Агония
Шрифт:
Горничная поставила перед ними на столик бутылку, два изящных бокала на тонкой ножке и налила вина. Марта сделала ей короткий жест рукой и, когда она склонилась к ней, что-то быстро шепнула на ухо.
– Ты не удивлена?
– чуть вздернув брови, спросил Алекс, когда горничная вышла с террасы.
– Ты знаешь, нет, - она подняла бокал, и некоторое время наблюдала, как в вине переливаются густыми бордовыми красками последние лучи заходящего солнца.
– Я, конечно, тебя не ждала... Но почему-то была уверена, что рано или поздно ты объявишься.
– Тогда за встречу старых друзей, - Алекс поднял бокал и, сделав небольшой глоток,
– О! Каберне-Совиньон 2019 года. Ты помнишь нашу последнюю встречу. Как романтично.
– Помню. Еще помню, ты сказал, что оставишь меня в покое.
– Нет, милая. Тогда я сказал, что этого как раз я тебе обещать не могу.
– Ладно. Выкладывай с чем пришел.
– Нам может понадобиться твоя помощь, - Алекс отставил бокал и внимательно посмотрел на Марту.
– Вот только этих взглядов не надо, - Марта недовольно повела плечами и откинулась на спинку кресла.
– Извини. Я и не пытался, - он отвел взгляд и, достав из внутреннего кармана пиджака небольшой пластиковый футляр, аккуратно положил его на стол.
– Ты сама видишь, что твориться с Америкой. Не знаю, следишь ты за новостями или нет, но ситуация в мире очень напряженная.
– Да уж, напряженней некуда. По мне, так все это закончиться большой войной.
– Этого мы и хотим избежать. Здесь, - Алекс кивнул на, лежащий на столе, футляр.
– Карта памяти с кратким анализом ситуации в мире и возможные сценарии ее развития. Документ составлен аналитиками ООН так, что с определенной натяжкой его можно считать независимым.
– Ага, - скептически хмыкнула Марта.
– К сожалению, ты права, - Алекс ее смешок пропустил мимо ушей, - Война является наиболее вероятным сценарием. Большая, ядерная война способная уничтожить все человечество.
– Америка не в состоянии сейчас вести войну. Страна разрушена. Ресурсов просто не хватит. Да и зачем это ей?
– Проблема именно в ресурсах. После коллапса доллара и разрушения части финансовой системы, которая на нем держалась, у Штатов просто не хватит денег на восстановление страны. Америке грозит распад. А видя, что страну не спасти, Лэйсон может начать шантажировать мир ядерной войной. Чем это закончится, ты можешь себе представить. Уже сейчас, она полезла в Канаду. А что будет дальше?
– Это все очень сложно, - раздраженно отмахнулась Марта.
– Я не политик, и в этих раскладах мало, что понимаю.
– Мы, конечно, пытаемся уговорить Лэйсон разоружиться. Мы и сами готовы отдать свои ядерные арсеналы под международный контроль.
– Я заметила. По новостям только об этом и говорят. Но, если честно, я бы на ее месте этого не делала.
– Вот и мы так думаем. Маловероятно, что Америка примет наши предложения и подчинится резолюции ООН.
– И где в эту картинку вписываюсь я?
– Прежде, чем перейти к более серьезным действиям, мы пытаемся максимально использовать все "мягкие" методы. В основном, в рамках ООН, - Алекс, криво усмехнувшись, сделал небольшую паузу, которая, видимо, означала, что на "мягкие" методы особой надежды нет.
– Но Америка до сих пор не может избавиться от синдрома "верховного правителя" и мне не верится, что у наших дипломатов что-то получиться.
– Ну, вы здесь не одни. За вами ООН, - Марта выразительно покивала головой.
– Да, брось... Ты же знаешь отношение Америки к ООН. Им по большему счету всегда было наплевать на резолюции, если они не соответствовали их интересам. Но наш МИД хочет иметь еще один
– Выступать против своей страны!
– возмутилась Марта.
– Ты в своем уме!
– Послушай. Если не взять ядерные арсеналы Штатов под международный контроль. Будет война. Всему миру придет конец. Подумай, погибнут миллиарды. Думаешь, ты сможешь остаться в стороне? По Чили, скорее всего, не будут наноситься удары, но ее все равно накроет радиоактивными осадками. На десятилетия наступит ядерная зима. Этому уютному мирку, который ты выстроила с таким усердием, придет конец. Всей цивилизации придет конец. Не выживет никто, кроме кучки избранных, которые смогут отсидеться в подземных бункерах. И, поверь, ни ты, ни я не входим в их число. Даже если удастся пережить войну, то как, те, кто остался, будут жить дальше. В радиоактивной пыли, среди руин и мутантов. Если мы не остановим Лэйсон, всем придет конец! Понимаешь? Всем!
Марта сделал глоток вина, и задумчиво посмотрела на Алекса. Она еще не видела его таким эмоциональным. Может, действительно все так плохо. Может, она способна сделать что-то, чтобы помочь остановить надвигающуюся катастрофу.
– Мне надо подумать, - тихо сказало она.
– Подумай. Почитай аналитику. Там много материалов, которых нет в прямом доступе. Ты нам можешь понадобиться в ближайшее время, так что не тяни с ответом. Если мы все-таки пойдем на то, чтобы рассказать миру правду о "Лунном Свете", нам надо знать, готова ли ты нас поддержать. Мы не можем тебя заставить свидетельствовать силой, а активные методы убеждения я к тебе применять не хочу, поэтому подумай хорошо. Я свяжусь с тобой через два дня, - Алекс сделал глоток вина и отставил бокал.
– Ну, мне, пожалуй, пора.
– Ты не хочешь в моей компании допить бутылку вина?
– осторожно спросила Марта и, увидев, что Алекс удивленно улыбнулся, добавила: - Я попросила горничную отпустить такси...
– Какое коварство!
– его улыбка стала еще шире, в глазах блеснули знакомые огоньки.
– Бедняга Ковач сейчас ломает голову, как обеспечить мне прикрытие, после того, как сеньора Мендес разрушила его первый эшелон.
– Так ты остаешься?
– поймав его взгляд, спросила она.
– Остаюсь, кэп. Только свяжусь с Ковачем, чтобы не волновался, - он поднял бокал вина, наклонился к ней через стол и прошептал - Давай, за старых друзей.
Калифорния, Сакраменто,
Западное управление USGS,
9 января 2031 года. Вечер.
Медицинский браслет несколько раз коротко пикнул и высветил на дисплее рядом с цифрами, показывающими пульс, давление и динамику сердечного ритма красную цифру "37,6". Сэнди Винник выругалась и, проглотив таблетку, чтобы сбить температуру, задумчиво посмотрела на видеофон. Звонить докторам бессмысленно. Все врачи были заняты в медицинских центрах, организованных военными, чтобы бороться с распространяющейся эпидемией, мутировавшего гриппа. Она прислушалась к себе... Легкая ломота в суставах, немного болит голова, заложен нос. Горло, вроде, не болит, дыхание нормальное, но голос немного охрип. Наверно простудилась пару дней назад в Йеллоустоне во время очередного выхода к жерлу вулкана.