Агент Фейри
Шрифт:
Раньше это воспоминание разжигало во мне ярость. Теперь, когда Абеллио был прикован к грязной стене, я почти ничего не почувствовала.
— Собираешься отплатить мне? — прохрипел он. — Сделать то же самое? Валяй. Я не стану умолять и плакать, как это делала ты, животное-смейри.
— Ты правда в это веришь? — я выгнула бровь.
Он не ответил.
Я снова поднялась.
— К счастью для тебя, я не занимаюсь пытками. Один из нас животное, но это не я.
— Так зачем ты сюда пришла?
— Может быть. Но пока что нет. Мне тут сказали, что публичное повешение поспособствует улучшению морального облика новой Республики. Мне это кажется странным, но кто я такая, чтобы стоять на пути у традиций фейри?
— Зачем ты здесь, Кассандра? — устало повторил он.
— Главным образом, — прошептала я, улыбаясь, — чтобы увидеть тебя таким.
Время замедлилось.
Облако страха пульсировало вокруг него — музыка для моих ушей. Я прислушалась к песне. Она обладала неземной красотой, которой я прежде никогда не замечала.
Я призвала её к себе, позволила ей наполнить меня.
Страх смерти. Страх пыток. Страх провала. Страх вечности в заточении. И всё это гармонично переплетается. Под ними я ощущала более глубинные страхи. Страх быть забытым. Страх подвести Огмиоса. Страх одиночества.
Я могла сделать их все ещё хуже. Я могла превратить его в лепечущего безумца или убить, вызвав сердечный приступ на месте.
Вместо этого я начала аккуратно изменять ноты. Я замедлила вибрации, сделав их более глубокими, более настойчивыми.
Врождённый, неизменно присущий ужас всегда будет преследовать его. Я усилила его страх передо мной, заставляя думать, будто я почти всемогущая. Я сплетала бесконечные нити суеверности и паранойи в его страхах, и когда я закончила, он ничего на свете так не боялся, как меня. Я пугала его так, как разгневанный бог ужасает преданного верующего.
Это стало формой искусства — превращение музыки страха Абеллио в нечто, что выдержит проверку временем: фейри снов, преследуемый собственными кошмарами.
Я швырнула в него его самые глубинные страхи, даже не деликатничая. Его глаза широко распахнулись, и он задёргался в цепях. Он застонал, его дыхание сделалось прерывистым.
— Мне не нужны пытки, — бодро заявила я. — У меня есть ужас.
— Пожалуйста, — промямлил он. — Пожалуйста...
— О! — я щёлкнула пальцами. — Чуть не забыла. Нам же надо задать тебе вопросы. Где Сиофра?
— Я не знаю! Пожалуйста!
— Она была с тобой. Где она?
— Она исчезла неделю назад. Клянусь, я понятия не имею, куда она отправилась. Пожалуйста, сделай так, чтобы это прекратилось!
Я помедлила, вспомнив, что Роан сказал мне несколько месяцев назад, когда я впервые узнала, что Сиофра человек. Как человек может так владеть магией фейри? Она обуздала силу
— Где дерево Сиофры? То, что даёт ей силу?
— Я не знаю, — пролепетал он. — Оно в Хоквудском Лесу, где-то возле рощи Маклинстон. Это всё, что мне известно. Это её самый тщательно охраняемый секрет. Она ни одной живой душе не говорит, какое дерево — её.
— Мне нужны подробности, Абеллио! — взревела я.
— Я больше ничего не знаю, Кассандра, клянусь...
Я медленно кивнула. Это сгодится. Но перед уходом у меня оставалось ещё несколько вопросов.
— Помнишь, как ты убил Нериуса? И Друстана? Помнишь, как пытал меня? Видел, что они сделали с Бранвен?
— Я сожалею! Пожалуйста, пусть это прекратится!
— Ты привыкнешь, — я направилась к выходу из комнаты. — Теперь ужас — это часть тебя.
Его мольбы и крики провожали меня к выходу. Оказывается, я всё-таки весьма зла.
Глава 38
В тёмном углу крепости Сингето, припрятанный в военной комнате, стоял дубовый стол с картой Хоквудского Леса.
Я сидела на дубовом стуле, глядя на обширную протяжённость деревьев, составлявших лес. Элвин и Роан расположились напротив, хмуро уставившись на карту. Иделиса сидела чуть подальше, её глаза смотрели бдительно и внимательно. Это был весь наш военный совет в войне против одного-единственного человека.
— Сиофра не остановится, — мой голос нарушил тишину. — До тех пор, пока она жива. Она помешана на том, чтобы уничтожить меня, и можно спокойно предположить, что она хочет уничтожить всех и вся, с кем я связана. Она представляет непосредственный риск для всех нас, для Неблагих, для любых людей, которые встанут на её пути.
Здесь, в военной комнате без окон, ничто не отражало свет. Я оставила свои зеркальные браслеты снаружи. И всё же я рефлекторно искала любые отражения, которые могла бы использовать Сиофра. Я ничего не чувствовала.
— Ты уверена, что он говорит правду про рощу Маклинстон? — спросила Иделиса.
Я кивнула.
— Он не посмел бы врать мне. Думаю, он верит, что я способна читать его мысли.
Элвин кончиком пальца обвёл широкий участок на карте.
— Я практически уверен, что это прямо здесь.
Роан покачал головой.
— Нет. Я же говорил тебе. Роща Маклинстон находится восточнее.
Элвин скрестил руки на груди.
— Нее, бро. Она к северу от озера Вейлин. Я знаю весь этот лес, ясно?
— Ты из Лондона, — перебил его Роан. — Я прожил в этом лесу пять веков. Я знаю каждый камень и каждое дерево, каждый клочок мха.
— Ладно, — резко сказала я. — Не сомневаюсь, что вы оба можете найти туда дорогу. Смысл не в этом. Более важно то, как нам убить чёртов дух дерева?