After 3
Шрифт:
– В этом месяце нет нашей годовщины, Гарри, - я ловлю себя на том, что мельком пытаюсь посмотреть на его спину, и мне становится стыдно, когда он ловит мой взгляд и оборачивается.
– Нет, есть, - не соглашается он, - Все еще только твой на моей спине, - кратко объясняет он, пока я пялюсь на его накаченные спину и плечи.
– Я рада, - тихо добавляю я, в моем рту полностью пересохло.
Его глаза полны веселья, - Так ты не стала сумасшедшей и все еще не сделала себе татуировку?
– Нет, - я шлепаю его,
– Ты не против, что я дотрагиваюсь до тебя таким образом?
– Нет, - признаюсь я, пока мозг не успел придумать противоположенный ответ.
Он использует одну руку, чтобы провести пальцами по верхнему шву моей майки.
– А что насчет этого?
Я киваю.
Мое сердце неистово стучит в груди, и в этот момент я уверенна, что он может его слышать. Я чувствую себя так гармонично, такой живой и пробужденной, я так жаждала его прикосновений. Это было так давно, и вот он здесь, делает и говорит именно то, что я так сильно люблю. Только на сей раз он чуть более осторожен, терпелив.
– Я так нуждался в тебе, Тесса, - его рот меньше, чем в сантиметре от меня, его пальцы вырисовывают круги на обнаженной коже на моих плечах. Я чувствую себя опьяненной, мой рассудок затуманен.
Когда его губы достигают моих, я отправляюсь в то место, где существует только лишь Гарри, только его пальцы на моей коже, только его губы, ласкающие мои, только его зубы, впивающиеся в уголки моего рта, только мягкие стоны, звучащие из его горла, когда я расстегиваю его джинсы.
– Ты снова пытаешься использовать меня для секса?
– он улыбается, прижимаясь к моему рту, его язык проскальзывает внутрь и накрывает мой так, что я не могу ответить. «Дразню» бормочет он, и его тело полностью прижимается к моему. Мои руки обхватывают его шею, и пальцы впиваются в его волосы.
– Если бы я не был джентльменом, я бы оттрахал тебя прямо здесь на этой столешнице, - его руки обхватывают обе мои груди, его пальцы пробираются под мою майку и ремешки от лифчика, - Я бы приподнял тебя, снял с твоих ног эти отвратительные штаны, раздвинул бы твои ноги и взял тебя прямо здесь.
– Ты же сказал, что ты джентльмен, - затаив дыхание, я напоминаю ему.
– Я передумал. Теперь я наполовину джентльмен, - дразнится он.
Я так напряжена, что начинаю думать, что я могу воспламениться и навести на кухне некий беспорядок. Я опускаю руки к его боксерам, и закатываю глаза, когда он говорит: - Блять, Тесса.
– Наполовину? Что это значит?
– я начинаю стонать, когда его пальцы скользят по моей талии.
– Это означает, что независимо от того, как сильно я хочу тебя, как чертовски сильно я хочу оттрахать тебя на этом столе и заставить тебя кричать мое имя, так, чтобы весь блок знал кто доводит тебя до такого, - он посасывает кожу вниз по моей шеи, - Но я не буду делать ничего из этого до того дня, пока ты не выйдешь
Мои руки опускаются, одна - высвобождаясь из его боксеров, и вторая - падая с его спины.
– Что?
– я пищу, прочищая горло.
– Ты слышала меня. Я не буду трахать тебя, пока ты не выйдешь за меня замуж.
– Ты же это не серьезно?
– пожалуйста, скажи, что не серьезно. Это не может быть всерьез; мы едва разговаривали все эти месяцы. Он просто дразнит меня. Ведь так?
– Я не шучу, - в его глазах пляшет веселье, и я буквально топаю ногой по кафельному полу.
– Но мы не… У нас даже нет… - я собираю свои волосы одной рукой и пытаюсь понять о чем он говорит.
– Ах, ты же не думала, что я так легко сдамся, не так ли?
– он наклоняется и прикасается губами к моей горящей щеке, - Ты, что, меня совсем не знаешь? – его улыбка вызывает у меня желание ударить и поцеловать его одновременно.
– Но ты сдался.
– Нет, я даю тебе пространство, именно то, что ты вынудила меня сделать. Я доверился твоей любви ко мне, чтобы та вернула тебя обратно, в конце концов, - он приподнимает бровь, и выдает мне ту улыбку со своими дьявольскими ямочками, - Хотя тебе и понадобилось чертовски много времени.
Какого черта?
– Но… -у меня буквально совсем нет слов.
Он смеется, поднимает руки и обхватывает мое лицо своими руками.
– Будешь ли ты снова спать со мной на диване? Или это будет слишком заманчиво для тебя?
Я закатываю глаза и следую за ним в гостиную, пытаясь понять какой вообще это имеет смысл для него или для меня. Так много вещей, которые нужно обсудить, так много вопросов, так много ответов.
Но сейчас я собираюсь заснуть на диване с Гарри и притвориться, будто в этот раз в моем мире все может быть правильным.
***
– Доброе утро, малыш, - слышу я где-то поблизости.
Когда я открываю глаза, черная татуировка в форме ласточки это первое, что я вижу. Кожа Гарри более загорелая, чем раньше, и мышцы на груди гораздо рельефнее, чем они были, когда я в последний раз видела его. Он всегда был невероятно хорош, но он выглядит лучше, чем когда-либо прежде, и это самая сладкая пытка лежать здесь, на его голой груди; его рука обернута вокруг моей спины, а другая поднимается, чтобы убрать волосы с моего лица.
– Доброе утро.
Я кладу подбородок на грудь, создавая тем самым идеальный угол обзора, чтобы полюбоваться его лицом.
– Хорошо спала?
– его пальцы мягко скользят по моим волосам, и его прекрасная улыбка до сих пор на месте.
– Да, - я закрываю глаза на мгновение, чтобы очистить мозг, который вдруг превратился в кашу при звуке его хриплого, сонного голоса. Даже его акцент чувствуется более интенсивно, более отчетливо. Черт бы его побрал.
Не говоря ни слова, он проводит кончиком пальца по моим губам.