After 3
Шрифт:
Ещё больше воспоминаний появились в моей голове, и мне так хочется засунуть её туда, чтобы она смогла прочитать мои мысли, и расшифровать мои намерения. Если она была бы в моей голове, то увидела бы разговор, который привел меня в НьюЙорк, чтобы поговорить с издателями. Это не, то, что я намеревался, когда-либо сделать. Это просто случилось. Я записал столько моментов, незабываемых моментов между нами. Когда я сказал что люблю её, и забрал свои слова назад.
***
Я прислонился к столбу пьяный и весь в синяках. Почему я вообще начал драться
Это сводила меня с ума гораздо больше, чем должно было. Я хотел забыть это чувство ревности, перекрывая его физической болью. Она трахнется с ним? Тогда Зейн выиграет.
Беспокоило ли меня это только из-за спора? Я не знаю.
Я сел на траву, вытирая кровь изо рта, когда подошла Тесса. Мой разум был затуманен, но я чётко видел Тессу.
Во время поездки обратно в дом Кена, Тесса была нервная и не уверена в своих действиях, как будто он был каким-то бешеным зверем. Она сосредоточилась на дороге, и спросил
– Ты любишь меня?
Я удивился, чертовски удивился, и не был готов ответить на это вопрос. Я уже однажды сказал о своей любви к ней и, забрал слова назад.
Конечно, я, блять, люблю ее, тогда почему я обманываю ее?
Я уклонился от ответа на некоторое время, но тишина стала невыносима, и я все же начал говорить.
– Это ты. Ты, тот человек, которого я люблю больше всех на свете, - это была правда, но как стыдно и неудобно было признавать это. Я любил её, и я знал, что теперь моя жизнь никогда не станет прежней. Даже если она проведёт пол жизни со мной вместе, а потом оставит, я все равно останусь таким, после нее. Она изменила меня.
На следующий день, я нашел кучу мятых страниц, с пятнами кофе и названием “После”.
***
Я на самом деле не был готов его опубликовать, пока случайно не принёс эти бумаги на один из своих сеансов терапии. Люк схватил торчащую бумажку с моего стула, и прочитал историю про горящий дом моей матери. Я ненавижу говорить об этом дерьме, поэтому смотрел поверх глаз этого парня представляя, Тессу в этой комнате, и делился моими тёмными временами, вместе с группой обсуждая, какой я мудак… Был.
***
Я спустился вниз, чтобы посмотреть, куда он ушел. Я быстро успокоился, когда увидел его стоящим с моим переплётам в руках.
– Что все это значит?
– его глаза бегали по страницам.
– Если бы ты меня встретил месяц назад, то твои чёртовы зубы были бы уже у тебя в горле, - я посмотрел на него, выхватывая свою рукопись.
– К сожалению, у меня с этикетом плохо, - он улыбнулся, и я почему-то почувствовал, что могу ему доверять.
– Очевидно, - я закатил глаза, и начал запихивать страницы в карманы. Он посмеялся.
– Ты дашь мне почитать пару страниц, если я угощу тебя пивом в соседнем здании?
– Пора выздоравливающих алкоголиков хочет провести переговоры, прочитав
– Ну, пиво не заставит тебя сжигать дома, а меня не заставит говорить Кейси обидные вещи.
– Ладно. Пиво это хорошо, - я собирался отговорить его.
Мы шли в бар по соседству. Я заказал кучу еды за его деньги, а взамен, я дал ему прочитать пару страниц из своей исповеди.
Двадцать минут спустя я должен был положить этому конец. Он прочитал все это, если бы я позволил ему.
– Это, действительно, потрясающе, парень… Это… Дерьмо в некоторых местах, но я понял. Это не ты говоришь, это были демоны.
– Демоны, да?
– Я долго водил по стакану, допив пиво.
– Да демоны. Ты полон ими, когда пьян, - он улыбнулся, - Некоторое, что я прочитал, было написано не тобой, а демонами, - я отрицательно покачал головой. Он был, конечно, прав, но я не мог себе представить дьявола сидящего на моем плече, который пишет за меня это.
– Ты даш ей это прочитать, когда закончишь, не так ли?
Я опустил полоску сыра в какой-то соус, и постарался не злиться на него за то, что он прервал мои размышления о демоне.
– Нет, ни в коем случае, я не позволю прочитать ей это дерьмо.
Я постучал пальцем по кожному переплету, вспоминая, как Тесса волновалась, когда дарила его мне. Я боролся за идею, но теперь я люблю глупости.
– Ты должен. Особенно та часть, где она не может иметь детей, это просто ужасно.
– Я знаю, - я не смотрел на него. Я посмотрел вниз, интересно, что происходило в моей голове, когда я писал это чёртово дерьмо.
– Ты должен, что-то с этим сделать. Я не специалист по литературе, но я знаю, то, что я прочитал действительно, действительно хорошее дерьмо.
Я сглатываю, пытаясь скрыть плохую интонацию.
– Опубликовать это?
– я усмехнулся, - Да, блять, ни за что.
***
Ну, после каждого собеседования мне становилось все скучнее и скучнее, я не мог представить себя сидящим в одном из этих дерьмовых офисов. Я хотел работать в издательстве, и чем больше я читал, тем больше мне это нравилось, мне нужно было что-то сделать с этим.
Это мысли засели у меня в голове, и терзали меня, подталкивая хотя бы попробовать, и я подумал, что если я вырежу всё дерьмо, которое там есть, и она полюбит это. Это стало навязчивой идеей, я был удивлён интересом, который люди проявляют к этому.
Я послал свою рукопись во все издательства, которые знал, и которые могли бы заняться этим, эти контакты остались ещё после работы на Вэнса.
Я думал, хотя, может быть, мне только так показалось. Я думал, что эта книга будет для неё знаком вернуть меня обратно в свою жизнь. Я думал, что это произойдёт после пары месяцев, как напечатают книгу, и у нее было больше времени, чтобы заняться этим.