Аид

Адорнетто Александра

Поджав ноги, я уселась на кровать и обняла подушку — хоть какое-то утешение.

— Как вы думаете, что там, внизу?

— Не волнуйтесь, мисс, — успокоила меня Ганна. — Джейк их убедит. Он это умеет.

— Надеюсь, ты права, — заметила я. — Не ожидала, что они так заведутся.

— Они демоны, они не привыкли себя сдерживать, — пожал плечами Такер.

Наконец, уже после полуночи, Такер и Ганна легли спать. Меня тоже сморило, и я собиралась сбросить бархатное платье, когда услышала за дверью голос Джейка. Впервые он не ворвался

в номер без стука.

— Хорошо, что ты еще не легла, — заметил он, едва я открыла. — Нам надо идти.

Это было скорее извинение, чем приказ, а под мышкой Джейк держал сверток с какой-то одеждой. В его глазах застыло странное выражение: не знай я его так хорошо, сказала бы — страх. Таким он не был, даже когда Габриель, окутав его языками пламени, приказал земле поглотить демона. Тогда он выглядел всего лишь проигравшим. Что могло всполошить его сильнее?

— Куда мы идем?

Джейк, сдерживая тревогу, поджал губы.

— Они собрали суд.

— Что? Зачем? — Теперь я совсем проснулась.

— Не думал, что дело зайдет так далеко, — признался Джейк. — Объясню все по дороге.

— Можно мне хоть переодеться?

— Некогда.

У дверей отеля нас поджидал мотоцикл Джейка. Он завелся сам собой, замурлыкал.

— Вот, надень. — Джейк бросил мне коричневый плащ, который до того держал под мышкой.

— Я думала, ты всегда рад привлечь к себе внимание, — съязвила я, припомнив недавний унизительный парад.

— Не всегда.

— С какой стати мне тебя слушать? — спросила я.

— Бет… — Джейк вздохнул так, словно мучился болью. — Можешь ненавидеть меня сколько хочешь, но поверь… сегодня я на твоей стороне.

Я почему-то не усомнилась в его словах. Надела плащ, надвинула на голову капюшон. Джейк усадил меня на мотоцикл, и мы беззвучно понеслись по тоннелям, переплетавшимся подобно паутине. Я прижималась лицом к спине Джейка, чтобы не видеть таившихся в темноте ужасов.

Довольно скоро Джейк резко затормозил перед развалинами какого-то склада в конце узкого переулка. Даже здесь, под землей, уместилось несколько этажей. Вандалы выбили почти все окна, и теперь их закрывали картонки. Стена была изрисована граффити. Джейк чуть замялся — судя по лицу, обдумывал стратегию игры.

— Вот что, — с непривычной серьезностью обратился он ко мне. — Ты получишь аудиенцию самого Большого Папы. Немногие среди живых и мертвых могут претендовать на такую честь.

— Что-что? — вырвалось у меня. — Ты ведешь меня к Люциферу? С ума сошел? Ни за что не пойду!

— У нас нет выбора, — выдохнул Джейк. — Нас вызвали.

— Зачем? Из-за той бабочки? — с отчаяньем спросила я. — Я больше не буду, честно.

Вся уверенность, обретенная после посвящения, внезапно меня покинула.

— Ты тут ни при чем. Они собрались судить меня и определить наказание за то, что я привел тебя.

— Вот и хорошо, — отрезала я. — Ты действительно не имел права меня похищать. Пусть отправят меня назад, а тебе так и надо.

—

Надеюсь, этим и кончится, — пробормотал Джейк, рассеянно глядя вдаль. — Тогда я скажу, что мы легко отделались.

— Как это понимать?

— Ни как, давай пойдем. — Джейк подтянулся. — Мы и так заставили его ждать. Запомни: молчи, пока тебя не спросят. Ясно? Сейчас не время задираться.

Джейк еще не договорил, когда вышибала в черном, неотличимый от тех, что я видела в клубах, отворил тяжелые двери. Под скрежет металла он знаком пригласил нас внутрь.

— Заходите, — раздался изнутри голос, лившийся, как густой ароматный виски. — Я не кусаюсь.

Внутри складского здания устроили импровизированный зал суда. Семь темных фигур восседали полукругом на чем-то вроде перевернутых ящиков. Кое-кто, словно заждавшись, нетерпеливо скрестил руки. Я догадалась, что это — Изначальные, равные Джейку. Всмотревшись, я различила вокруг лица Диего, Нэша, Йетса и Азии — их, видимо, тоже вызвали на суд, скорее всего, свидетелями.

Когда глаза привыкли к тусклому свету, я увидела, что председательствующий заметно выше других ростом. Одетый в белый полотняный костюм с красным шелковым галстуком и белые ковбойские сапожки, он занимал массивное тюдоровское кресло, видавшее лучшие времена. Лицо его скрывала тень, но я не сомневалась, что вижу перед собой оратора, речь которого подслушала в комнате заседаний. Он словно скучал, негромко постукивая тростью из слоновой кости по цементному полу.

Едва мы с Джейком вошли, все разговоры смолкли, и несколько минут никто не заговаривал. За это время я успела наскоро рассмотреть ветхое помещение.

Заросли паутины опутывали пыльные механизмы, а судя по шороху крыльев, за потолочными балками обитали летучие мыши. Падшие ангелы, окружившие меня, подобно Джейку являли собой поблекшие образы красоты. У каждого были те же чеканные черты лица, нежные губы персикового цвета, орлиные носы и волевые подбородки. И у всех пустые утомленные взгляды людей, посвятивших жизнь тщетным усилиям. Изначальных отличала манера держаться: дух превосходства, какой в миру отличает августейших особ. Однако сейчас они взирали на Джейка холодно: как не на равного, а на отверженного, отбившегося от стаи.

Когда стало видно лицо демона в белом, я отметила, что он выглядит старше других и более опытным. Загорелая дубленая кожа и ничего не выражающие глаза яркой синевы. Прическа безупречна, серебряные волосы схвачены сзади золотым зажимом. Даже я не могла не признать, что он чрезвычайно красив.

Ангелы не стареют, но, как видно, тот, кто вечно несет зло, сам не избегает его отметин. Лик Люцифера, хоть и тронутый возрастом, сиял, взгляд был острым, лепка лица безупречна. Широкий лоб и глаза излучали такую энергию, что волоски у меня на руках встопорщились. Я не сомневалась: некогда, в Небесах, он был среди избранных, выдающихся по красоте и уму. И заговорил он звенящим мелодичным голосом.