Афёра
Шрифт:
— Это было бы просто замечательно, — выходя в коридор, ответил Макаров.
— Правильно, — одобрительно отозвался полковник, — если уж копать, то сразу поглубже… Жаль, что я теперь занят, тороплюсь — надо ехать на совещание. Но я дам соответствующую команду. Дежурный по отделу будет в курсе, держи с ним связь. Единственная трудность в том, что таможенный контроль производится не здесь, а в Нестерове, и многие ребята-таможенники не наши, калининградские, а местные или из других городов. Но, может, тебе повезёт: начальство-то у них сидит в Калининграде, поэтому ребята часто здесь бывают —
29
Полковник ошибся. С таможенниками, вернее, с одним из них, Макаров встретился раньше, чем с проводницей львовского поезда
Алексей ещё только успел, расположившись в одном из свободных в это время кабинетов, прочитать заявление проводницы и протокол её допроса, не добавившие, в общем, ничего к тому, что он успел узнать от Сычёва, и ничего не разъяснившие, как зазвонил стоявший на столе телефон и его попросил срочно зайти дежурный по отделу.
— Давай сюда бумаги, — сказал сидевший за столом розовощёкий усатый майор, — и быстро дуй к дежурному по вокзалу: только что звонил начальник, говорит, там тебя ждёт бригадир таможенников из Нестерова. Только иди побыстрее, у них времени в обрез.
— Понял, а как туда попасть? — спросил, возвращая ему протокол и заявление проводницы, Макаров.
— Сейчас выйдешь от нас и… — майор подробнейшим образом рассказал Алексею, каким образом отыскать в здании вокзала нужное ему место.
С бригадиром таможенников, проверявших львовский поезд вечером тринадцатого августа, Макарову пришлось разговаривать на ходу. Невысокий русоволосый мужчина, одетый в голубую форму таможенника, по виду ровесник Алексея, торопился на отходившую через двадцать минут в направлении на Нестеров электричку. Он сразу же предупредил Макарова об этом, едва тот подошёл к нему в помещении, примыкавшем к кабинету начальника вокзала, где его разыскал полковник Сычёв.
— Иван Захарьев, — представился человек в синем, с погонами, кителе, пожимая руку Алексею. — Вы — Алексей Макаров? — серые глаза таможенника, очевидно, в силу профессиональной привычки, смотрели необыкновенно цепко.
— Да, — ответил Алексей. — Я — Макаров.
— Я знаю приблизительно, о чем пойдёт речь, но очень тороплюсь, нужно успеть на электричку, давайте, если не возражаете, поговорим на ходу, по пути на перрон… Успеем?
— Думаю, да, — сказал Макаров.
— Тогда я вас слушаю… Что конкретно вас интересует?
Алексей подумал несколько секунд и хотел сразу начать с вопроса о том, чем заинтересовал таможенников пассажир, который некоторое время спустя был обнаружен в своём купе убитым, но неожиданно дверь чуть впереди и слева от них (он и бригадир в это время шли по какому-то коридору) открылась и оттуда вышел ещё один таможенник, в такой же синей форме, как и шедший рядом с ним. Взгляд таможенника, равнодушно скользнув по лицу Ивана, упал на Макарова. Спокойное мгновение назад лицо сделалось озлобленным.
Макарова такое отношение к себе не удивило. Он спокойно выдержал взгляд высокого мужчины с чуть вытянутым, довольно приятным лицом и гладко зачёсанными назад чёрными волосами. Это был тот самый человек, который вчера вечером лишился не без помощи Алексея общества красивой молодой женщины по имени Паула. Встречи с ним здесь, на вокзале, Макаров, конечно, не ожидал, но не растерялся. Задавать же бригадиру заготовленный вопрос не стал, потому что тот, завидев шедшего им навстречу человека, остановился, явно собираясь что-то сказать.
— О, Андрей, ты кстати, — произнёс Иван, напомнив тем самым Макарову имя высокого мужчины, которое вчера называла Паула. — Я сейчас еду в Нестеров: у нас новый график дежурств — изменения в связи с болезнью Серёжи Шишкова, завтра тебе заступать, а весь новый свой график можешь посмотреть у Жени… Понято?
— Есть, босс, — как бы нехотя усмехнулся молодой человек, переводя взгляд с Алексея на бригадира, — завтра я на месте… А это что за фрукт с тобой разгуливает? Не познакомишь? — бесцеремонно спросил он, снова не сводя глаз с Макарова. Казалось, он искал конфликта.
Но бригадир не пожелал заметить его недружелюбного тона.
— Не твоё дело, — спокойно отрезал он, — иди дальше, куда шёл. Если человек захочет, попроси его уделить тебе несколько минут попозже… Пошли, Алексей, быстрее, — добавил русоволосый, уверенный в себе человек, обращаясь уже к Макарову, — у нас теперь только четырнадцать минут, — он спрятал в карман ручной хронометр на массивной цепочке.
— Извини, приятель, — сказал Алексей, проходя мимо здорово обиженного им накануне человека. — Понимаю твои претензии, но спешу. Хочешь поговорить по поводу Паулы, подходи минут через пятнадцать на… на какую платформу мы идём? — повернулся он к бригадиру («На четвёртую», — сказал тот). — На четвёртую, — повторил Макаров и вполне дружелюбно улыбнулся оставшемуся стоять на месте сердитому парню.
— Чего ему от вас надо?.. Вы знакомы? — проницательно спросил бригадир, как только они отошли шагов на пять-шесть от места встречи с его подчинённым.
— Да нет, может, перепутал с кем, — хладнокровно солгал Алексей. — Сам подумай, кто рискнёт к знакомому человеку моей профессии обращаться таким неуважительным образом.
— И верно, — спокойно согласился Иван, но по его слегка насмешливому взгляду Макаров понял, что обман не удался. — Ну да ладно. Переходим к делу. Полковник Сычёв сказал мне, что вас интересует, кого мы проверяли в одиннадцатом вагоне львовского неделю назад…
— Да, точно. Вам не трудно будет это припомнить?
— Нет, не трудно. Поездов, конечно, за неделю — а это три наших дежурства — прошло много, но тот я помню… Там казах один валюту вёз, у нас заранее информация была, вот мы его и обыскивали. Скажу сразу: никаких эксцессов не было — все прошло как по нотам, все нашли. Как раз в одиннадцатом, там проводница ещё одна симпатичная ездит. Верой, кажется, зовут, высокая такая, блондинка.
— А вы в тот раз только одного этого узбека проверяли? — уточнил Макаров.