After 3
Шрифт:
– Да ладно!
– Гарри безудержно смеётся.
– Только не смейся над этим перед ним; ему достаточно трудно ладить сразу с ними обеими.
– Да, да, я знаю, - Гарри закатывает глаза.
Тут на нас дует сильный порыв ветра, и длинные волосы Гарри начинают запутываться вокруг его головы.
Я не могу не тыкнуть на это пальцем, и начинаю смеяться.
Это безопаснее, чем альтернатива: для начала выяснить у Гарри для чего он в городе.
– Сейчас мои волосы выглядят намного лучше, и женщинам есть
– Эмм, - говорю я, но непрерывно смеюсь, чтобы не позволить ему узнать, что моя голова начинает кружится, а в груди невероятно болит от одной мысли, что кто-то к нему прикасался.
Он догоняет меня и поворачивает так, чтобы я смотрела на него, как будто мы совсем одни на тротуаре.
– Хэй, я просто пошутил. Это была действительно чертовски дерьмовая, тупая, глупая шутка.
– Ничего, все в порядке, - я улыбаюсь ему, заправляя выпавший локон за ухо.
– Ты можешь быть достаточно независимой и бесстрашной, чтобы тусоваться с бездомными, но ты все ещё дерьмовая лгунья, - говорит он, бросая мне вызов.
Я пытаюсь сохранить весёлое настроение.
– Хэй, только не начинай про Джо! Он мой друг, - я показываю Гарри язык, и мы проходим мимо парочки, целующейся на скамейки.
Достаточно громко, чтобы слышала эта парочка, Гарри говорит: - Ставлю пять баксов, что его рука находится под её юбкой чуть меньше двух минут.
Я игриво толкаю его в плечо, и он обхватывает мою талию одной рукой.
– Не будь слишком приставучий - у Джо появится слишком много вопросов!
Я играю бровями, и Гарри взрывается от смеха.
– Что происходит между тобой и этим бездомным мужчиной?
Мысли о моем отце заполняют мою мозг, и на секунду я перестаю смеяться.
– Черт, я не это имел ввиду.
Я задерживаю свою руку в воздухе и улыбаюсь.
– Нет, все в порядке. Правда, давай просто надеяться, что потом не окажется, что Джо мой дядя, - Гарри пялится на меня, будто у меня выросла новая пара глаз, и я смеюсь, - Все в порядке. Сейчас я уже могу шутить. Я научилась не воспринимать все слишком серьёзно.
Он выглядит довольным, и даже улыбается Джо, когда я вручаю ему пакет с едой.
В квартире достаточно темно, когда мы приходим домой. Лиам, похоже, уже несколько часов как спит.
– Ты ел?
– спрашиваю я Гарри, когда он следует со мной на кухню.
Гарри садится за двухместный столик и ставит свои локти на столешницу.
– Нет, вообще-то, я не ел. Я собирался украсть тот мешок с едой, но Джо уделал меня в этом.
– Я могу приготовить тебе что-нибудь. Я тоже голодна.
Двадцать минут спустя я опускаю свой палец в соус, чтобы проверить его на вкус.
– Ты не собираешься поделиться?
– спрашивает Гарри за моей спиной, - Все равно это будет не первый раз, когда я съел что-то с твоего
– Ты помнишь это?
– я предлагаю ему немного соуса на ложке.
– Я помню все, Тесса. Ну, все, кроме тех случаев, когда я был слишком пьян или слишком занят, - его улыбка заменятся хмурым взглядом, и я окунаю палец в ложку с соусом, и предлагаю ему. Это срабатывает, и его улыбка возвращается.
Я ощущаю теплоту его языка на моем пальце, и его глаза устремлены в мои, когда он слизывает соус с кончика пальца. Проталкивая мой палец между своих губ, он снова посасывает его, и продолжает в течении долгого времени после того, как соус уже закончился.
Мой палец на его губах, он говорит: - Я собирался проговорить с тобой кое о чем. Это как раз о том, что ты сказала о моей способности помнить некоторые вещи.
То, как его губы перемещаются по моей коже - отвлекает меня.
– Прямо сейчас?
– Скоро. Это необязательно должно произойти сегодня ночью, - он шепчет, его язык стремительно начинает делать кончик моего среднего пальца влажным.
– Что мы делаем?
– Ты спрашивала меня об этом слишком много раз,- он улыбается, вставая.
– Мы слишком долго не видели друг друга. Это не самая лучшая идея, - говорю я, не имея ввиду что-либо из этих чертовых слов.
– Я скучал по тебе, и я ждал, пока ты сама соскучишься по себе, - его рука покоится на моем бедре, прижимаясь к ткани моей рабочей рубашки, - Мне не нравится видеть тебя во всем черном. Это тебе не идет, - он наклоняет голову, и подталкивает мою челюсть своим носом.
Мои пальцы возятся с кнопками на моей рубашке, неуклюже огибая маленькие пластмассовые бусинки.
– Я рада, что ты не оказался, одет в другой цвет.
Он улыбается, прижимаясь к моей щеке.
– Я не так сильно изменился, Тесс. Я просто обратился к паре докторам, и стал больше времени проводить в тренажерном зале.
– Ты все еще пьешь?
– я бросаю свою рубашку на пол позади нас.
– Совсем немного. Обычно вино или слабоалкогольное пиво, но я больше никогда не надерусь водкой.
Моя кожа горит, и мой мозг пытается понять, как мы к этому пришли, спустя столько месяцев, в то время, как мои руки ждут разрешения, чтобы снять с него рубашку. Он, видимо, читает мои мысли, берет мои руки и подталкивает их к тонкому материалу его рубашки.
– В этом месяце наша годовщина, ты знаешь?
– говорит он, и я стягиваю его футболку через голову и любуюсь его обнаженной грудью.
Мои глаза сканируют всю поверхность кожи, ища его новые проекты, и я рада найти только листья-папоротники, я полагаю, Гарри так их назвал. Они похожи на листья странной формы, с широкими сторонами и длинным стеблем, который выходит с низа.