Аид
Шрифт:
Активно жуя, в четверть уха слушаю разговоры за ломящимся праздничным столом.
От искрящегося фамильного хрусталя болят глаза.
Разминая шею, подгребаю с тарелки все, что там ещё осталось. Я даже не парюсь с выбором, тупо налегая на любой доступный белок.
Мне нужно подкрепиться. Это точно.
Я не был в родительском доме целый год.
Следующее, что любит моя мать после своих детей и внуков, это собирать их за одним столом. Моё положение здесь таково - я ухожу и прихожу когда захочу, и никто не спрашивает меня о
В некотором роде, я сам по себе. Это трудно объяснить. Просто, я теперь здесь не к месту. Здесь всё осталось прежним. Всё, кроме меня самого.
Я бы и сегодня не появился. Дел у меня хватает.
Подняв глаза, натыкаюсь на опасливый взгляд своей племянницы. Кажется, ей пятнадцать. Она прячет его, но тут же смотрит опять, покусывая детскую губу.
Подмигиваю ей, беря в руку стакан с водой и откидываясь на спинку стула.
Обвожу глазами стол, набитый роднёй. Весь этот бессмысленный развесёлый трёп сильно меня утомляет.
Хотя…
Будь здесь со мной Тина, всё заиграло бы по другому…
О, да…
Я мечтаю услышать её мнение по поводу ягнёнка и соуса.
Имитируя в голове её голос, проговариваю: “Ты бессердечная скотина, Аид. Возможно, этот ягнёнок был чьим-то сыном!”.
Прячу в кулак улыбку, делая вид, будто откашливаюсь.
Да, что-то вроде того. Всё, что угодно, лишь бы перечить и не оставить за мной последнего слова.
Ммммммммм…
Я хотел заткнуть ей рот своим с тех пор, как она впервые при мне его открыла.
Пытаюсь тормознуть свою кровь, которая с ревом рванула вниз, наполняя вместо мозгов трусы. Шире развожу колени под столом, готовясь к худшему.
Черт тебя дери, Тинатин, можешь ты оставить меня в покое хоть на минуточку?! Будь, бл*ть, так добра!
Мы не виделись почти десять часов. Я решил дать ей немного пространства, но знаете что? Пошло оно все в жопу. Я хочу её видеть. Чем она там занимается?
На самом деле, она поехала повидать родителей и встретить с ними Новый год. Они живут в десяти километрах от города. В каком-то там посёлке, о котором я никогда не слышал.
Чёрт.
Я немного отупевший после минувшей ночи.
И сейчас вообще не уверен, кто кого этой ночью трахнул. Я её или она меня.
Ну, нет!
Судя по тому, в каком состоянии я вернул свою Дикарку домой, всё-таки трахнул её я. Она еле переставляла ноги и ни о чём не спорила, загадочно и кротко хлопая своими прекрасными глазами. И послушно притаившись в моих руках. Прижавшись носом к моей щеке.
Вот так, Тинатин. Теперь я знаю, как тебя угомонить. И я не про секс. Хотя, и про него тоже.
Она была одета в мои спортивные штаны, подвёрнутые в десять оборотов со всех сторон, в мои носки, мою футболку и мою куртку.
Да, любовь моя, есть в мире вещи, которые женщина по-прежнему не может сделать без своего мужчины. Например, хорошенько себя оттрахать.
О, твою мать…
Вдыхаю и медленно выдыхаю, пялясь в белую щёлковую
Она меня просто по стенке размазала.
Просто, твою мать, невероятно!
Эта маленькая, невообразимо чувственная, беспредельная нахалка просто взяла и отсосала мне в душе! Предварительно исследовав меня своими любопытными ладонями. Мой член, мою задницу, мой живот и всё, до чего успела дорваться, будто обходила владения!
Тёрлась о меня своими сиськами.
Слишком пышными для такого тела! Сладкими и нежными. Сжимаю руку в кулак, внутренне хныча.
Шрам от пули на моей лопатке она приняла за старую травму, потому что он сильно деформировался после операции. Это к лучшему. Ей не нужно знать, откуда он взялся.
Этот шрам - напоминание о том, что я подвёл своего брата. Ведь именно мне он доверил свою жизнь. Я усвоил урок. И очень хорошо.
Чёрт…
Я не знаю, как объяснить Тине то, что моя жизнь полностью подстроена под Марата. А ей придётся полностью подстроиться под мою. Другого варианта для нас с ней быть не может.
Мы уже влюблены друг в друга.
Но она такая, бл*ть, осторожная. Такая рассудительная.
Чертовски умная и красивая. И одинокая. Как бы не ерепенилась. Она одна в этом городе. Сама по себе. И она ждала меня, вот и всё.
На часах срабатывает таймер. Половина девятого вечера. Время пересменки охраны тридцать первого этажа. Отключаю таймер, решая сегодня не волноваться. Я оставил в здании Булата.
Марат в своей квартире, и он охренеть как маловероятно выйдет оттуда в ближайшие сутки. Он там со своей семьёй, это просто подарок неба. Наконец-то. Наконец-то он получил то, чего так хотел, и теперь нам всем станет жить в долбаную сотню раз легче.
Решаю, что моего молчаливого присутствия за столом на сегодня предостаточно.
Дождавшись паузы в разговоре, ставлю на стол стакан и объявляю, обращаясь сразу ко всем:
– Я скоро женюсь.
Гробовая тишина и вой метели за окном.
Десять пар глаз уставились на меня в благоговейном нелепом изумлении.
Я решил объявить об этом сейчас, потому что не знаю, когда мы увидимся снова.
Мой отец выгибает брови. Мы с ним давно не близки. Не думаю, что у нас остались общие темы для разговоров. Если бы я рассказал ему хотя бы сраную сотую долю того, что случилось со мной за последние пять лет, у него солидно прибавилось бы седины.
Это ни к чему.
Но я хочу, чтобы у Тины была всесторонняя поддержка. Если со мной что-нибудь случится… она не будет одна. За ней будет моя семья. Именно для этого я притащился сюда сегодня.
Откашлявшись и отпив воды, мать суетливо спрашивает:
– На… кхм… ком?
Постукивая пальцами по столу, небрежно бросаю:
– Ты её не знаешь.
– Она… не из города?
– теребит мама свою серёжку.
– Она без рода и племени, - встревает в разговор дребезжащий насмешливый голос.