Аферист
Шрифт:
При виде Аллы я испытал настоящий шок. Да мы знакомы! Там, в будущем. И не просто знакомы, а прямо тесно связаны глубокой всепоглощающей ненавистью друг к другу. Алла Викторовна Темникова — начальник аппарата губернатора и одна из ключевых фигур в деле о коррупции, которое я копал. Из-за которого потерял всё, включая жизнь. Так вот ты откуда взялась — из «Правды»!
Пока я пялился, сравнивая двух таких похожих и абсолютно разных женщин из двух моих жизней, на меня набросились всей редакционной коллегией. Меня мяли, хлопали по спине, орали в уши, как рады видеть живым и здоровым, а я всё не
— Здравствуйте, Алла Викторовна, — внимательно наблюдая за реакцией, поприветствовал я начальницу.
— Ты её вспомнил? Алла, он тебя вспомнил! — обрадовался Саша. — Ребята, вы же ничего не знаете. Егор память потерял, а Аллу помнит!
Радость на лицах сменилась удивлением. На меня недоверчиво смотрели, а вдруг я их разыгрываю.
— Волох, ну вот не можешь ты без приключений! — воскликнула Алла и кинулась обниматься. И ей-богу, на лице её были неподдельные слёзы счастья.
Меня будто током ударило. Шарахнуло. Еле на ногах устоял, когда эта женщина стиснула меня в объятиях, окутав облаком своих духов. Это ничуть не было похоже на обычное влечение, какое я испытывал, скажем, к Розочке. Там всё просто и понятно — она красивая женщина, я мужчина. Она отдаёт себя, я даю то, что могу ей дать. Пока мы вместе, я и накормлю, и защищу, и любому пасть порву, кто посмеет зариться на моё.
Гремучая смесь, которая накрыла меня в момент прикосновения Аллы, убила и воскресила меня на месте. Так. Стоп. Я ей не карманный мальчик, не подчинённый, не товарищ и не любовник. Эту женщину я ненавижу так же сильно, как Барсукова. И даже сильнее. С момента знакомства с молодым Барсуком я растерял весь азарт. Вот он, наивный и уязвимый лопух. Его судьбу я сломаю одним лёгким движением руки. Не бывать ему генералом и не ломать чужих жизней. Всё слишком просто.
С Аллой, пожалуй, будет поинтереснее. Главное, держать её на поводке и самому не увязнуть. Идите-ка нахрен. Что бы ни связывало этих двоих, моя миссия не предполагает нежных чувств.
Глава 16
Я возвращался домой в самом мрачном настроении. После первых восторгов коллеги разбежались по рабочим местам — сдача номера на носу. На мои вопросы по поводу последнего материала Егора Волоха никто не смог дать однозначных ответов, предложили только покопаться на рабочем месте и заглянуть в блокнот. Или эти лопухи такие невнимательные, или этот тип скрывал свою работу от них намеренно. Вопрос, почему? Не хотел делиться тем, что нарыл? Опасался огласки? Или опасался кого-то конкретного? Аллу, например.
Наедине с ней поговорить не удалось, а стоило. Она непрерывно следила за мной взглядом, а её реплики оставили тягостное чувство, что я ошибаюсь, и передо мной вовсе не тот человек, который в будущем
Как же, держи карман шире. Некуда ей возвращаться. Егора больше нет. На его месте я, и мне ты, красавица, нужна сугубо для осуществления моих планов. В них не входит пахать на тебя и твою редакцию. И тем более поддерживать внеслужебные связи. Даже твоя магнетическая аура не изменит моего отношения. Ведьма.
В таком сумеречном состоянии очень хотелось убедиться в том, что мой талант и удача никуда не делись. А то закрадывалось подозрение, что своим прикосновением Алла лишила меня и того и другого. Аж мороз по коже.
В ресторан, попавшийся на пути, я заглянул практически случайно. Просто увидел, как на входе не пускают группку молодёжи и решил проучить сволочной персонал. А когда при виде красных корочек передо мной те самые двери распахнулись, я потребовал немедленной встречи с директором…
Опомнился только на улице, с полной сумкой деликатесов и денежным поощрением в кармане. И эти люди в наши дни ещё вздыхают по светлому образу почившего в бозе социализма. Ну ведь сами же и развалили. Ведь я-то зашёл на этот раз, чтобы спустить пар: рявкнуть и призвать к порядку. Даже узнавать не хочется, чего они мне напихали.
Вон урна, там и оставлю.
Я уже направился к намеченному месту последнего упокоения деликатесов из ресторана, как заметил зарёванного пацана лет восьми. Тот сидел на скамейке и размазывал по щекам грязь, тихо всхлипывая и с тоской глядя на окна дома через дорогу. Рядом никого. Потерялся что ли?
— Эй, шкет, ты чего? — остановился я.
— Боюсь домой идти, — прерывисто вздохнул он.
— Двойку схлопотал?
— Нет. Мать в магазин отправила, денег дала, а я…
— Потерял?
— Понимаете, мы всего-то мяч погоняли немного. А я куртку снял, чтобы не измарать. Мама сильно ругается, если грязному прийти. И вот, куртка на месте, даже авоська проклятая на месте, а денег нет. Я теперь боюсь идти. Попадёт.
— На, — протянул я ему мою поклажу, которую собирался оставить в урне.
— Что это?
— Продукты. Тебя ведь за продуктами отправили. Вот они.
— Но тут ведь много. Мне всего-то надо было…
— А это акция в честь праздника. Всем покупателям давали праздничные наборы. Тут всё очень вкусное. Давай, бери.
— Правда? — подскочил пацан.
— Правда-правда. Забирай, да я пойду, поздно уже. И тебя дома потеряли. Беги.
— Дяденька, вы волшебник?
— Можно и так сказать, — не стал я разочаровывать ребёнка.
— Спасибо!
Мальчишка поволок добычу домой, а я закурил и отправился восвояси. От сердца немного отлегло. Как мало надо, чтобы стать волшебником.
У Бориса меня ждал сюрприз. Крис, изнывающая от нетерпения, жаждала приватной беседы.
Подмигнув Борису, я повёл своего новоиспечённого агента в кухню. Послушаю, что интересного скажет.