Агентурная сеть
Шрифт:
И все же сводки наблюдения за «Бао» грешили одним существенным недостатком.
Квалифицированная служба наружного наблюдения может не только проконтролировать маршрут объекта и выявить его связи, но и составить довольно подробное представление о его личности, установить сильные и слабые стороны его характера, изучить его привычки, сказать, например, на какой тип женщин он обращает внимание, какие напитки предпочитает и к каким видам развлечений проявляет наибольший интерес, имеет ли какие-нибудь специфические наклонности и многое другое.
К моему большому
Пришлось восполнять пробелы через «Артура», которому тоже довелось несколько раз участвовать в слежке за китайцем и который поэтому имел возможность по достоинству оценить его изворотливость, энергию и неутомимость.
В одной из сводок я наткнулся на упоминание о том, что в середине октября «Бао» посетил кабинет известного французского врача Жиро. О цели визита и прочих деталях в сводке не сообщалось, филеры только зафиксировали адрес, а в кабинет не заходили и с французом не беседовали.
Меня, естественно, заинтересовал этот визит, и на очередной встрече с «Атосом» я собирался попросить его в этом разобраться. Но мой французский коллега, не в пример своим подчиненным, оказался человеком предусмотрительным и, не дожидаясь моей просьбы, сам проявил инициативу и все выяснил. Тем более что это не стоило ему большого труда: Жиро оказался его хорошим приятелем и без всяких обязательств перед контрразведкой, так сказать, на личной основе, регулярно сообщал ему кое-какие сведения на своих пациентов, особенно когда это касалось выходцев из социалистических стран.
— Китаец обратился к Жиро по случаю обострения хронического заболевания, — доложил мне «Атос». — Жиро предложил ему лечь на обследование в его частную клинику, но китаец отказался. Он предпочел обследоваться и лечиться амбулаторно.
— Но ведь Жиро, насколько я знаю, не лечит бесплатно? — уточнил я, поскольку услугами Жиро пользовались и советские граждане, и после каждого такого визита в посольство поступал счет.
— Естественно. Такое обследование обойдется китайцу в сто тысяч франков. А за лечение придется платить отдельно.
— Немало, — посочувствовал я китайцу. — И как он собирается расплачиваться?
— Китаец сказал, что сам будет платить наличными за каждое посещение. Его посольство подобные счета не оплачивает.
— Почему?
— Как он объяснил, в стране есть китайские врачи, и все китайцы должны лечиться только у них.
— Почему же он тогда не обращается к своим лекарям?
— Жиро тоже его об этом спросил. Китаец ответил, что не очень верит в иглоукалывание и предпочитает традиционную медицину. К тому же он не хочет, чтобы о его болезни узнали в посольстве, потому что его могут отправить в Китай на лечение, и кто его знает, чем все это для него закончится.
Это была стоящая информация!
— Любопытно, — сказал я, прокручивая в уме возможные варианты дальнейшего развития событий. — Попросите Жиро информировать вас о всех визитах
— Будет исполнено, мой генерал, — шутливо отрапортовал «Атос» и приложил два пальца к правому виску.
— Что еще? — улыбнувшись его шутке, спросил я.
— Один из осведомителей полиции, наблюдающий за посетителями вьетнамского ресторана «Ханой», зафиксировал встречу вашего китайца с местным гражданином. Полиция передала эту информацию в специальную секцию «Руссо». Мы установили, что китаец встречался в ресторане с пресс-секретарем министерства иностранных дел Ламином Конде.
— Это его агент? — предположил я.
— Не думаю, — покачал головой «Атос». — Как мы выяснили, это была их вторая встреча. Для того чтобы завербовать Конде, у китайца было слишком мало времени.
— Кто знает? — скачал я и подумал, что кому-кому, а уж «Атосу» не хуже меня должно быть известно, что для вербовки иногда бывает достаточно и десяти минут. Все зависит от того, какая проведена подготовительная работа.
— Это предварительный вывод, — словно прочитав мои мысли, поправился «Атос». — Мы продолжаем проверку.
— Если окажется, что Конде еще не завербован, было бы неплохо установить с ним контакт и использовать в качестве подставы.
— Видите ли, Мишель, — с явным сожалением сказал «Атос», — по своему положению советника я не имею права вербовать местных граждан. Для такого дела нужен местный офицер контрразведки.
— Мне бы не хотелось расширять круг людей, участвующих в этой операции, — заметил я.
— Я понимаю вас, — согласился «Атос». — Но другой возможности договориться с Конде и использовать его в наших интересах у меня нет.
— А можно сделать так, чтобы этот офицер никому, кроме вас, не докладывал о работе с Конде? — попытался я найти компромиссное решение проблемы.
— Можно! — оживился «Атос», которому явно понравилась моя идея привлечь Конде к разработке «Бао». — У меня есть один молодой, но очень способный офицер, которому я полностью доверяю и который меня никогда не подведет.
— Кто он такой? — спросил я, втайне надеясь услышать знакомое имя.
— Его зовут Сайфулай Диоп, — словно желая ублажить меня, ответил «Атос».
Мне стоило большого труда не выдать своей радости, что предчувствие меня не обмануло. Однако я сдержал свои эмоции и, ничем не показав, что я великолепно знаю названного им человека, попросил:
— Расскажите мне подробно, что это за сотрудник и почему ваш выбор остановился именно на нем?
Какой профессионал упустит возможность, тем более ничем не рискуя, получить из такого компетентного источника исчерпывающую характеристику на своего агента?
Пока «Атос» лил бальзам на мою страждущую душу и в самых лестных выражениях расписывал достоинства «Рокки», я, прежде чем одобрить эту идею (а в том, что ее следует одобрить, у меня не было никаких сомнений!), прикидывал, как построить дальнейшую работу с двумя источниками, работающими в одном учреждении, занимающимися одним делом и к тому же отлично знающими друг друга, чтобы не допустить их взаимной расшифровки. Заодно я соображал, как использовать складывающуюся ситуацию для их проверки и контроля за ходом разработки «Бао».