Агентурная сеть

Прелин Игорь Николаевич

Да мало ли кто еще относится к числу «нежелательных иностранцев»!

Когда список приглашенных основательно почищен, в него вносятся фамилии тех, в чьем приглашении заинтересована резидентура. В их числе, как это ни парадоксально, могут оказаться и лица, разрабатываемые с целью привлечения к сотрудничеству с разведкой, если они поддерживают официальные контакты с посольством и такой визит не может иметь для них нежелательных последствий; известные сотрудники и агенты спецслужб, в знакомстве с которыми заинтересованы сотрудники внешней контрразведки — в общем, все определяется пресловутой оперативной целесообразностью, на которой и строится вся

работа резидентуры.

Согласованный с резидентом КГБ и утвержденный послом окончательный список возвращается в протокольный отдел, сотрудники которого заполняют и рассылают соответствующие приглашения. Это, так сказать, видимая часть протокольной работы, выполняемая сотрудниками посольства и других учреждений.

Но есть еще невидимая часть, которую берут на себя сотрудники резидентуры и о которой протокольному отделу не известно, поскольку, помимо утвержденного списка, на прием приглашается много лиц, в этом списке не указанных, приглашения которым вручают сотрудники резидентуры или другие советские граждане, выполняющие их конфиденциальные поручения.

Но в формировании контингента лиц, посещающих дипломатический прием, принимают участие не только протокольный отдел посольства и резидентура КГБ, но и местные спецслужбы и резидентуры других разведок, которые явно и тайно вносят свои коррективы, опять-таки исключая из числа приглашенных тех, чье появление в советском посольстве нежелательно теперь уже по их оперативным соображениям, и заменяя их теми, чье присутствие с их точки зрения желательно по тем же самым оперативным соображениям, которые кардинально расходятся с заинтересованностью посольства и резидентуры КГБ.

Ну и на каждом приеме всегда есть определенное количество «зайцев» — любителей пошляться по иностранным посольствам без всяких приглашений, которым неведомо какими путями удается проникать на самые закрытые протокольные мероприятия.

Но подготовка к дипломатическому приему не ограничивается только проблемами, связанными с приглашением гостей желательных и отводов гостей нежелательных. Как и на рядовом дне рождения, так и на самом пышном посольском приеме гости бывают всякие: официальные, обязательные, полезные, бесполезные, нейтральные, приятные и не очень, а также самые дорогие, которых надо окружить особой заботой и пристальным вниманием.

А потому каждому сотруднику резидентуры перед приемом ставится конкретная задача: один заводит полезные знакомства; другой укрепляет отношения со специально приглашенным для этого на прием человеком; третий собирает информацию в беседах с гостями; четвертый наоборот ее «разглашает», чтобы она дошла до ушей тех, кому предназначена; пятый контролирует действия известных сотрудников местной контрразведки и иностранных разведчиков, которые тоже пришли не просто так, а чтобы решать свои профессиональные задачи; шестой наблюдает за теми, кто пришел на прием, чтобы вести наблюдение; седьмой фиксирует контакты своих соотечественников с лицами, подозреваемыми в связях со спецслужбами, чтобы потом выяснить цель и характер этих контактов; восьмой… это если в резидентуре есть этот самый восьмой, поскольку не в каждой из них, особенно в Африке, есть даже седьмой, шестой или пятый.

Там же, где их нет, все эти задачи выполняют первые четверо, а то и трое, если четвертый болен, в отпуске или как раз в этот день проводит какое-то оперативное мероприятие, пока внимание всей контрразведки приковано к приему, а потому вертеться этим троим приходится основательно.

Особо хотелось

бы отметить действия тех, кто ведет наблюдение за американскими разведчиками, потому что именно с их стороны всегда отмечается наибольшая активность. Причем наблюдение это осуществляется не бессистемно, не вообще, а каждый сотрудник резидентуры отвечает за «своего» сотрудника ЦРУ и обязан непрерывно держать его в поле зрения.

В том, насколько иногда полезно бывает понаблюдать со стороны за некоторыми американскими разведчиками, и к чему может привести небрежение этим золотым правилом, убеждает одна очень поучительная, хотя и на удивление банальная история, приключившаяся с помощником советского военного атташе в одной из африканских стран за несколько лет до описываемых событий.

Это была его вторая командировка, однако он, похоже, так и не уловил разницы между сибирской глухоманью или провинциальными городками Нечерноземья, где ему довелось служить до зачисления в Военно-дипломатическую академию, и пусть плохонькой, но все же заграницей, а потому так и не избавился от повадок гарнизонного ловеласа. Говоря другими словами, он был одним из тех офицеров, у которых влечение к женскому полу отнимало не меньше времени, чем исполнение воинского долга, что и было впоследствии зафиксировано в материалах его уголовного дела.

Я не буду вдаваться в некоторые технические детали, чтобы не уводить повествование в сторону от существа дела, однако те же самые материалы позволяют сделать вывод, что о его избыточных сексуальных потребностях хорошо знала американская разведка, которая, и до этого не отличавшаяся особой изобретательностью в выборе средств, решила на этом сыграть.

К тому времени, когда американцы разработали свой не слишком изящный план, военный атташе на три месяца отнял у своего любвеобильного помощника служебную автомашину. Поводом для этого послужили несколько мелких автоаварий, но дело было не столько даже в их количестве, сколько в том, что совершил их помощник в состоянии когда легкого, а когда и среднего подпития, и потому военный атташе прибег к этой воспитательной мере.

За эти три месяца, дарованные им строгим военным атташе, американцы и успели реализовать свой замысел.

Однажды, когда в обеденный перерыв помощник пешком направился домой, возле него остановилась автомашина, и миловидная женщина на хорошо ему понятном французском языке предложила его подвезти.

В этом благородном поступке прекрасной незнакомки не было ничего экстраординарного, потому что в Африке существует такое понятие как «белая солидарность», обязывающая всех европейцев, независимо от пола, возраста и национальной принадлежности, оказывать друг другу всяческие мелкие услуги.

Расчет оказался верным: езда в машине в обществе прекрасной дамы была гораздо приятнее пешей прогулки под палящими лучами полуденного солнца, и потому помощник принял предложение.

А дальше все пошло по многократно всеми спецслужбами использованной схеме, не знать которую выпускник Военно-дипломатической академии не мог, — он мог ею только сознательно пренебречь!

Через две минуты незнакомка поведала ему, что является женой иностранного специалиста, который бурит нефтяные скважины в нескольких сотнях километров от столицы, а поэтому она страдает от одиночества. Еще через две минуты она придумала великолепный повод, чтобы встретиться с помощником еще раз: он неосторожно обмолвился, что интересуется книгами, описывающими обычаи и правы коренного населения страны.