Агата
Шрифт:
– Милый вы мой! – растрогалась она. – Ступайте теперь, прошу вас!
Слухи о том, что супруги Кристи отбывают в Лондон утренним поездом, мгновенно облетели городок. Когда они прибыли на вокзал, их уже ждала толпа репортеров и просто городских зевак. Пришлось выставить полицейский кордон, чтобы супруги смогли пройти к поезду.
Агата крепко держалась за локоть мужа, испуганная зрелищем бушующей толпы.
– Мы требуем объяснений! – завопил он. – На эти поиски ушло несколько тысяч фунтов народных денег!
– Вам я и пенни из них не дам! – процедил Арчи.
Старший инспектор полиции Макдауэлл помог Агате подняться в вагон, пока Арчи стоял на перроне лицом к лицу с обидчиком.
– Лично я исправно плачу налоги, – чеканил он, – а полиция собралась тут исключительно для поддержания порядка. Я ее не вызывал. Она была вынуждена вмешаться из-за нездорового ажиотажа.
– Этот ажиотаж устроила ваша жена, – не унимался репортер. – Ищет, судя по всему, дешевой популярности.
– Ваше заявление непристойно и оскорбительно! Это – последнее, что она стала бы искать. Она просто нездорова. Только сегодня утром она понемногу начала осознавать, кто она на самом деле.
Толпа из нескольких сот человек смела контролера и выплеснулась на перрон. В ней оказалась и Эвелин, сумевшая протолкнуться к самому поезду. За ней следовали другие, по мере того как она прокладывала себе дорогу от вагона к вагону, ища Агату. Наконец она увидела ее в дверях купе. Вход в вагон стерег полисмен.
– Простите, мэм, – он попытался остановить Эвелин, – туда нельзя…
Но Агата, увидев подругу, сама выбежала в коридор.
– Как ты умудрилась сюда пробраться, Эвелин?
– С боями, – ответила та. – Ужасно хотелось увидеть тебя перед отъездом. И узнать, чем кончилось…
– Все в порядке. Он не будет публиковать эту историю, я собиралась позвонить тебе…
– Ты уверена?
– Более чем.
– Хорошо. Просто замечательно. Прости, я была так…
– Ты была хорошим другом, Эвелин. Была и есть.
Эвелин взяла Агату за руку.
– А что будет потом?
– Не знаю, что потом. – Она улыбнулась. – А сейчас я страдаю от la belle indifference.
Зеваки, сумевшие вслед за Эвелин пролезть в вагон, теперь тоже заметили Агату, и плотное кольцо уже начинало смыкаться вокруг нее, несмотря на тщетные усилия полиции. Какая-то дама из числа постоялиц «Гидропатика» схватила Агату за руку:
– Хочу пожелать вам удачи!
Агата благодарила ее, стараясь одновременно не потерять из виду Эвелин, которую уже оттесняла толпа.
– La belle что? – крикнула та через голову престарелой леди.
– Поздно объяснять, – прокричала Агата в ответ. – Я напишу тебе.
Тем временем из трубы сверкающего
– Что вы можете сказать по поводу объявления в «Таймс»?
– Я выяснил, что объявление дала моя жена. Она была в самом деле уверена, что приехала из Южной Африки, и беспокоилась, что не сможет найти своих родственников и друзей.
– А как насчет фамилии, которую она взяла, сэр?
– Трудно сказать. У нас есть одна знакомая по фамилии Нил, но ее зовут Нэнси.
Уолли стоял в задних рядах, засунув руки в карманы твидового пальто.
– Среди родственников моей жены, – продолжал Арчи, – есть и Тереза, так что, возможно, имя родственницы случайно соединилось у нее в голове с этой фамилией.
Агата открыла окно в опустевшем уже коридоре и высунулась, высматривая на перроне Эвелин. И, увидев, небрежно помахала ей, а потом вдруг отстегнула от ворота пальто брошь – тот самый желтый тюльпан – и незаметным жестом бросила на перрон. Кто-то заметил, как Эвелин, рванувшись вперед, подняла ее с торжествующей улыбкой.
Арчи Кристи наконец зашел в вагон, дверь за ним тут же захлопнулась. Он высунулся из другого окна и прокричал в толпу:
– Зарубите себе на носу. Я надеюсь, что с этого момента вы навсегда оставите в покое меня и мою жену, чтобы она могла спокойно отдыхать и поправлять свое здоровье. Уверен, она скоро выздоровеет и навсегда останется верной спутницей моей жизни.
Паровозный дым заволок весь перрон, и поезд потихоньку тронулся с места, а вдоль вагона все бежала ватага репортеров, хотя полковник уже захлопнул окно.
Когда поезд скрылся из виду, Уолли Стентон подошел к Эвелин Кроули.
– Не тот мужчина, – сказал он тихо. – Не те вопросы. И вообще не та история.
– Это было благородно, – ответила она, – не…
– Еще бы! А кстати, что это она вам бросила на перрон, Эвелин?
– О, дурацкую брошку, которую она все это время таскала на пальто. Чепуховина! Можете забрать себе. – Она подала Уолли желтый тюльпан и засмеялась. – Как забавно!
– Правда забавно!
Она взглянула на него.
– Простите меня. Вы ведь и в самом деле были к ней неравнодушны.
– Еще бы, – ответил он.
И широко улыбнулся.
Двумя годами позже, в 1928 году, супруги Кристи развелись, и Арчибальд Кристи женился на Нэнси Нил.
А спустя еще два года – в 1930-м – Агата Кристи вышла за Макса Мэллоуэна, и они жили долго и счастливо.