Аид
Шрифт:
Под моей ладонью он дёргается и пульсирует. Это так остро и возбуждающе, что я всё-таки издаю тихий стон. Аид распахивает глаза и, резко прижав мои плечи к своей груди, набрасывается на мои губы.
Сжав его в руке, протяжно стону, не в силах вдохнуть. Он лижет, кусает, сосет мои губы. С тихим рыком и бешеным напором. Между моих ног безумная пульсация в такт той, что я чувствую под своей ладонью. Сердце грохочет в ушах. Его рука ныряет в моё пальто и сжимает грудь. Начинаю извиваться, цепляясь за его пиджак, чтобы быть ближе.
– Мммммм… -
– Аид… - хриплю в его губы, хватая ртом воздух и с ужасом вспоминая, где мы находимся!
Он быстро убирает руку, возвращая платье на место. Его тело дрожит, как и моё. Накрыв мою голову ладонью, он прижимает её к груди. Ткнувшись носом в его рубашку, часто дышу ртом.
– Тшшшшш… - сипло шепчет он, сжимая меня в руках, - почти приехали...
Я чувствую, как колотится его сердце.
Я чувствую, как моё сердце наполняет что-то опасное и томительное. Что-то до головокружения пугающее. Острая потребность в другом человеке.
О, боже…
Глава 26. Тина
Когда мы въезжаем на знакомую подземную парковку, моя причёска полностью уничтожена. Волосы разбросаны по плечам, будто Аиду Джафарову нужно было чем-то занять себя в течение этой поездки.
Позволяю ему всё, что он захочет. В этот момент мне плевать даже на голодных детей долбаной Африки. Уткнувшись носом в сильную прямую шею, дышу запахом хвои и пены для бритья.
Аид не спешит выходить из машины, дожидаясь, пока её покинет головорез с переднего пассажирского сидения. Я отказываюсь называть его наёмников другими словами.
Следя за мужчиной через окна машины, Аид продолжает перебирать мои волосы, прижимая меня к себе и потираясь губами о мой лоб.
С досадой думаю о том, что никогда в жизни не чувствовала себя такой защищенной. Это так глупо, я сама могу за себя постоять. Я всю жизнь только этим и занимаюсь… а теперь размякла, как домашняя кошка...
Большое тёплое тело подо мной приходит в движение, и его владелец хрипловато говорит, отстраняя меня от себя:
– Выходим.
Вздохнув, выпрямляюсь, будто отходя от глубокого сна.
– Дальше я сам, - бросает Аид охране, за руку ведя меня к ожидающему нас лифту.
Он шагает широко, положив вторую руку в карман брюк и поглядывая на меня. Быстро переставляю ноги. В тишине мои каблуки стучат по бетонному полу. Эхо наших шагов отражается от колонн.
В лифте Аид легонько толкает меня к стене, нажав нужный этаж, после чего склоняется и упирается руками в стену рядом с моей головой, согнув одну ногу в колене. Наши лица оказываются на одном уровне. Смотрю в его глаза, откинув голову на стену. Его зрачки сужены, потому что здесь очень яркое освещение. Вижу каждый нюанс его кожи. Он гладко выбрит и выглядит очень молодо, несмотря на всю суровость этих резких
– Я хочу, чтобы ты запомнила дорогу, - говорит Аид, - сначала шестой, потом тридцать первый, потом тридцать второй через ключ-карту…
Киваю, рассматривая его ресницы.
– Ты слушаешь меня?
– выгибает он бровь, заметив моё отсутствующее состояние.
– Да… - снова киваю я.
– Что я только что сказал?
– улыбается он как мальчишка.
Улыбаюсь в ответ.
Обвиваю руками его шею, прижимаясь к его очень умелому рту своим. Он не сопротивляется, покорно расслабляя губы, пока я атакую их лёгкими касаниями. Провожу по ним языком, закрывая глаза...
Боже, как это потрясающе…
С ним так легко целоваться. Он умеет это делать, будто закончил специальные курсы...
– Если бы ты слушала, поняла бы, что нам ехать охренеть как долго, - хрипло шепчет Аид, обнимая меня руками и выпрямляясь так, что я повисаю на его шее, вытянувшись вдоль его тела и встав на носочки. Через тонкую ткань платья чувствую все впадины и выпуклости мощного тела.
От этого контакта сладко ноет живот.
– Так… чем займёмся по дороге?
– спрашиваю, снова соединяя наши губы.
– Ничем, - говорит Аид, бесцеремонно опуская меня на ноги как раз в тот момент, когда двери лифта открываются, - здесь камеры, и в коридоре тоже.
Он не двигается с места, поэтому смотрю на него вопросительно. На шпильках мои глаза находятся на уровне его губ. Аид смотрит на меня сверху вниз, склонив голову на бок. Скользит глазами по моему лицу. Внимательный и задумчивый. Я не знаю, о чём он думает. Он такой разный, что угадать его мысли - мудрёная задачка, но этот его взгляд меня просто до костей пробирает.
– Если со мной нет охраны, я всегда буду выходить первым, - мягко просвещает он, заправляя волосы мне за ухо.
– Почему?
– спрашиваю, косясь на тускло освещенный коридор в квадрате дверного проёма.
– Это что… опасно?
– Вряд ли, но всякое возможно, - также мягко поясняет он, пропуская через пальцы прядь моих волос.
Распахиваю глаза и, повысив голос, требую:
– Тогда, почему ты не взял охрану?!
Уголок его губ ползет вверх, а мне совсем не до смеха!
Смотрю на него с тревогой и изумлением.
Резко обняв моё лицо ладонями, Аид с шипением втягивает воздух через сжатые зубы, и прижимается носом к моей щеке.
– Хотел побыть с тобой… - отвечает он, оставляя на моих губах быстрый поцелуй.
Сглотнув и дернув за шелковые отвороты его смокинга, сипло прошу:
– Не делай так больше.
Бросив на меня долгий взгляд, он отстраняется и медленно выходит из лифта. Слежу за ним с нервяком, будто на него вот-вот выскочит тигр или тому подобное! Аид спокойно осматривается и, посмотрев исподлобья, протягивает руку со словами: