Агент влияния

Щепетнов Евгений Владимирович

– Слушайте, хватит играть словами! – слегка рассердился я, чувствуя, что меня переиграли в словесном поединке – хватит казуистики! Говорите, зачем пришли, да я усядусь работать! Вы меня от дела оторвали!

– Вот как? – слегка демонстративно удивился Симонов – а я думал, вы лежите на диване, пьете виски и почиваете на лаврах! Ну как же – бандитов победили, книга имеет успех… и даже в соревнованиях по реслингу поучаствовали, да как! На всю страну показали! И на соседние страны – даже в Канаде и Мексике смотрели! Шум – до небес! Скажите, а вы вообще знаете, кто с вами был на этих соревнованиях? Тот, с кем вы

пришли?

– Мой секретарь? Рон его звать. А что? – усмехнулся я, и тут же попытался перехватить инициативу в свои руки – Хотите меня предостеречь? Рассказать, что он работает на ЦРУ, а я наивный такой албанец ни о чем не догадываюсь и сам плыву в руки зарубежных спецслужб? Так, что ли?

– Так! – не удивился Симонов – А почему албанец? Вы имеете какие-то дела с албанцами?

– Это выражение такое – досадливо сморщился я – Типа наивный селянин. Неважно. Это все, что вы хотели мне сказать?

Симонов раскрыл рот, собираясь ответить, но тут нарисовался следующий персонаж – Нестеров. Побритый, причесанный, в белой рубашке и брюках он выглядел вполне прилично, и от него почти не пахло застарелым перегаром – зубы почистил, точно. А сегодня утром еще не успел поддать, так что не пахло и свежачком. Если бы не бледный цвет лица, как у человека, долго находившегося в больничной палате – можно было бы и не понять, что человек находится в длительном и тяжелом запое.

– Здравствуйте! Здравствуйте Николай Васильевич! А что же вы не предупредили, что приедете в гости? – Нестеров был само радушие, просто-таки до отвращения.

– Здравствуйте, Нестеров – холодно сказал Симонов, и Нестеров от такого ледяного обращения тут же сник. А Симонов продолжил – Жду от вас отчета о проделанной работе. Все подробно, без каких-либо умолчаний. Как товарищ Карпов оказался на ночной улице города – к примеру. Без вас. В одиночку. Почему вас не было на тех соревнованиях. Ну и… вообще – что происходит вокруг вас. А пока что – прошу вас выйти из комнаты!

Нестеров повернулся, и как побитая собака пошел прочь, едва не роняя слезы и сопли на ковер. Мне его искренне стало жаль, хотя я и не люблю запойных пьяниц. Ну правда же – сколько можно бухать? Совесть-то надо иметь! А еще из такой службы… позорище!

– Товарищ Карпов! – голос Симонова стал обманчиво мягким, будто обращался он к старому другу, товарищу – Мы очень заботимся о вашем здоровье, о вашей судьбе. Как оказалось, приставленный к вам товарищ не может, или не хочет вам помогать. Можно сказать – он бесполезный балласт. Потому было принято решение – обеспечить вашу охрану, выделив вам в помощь двух наших сотрудников. Один из них будет постоянно находиться при вас, чтобы никакая случайность не лишила нас такого всемирно признанного писателя, как вы. Наше государство бережет своих граждан, а уж таких как вы – в первую очередь. Мы не можем допустить, чтобы страна лишилась вас, Карпова Михаила Семеновича, и потому с этой минуты один из наших товарищей всегда будет рядом – где бы вы ни были.

– Даже в туалете, да? – безмятежно спросил я – И спинку мне потрет, когда я в душе?

– Если попросите – потрет – невозмутимо кивнул Симонов – вы теперь слишком ценный для страны гражданин, чтобы мы могли так просто разбрасываться такими кадрами. И мы сделаем все, чтобы вас сохранить.

– А если я не хочу? Если мне не нужно,

чтобы вы меня сохраняли? Почему вы решаете за меня?

– Михаил Семенович… ну вы же должны понимать! Писатель такого уровня, как вы, всемирно известная личность – это народное достояние! Мы не может допустить, чтобы вам причинили вред!

– То есть я уже себе не принадлежу? – меня начинала разбирать злость – Вот что, товарищи, шли бы вы отсюда! Охраняйте, делайте что хотите, но только чтобы вас здесь не было! В этой квартире! Вообще-то эту квартиру предоставляет мне издательство, оплачивает проживание и питание. А вы мне тут совершенно не нужны!

Молчание. Потом Симонов посмотрел на двух молчаливых парней, на лицах которых не дрогнул ни один мускул, и тихо приказал:

– Ребята, выйдите.

«Ребята», не говоря ни слова поднялись и вышли, плотно прикрыв за собой дверь, а мой собеседник повернулся ко мне и тихо сказал:

– У нас есть подозрение, что вас хотя похитить или убить. Вернее, так: это даже не подозрение, это уверенность.

Я почувствовал, как в животе у меня слегка похолодело, а сердце трепыхнулось, как птичка в клетке. Не каждый день узнаешь, что на тебя открыта охота! Только правда ли это? Что за игру ведет этот мужик? И вообще – кто он такой? Да! Вопрос интересный – а как я узнаю, что он – это он?!

– Я вам не верю! – сказал я после недолгого раздумья – Вы пришли ко мне, представились Симоновым, рассказываете, что представляете посольство. Никаких документов не предъявили. И почему я вам должен верить? И да, главный вопрос – кто именно мне угрожает? И почему? Кому нужен какой-то там писатель-фантаст?!

– Вы знаете – почему! – Симонов пристально посмотрел мне в глаза – Шаман.

Оп! Сердце ухнуло в пятки, и я на секунду прикрыл глаза, будто меня ослепило вспышкой – неужели?! Да ладно?!

– Я не знаю, о чем вы говорите – мой голос был таким, как всегда. Наверное – таким, как всегда. Не дрожал, не охрип – голос, как голос.

– Вы знаете! – жестко сказал Симонов – неужели вы думали, что вас не вычислят?! И что, вы решили, будто вас так просто выпустили из страны?! Что вам никто не помогал? За каждым вашим шагом наблюдали! Мы знаем о вас все!

– Надо же – легкомысленно хмыкнул я – А я вот не знаю о себе все. Ну хоть кто-то знает! Поделитесь знаниями? Или оставите в неведении?

– Хватит ерничать, Карпов! – оборвал меня собеседник – вы «Шаман»! Вас давно вычислили, и не трогали только потому, что вы проходите под грифом… впрочем – какая разница, под каким грифом? Главное – о вас знает только Андропов и ряд доверенных лиц рядом с ним. А еще – знаем МЫ.

Я замер. Таак… получается, тут две группировки? И к какой же принадлежит этот человек?

– Мы – это кто такие?

– Неважно! – Симонов обвел глазами комнату и потрогал уши – Главное, что вы должны знать, наша задача – вас сберечь. Не дать вас уничтожить. И потому… потому вы должны согласиться на охрану. Одному не выжить. А еще – я не хочу, чтобы какая-то случайность лишила нас вашего общества.

Мы помолчали, и тут Симонов предложил:

– А пойдемте где-нибудь пообедаем? В ресторан? Я угощаю!

– Халява? – задумчиво протянул я – Хорошо. А усладите мой слух веселой беседой? Расскажете какую-нибудь сказку? Ну… чтобы переваривалось лучше!