меня буквально давило нетерпение всех присутствующих.

Маг-разрушитель осторожно приступил к делу: в его руках возник тонкий лепесток яркого до белизны огня, большинство отвернулось, чтобы

не глядеть на пламя. Я продолжал пристально следить за манипуляциями специалиста, боясь, что он повредит ставни. Маг, очевидно, понимал, что я с ним сделаю за любую оплошность, и постарался на славу, он идеально ровно срезал два мешающих нам штыря. Моя похвала оказалась лучшей наградой для него.

Теперь убрать ставни не составило труда, мы сняли их и открыли проход в дом.

Вздохи облегчения смешанный с радостью даже ликованием послышались в толпе служащих, они ждали этого дня целую неделю, я, признаться — тоже. Лолий первым заглянул в черный провал окна, но ничего там не увидел. Я потребовал света, тут же в траншею спрыгнул целый десяток людей вооруженных кто факелами, кто масляными или магическими фонарями. Я взял магический фонарь, чтобы в случае чего не повредить огнем внутреннего убранства комнат.

Оттеснив Лолия в сторону, я сам заглянул в окно, направляя свет фонаря внутрь комнаты. Да, это была кухня, самая обычная кухня самого обычного знатного гражданина Империи, но эта кажущаяся простота сражала наповал. Да, мы все желали найти именно это. Не кухню, конечно, но нечто такое, что невозможно описать словами. Я не в состоянии выразить своих чувств, которые пережил в тот момент. Пожалуй, это было ближе всего к удовлетворению.

Лолий пытался взглянуть в комнату из-за моего плеча, но я почти полностью закрывал узкое окно своим массивным телом. Мой помощник тихонько поскуливал, пытаясь дозваться до меня. Пришлось снизойти. Я отступил в сторону, но преграждал путь внутрь рукой с фонарем.

Теперь удовлетвориться смогли все, среди толпы на гребне траншеи началось хаотичное движение, люди толкались, спешили пробиться в первые ряды. Пришлось прикрикнуть на них, чтобы восстановить порядок, а то поддерживаемые подпорками каменно-пепельные стены траншеи могли осыпаться.

— Это… это… это… невообразимо, — заикаясь, выдохнул Лолий.

Он был бледен и близок к обмороку, так расчувствовался. Я только усмехнулся и крикнул, обращаясь к толпе наверху:

— Где Плиний?

Сквозь толпу протолкался самый молодой маг Гильдии Королевства. Я позвал его по двум причинам, во-первых, в это окно я бы очень даже не изящно влез, во-вторых, не следовало акцентировать свое превосходство. А молодой маг, который еще не успел включиться в нашу волчью стаю, был в должной степени вертким и крепеньким.

Мальчишка с готовностью спрыгнул в траншею, надувшись от гордости за оказанную честь. Я отвел руку в сторону, пропуская паренька. Он немедленно полез в окно, делая это с такой важной физиономией, что я чуть не рассмеялся. Мальчишка мягко спрыгнул вниз, я, перегнувшись, передал ему фонарь.

— Что видишь? — спросил я его.

Плиний поводил лучом из стороны в сторону и ответил:

— Посуда, столы, шкафчики… пепла много…

— Ничего не трогай пока.

— Да, Магиус, один выход, а вот люк вижу…

— Ледник, —

заметил Лолий.

Я подумал так же и крикнул Плинию:

— Осмотри только кухню и никуда не ходи.

— Понял! Тут полно… только посуды и ничего так интересного с виду!

— Ну еще бы, — хихикнул Лолий, — он что думал там сразу тайные свитки черных магов будут лежать.

— И подвязаны ленточкой — "возьми меня", — кто-то добавил в толпе. Я знал кто, но не стал заострять на этом внимание.

— Цыц, лентяи, — осадил я служащих и обратился к Плинию: — если больше ничего, то давай мы тебя вытаскивать будем.

— Ага!

Луч его фонаря еще покрутился из стороны в сторону, я видел все тоже, что и мальчишка, но требовалось, чтобы кто-то сделал первый шаг. Такой красивый символичный шаг — мы добились, мы проникли внутрь! Ох, и будет сегодня разговоров ночью, никто не уснет из служащих. Плиний повернулся к окну, чуть не ослепив меня лучом.

— Ой, тут еще что-то… — прошептал он.

— Говори.

— Фреска на стене, тока повреждена, трещины и плохо видно от пыли.

— Что хоть изображено?

— Похоже на человека с посохом, только как бы схематично. Только силуэт.

— Надо же, вы слышали о таком? — спросил меня Лолий. — Я имею в виду, чтобы такой стиль графики использовался в Норсерте.

— Не везде, — сказал я. — Потом разберемся. Плиний! Запомни все детали, потом мне расскажешь.

— Давайте веревку! — распорядился Лолий.

— А если выбираться будет, рисунок повредит? — возразил я.

— Давайте лестницу, только чтобы в окно прошла!

Принесли лестницу, мы спустили ее внутрь и держали, пока Плиний по ней взбирался. Мальчишка вылез из окна весь перемазанный пеплом и пылью, но довольный, как посетитель дома наслаждений в Нуран-не. Что ж, я могу понять его чувства, не каждому молодому магу везет лично посетить загадочные раскопки.

— Молодец, что бы я без тебя делал, — сказал я Плинию, отряхивая его от пыли.

Следующим, кто должен проникнуть в дом, был я, затем Лолий и дальше по старшинству. Порядок по началу был расписан не хуже чем званный обед в доме эльфийского аристократа, борьба за места в очереди была такая же нешуточная. Я не смог отказать себе в удовольствии разломать этот порядок, объявив простую жеребьевку. Нечего из Гильдии делать локальное отделение снобов и интриганов, нам надо работать, а не возвращаться в прошлое, мериться длиной бороды и титулов.

Но и жеребьевка, и мое посещение дома Помпы я отложил на следующий день. Этот близился к концу, и требовалось подвести итоги — написать письма, расспросить Плиния и обсудить дальнейшие планы действий. Ну… бутылочка алтонского вина тоже не будет забыта.

Плиний не рассказал мне ничего интересного, кроме, конечно же, рисунка на стене. Обычно кухню не поганят бесполезным украшательством, представители знати предпочитают ее располагать в самом дальнем конце дома. Не нравятся им, видите ли, ароматы царства котелков и разделочных досок. Но это на континенте, у нас в Кольце порядки проще, да и площади меньше. Но все равно, кухни обычно не украшаются рисунками, максимум — цветочки, занавесочки. Повышенная влажность этой комнаты все равно плохо сказывается на фресках.