After 3
Шрифт:
Я не уверен, что я должен сделать сначала, но после бесконечных секунд этого сломленного крика и слова «Отстань от меня!», слетевшие с ее потрескавшихся губ, прошли как нож через мое тело. Ее маленькие руки колотят мою грудь, и цепляются ногтями в мои руки, пытаясь вырваться из моего объятия. Трудно пытаться утешить ее в таком состоянии. Я боюсь, что это причинит ей боль, и это - последняя вещь, которую я хочу.
Это так убивает меня - видеть ее такой отчаянной, пытающейся убежать от меня.
– Уйди!
– Тесса кричит снова, и Ноа начинает
Ее слова ранят меня, но я все еще держу ее вырывающееся тело в своих руках.
Глубокий голос Ноа пробивается сквозь крик Тессы: - Ты делаешь только хуже.
Затем она замолкает… И делает самое худшее, что она могла сделать для моего сердца.
Ее руки освобождаются из моих объятий, и она тянется к Ноа.
Тесса тянется к нему, чтобы он помог ей, потому что она не хочет меня видеть.
Когда я ее отпустил, она сразу бросилась в его объятия. Одна из его рук огибается вокруг ее талии, а другая лежит у основания ее шеи, притягивая ее голову к своей груди. Ярость вскипает во мне, и я борюсь изо всех сил, чтобы остаться спокойным, наблюдая, как его руки лежат на ней. Если я прикоснусь к нему, она будет ненавидеть меня еще больше. Если я ничего не сделаю, я сойду с ума, наблюдая за этим.
Черт, почему я пришел сюда в первую очередь? Я должен был оставаться далеко, как и планировал. Теперь, когда я здесь, я не могу заставить себя выйти из этой проклятой комнаты, и ее плач вызывает во мне потребность держать ее рядом.
– Заставьте его уйти, - говорит Тесса, рыдая на груди у Ноа.
Боль пронзает меня и я становлюсь неподвижным в течении нескольких секунд. Он поворачивается ко мне, и взглядом просит меня выйти из комнаты. Я ненавижу то, что он стал для нее утешением. Но я должен думать о ней. Только о том, что лучше для нее. Я неуклюже пячусь, и хватаюсь за дверную ручку. После того как я покидаю маленькую комнату, я прислоняюсь к двери, чтобы отдышаться. Как наша совместная жизнь могла так разрушиться, за такой короткий промежуток времени?
Я прихожу в себя в кухне Кэрол, наполняя стакан водой. Это неудобно, поскольку у меня есть только одна здоровая рука, и это занимает намного больше времени, чтобы наполнить стакан и выключить кран, тем более все это время, позади меня пыхтя, стоит женщина, которая действует мне на нервы.
Я поворачиваюсь к ней лицом и жду, что она скажет мне, что вызвала полицию. Когда она смотрит на меня молча, я говорю:
– Мне плевать сейчас на все. Идите и вызывайте полицию, или делайте все, что вы должны сделать, но я не оставлю ее в этом проклятом городе, пока она не поговорит со мной, - я пью из кружки и пересекаю небольшую, но безупречную кухню и встаю перед ней.
Голос Кэрол жесткий: - Как ты сюда попал? Ты был в Лондоне…
– Это называется, чертов самолет, вот как.
Она закатывает глаза: - Просто потому что ты пролетел через весь мир и появился раньше солнца здесь, не значит, что ты заслужил
– Она сделала все правильно. Почему ты не хочешь оставить ее? Ты делаешь ей только больно, и я не буду просто стоять и смотреть на это.
– Мне не нужно ваше одобрение.
– Она не нуждается в тебе, - Кэрол хватает стакан из моей руки, как будто это заряженное ружье. Она ударяет им о столешницу и ее глаза встречаются с моими.
– Я знаю, что вы меня не любите, но я люблю ее. Я делаю ошибки, слишком чертовски часто, но, Кэрол, если вы думаете, что я собираюсь оставить ее с вами после того, что она увидела, что она испытала, то вы даже безумнее, чем я думал, - я беру стакан, только чтобы досадить ей и пью еще.
– Она будет в порядке, - замечает Кэрол хладнокровно. Она замолкает на минуту, и что-то внутри нее, кажется, дает трещину: - Люди умирают, так устроен мир.
Она сказала это громко. Слишком громко, и я надеюсь, что Тесса не могла услышать холодное замечание своей матери.
– Ты серьезно? Черт, она твоя дочь, а он был твоим мужем… Я затих, вспоминая, что они даже не были в законном браке.
– Ей больно, а ты ведешь себя как бессердечная стерва, и именно поэтому я не буду оставлять ее здесь с тобой. Лиам не должен был позволять вам забрать ее.
Кэрол наклоняет голову назад с негодованием: - Позволить мне? Она моя дочь!
Стакан в моей руке трясется, и вода плещется через края на пол.
– Может быть, ты должна поступить как Ноа и постараться быть рядом с ней?
– Быть рядом с ней? А кто будет рядом со мной?
Ее бесстрастный голос срывается, и я просто в шоке, потому что женщина, которая как я был убежден, сделана из камня, крошится и облокачивается на прилавок, чтобы не упасть на пол. Слезы текут по накрашенному лицу, несмотря на то, что только пять утра: – Я не видела этого человека много лет… Он оставил нас! Он оставил меня после обещания. Обещания хорошей жизни! Ее руки ударяют с силой по столу, сбивая посуду на пол, - Он лгал мне, и он оставил Тессу и разрушил всю мою жизнь! Я никогда не могла даже смотреть на другого человека после Ричарда Янга, и он оставил нас!
– она срывается на крик.
Когда она хватает меня за плечо и ее голова падает на мою грудь, рыдая и крича, и она так похожа на мою девушку, которую я люблю, что я не могу заставить себя оттолкнуть ее.
Не зная, что еще сделать, я обнимаю ее одной рукой и молчу.
– Я хотела этого, я хотела, чтобы он умер, - признается она, сквозь слезы. Я слышу стыд в ее голосе, - Я ждала его; я говорила себе, что он вернется за нами. В течение многих лет я делала это, и теперь, когда он мертв, я не могу притворяться.
Мы долго простояли так, пока она плакала на моей груди, рассказывая мне, что она ненавидит себя, потому что она рада, что он мертв. Я не могу найти слов, чтобы утешить эту женщину, но впервые с тех пор как я встретил ее, я вижу разбитую женщину за маской высокомерия.