Академия
Шрифт:
— Это не входит в круг моих обязанностей, — незнакомка вернула мне мою же улыбку. Да что за?!
Тяжело выдохнув, я подобралась к своим чемоданам. Кое-как прицепила легкую сумку сверху одного из них, ридикюль — ко второму. Подперев филейной частью дверь, дернула оба чемодана на себя. По ушам ударил мерзкий звук, пробежавшийся по барабанным перепонкам липкой волной. Такой ужасный, что мы со встречающей синхронно вздрогнули. Железные накладки с неприятным скрежетом царапали мрамор.
Потянула еще раз — снова. От этого звука мурашки
Следующий толчок — звук еще протяжнее. Женщину перекосило. Это придало сил и мстительного веселья, потому следующий свой шаг я намеренно сделала шире, а движение чемоданов — медленнее.
Но все хорошее рано или поздно заканчивается, крыльцо кончилось, и мы с чемоданами оказались внутри. А женщина с противоположной стороны двери. Однако ее вздох облегчения был хорошо слышен даже сквозь массивную дверь.
Я огляделась. Широкая лестница из красного дерева, резные поручни и огромное витражное окно, через которое солнечные лучи проникали мягким преломляющимся светом. По правую сторону длинный коридор с множеством дверей, а левый, в свою очередь, зеркально отражал своего архитектурного побратима.
Насколько я помню из рассказов сестры, на первых трех этажах располагаются простолюдины. Они живут по двое, а то и по трое в комнате. С четвертого этажа — те, кто причисляются к высшему свету. Сестра жила на седьмом. Магические подъемники начинаются с четвертого — на этот этаж ведет надземный коридор из учебного корпуса. Выходит, тащить свои чемоданы мне придется аж до четвертого этажа… И, как назло, ни одной живой души!
Так, ладно, сперва ключи. А потом уже страдать и обливаться потом.
Кое-как оттянув чемоданы к стене, я схватила ридикюль и небольшую сумку, и направилась к дверям ключницы. Благо ее «покои» были подписаны.
— Доброго дня! — крикнула я, постучавшись.
Тишина была мне ответом.
— Здравствуйте, — повторила почти по слогам. Ноль реакции.
Едва занесла ногу, дверь отворилась, и меня по инерции занесло внутрь комнаты, бросая на живое препятствие.
— Ой, — выдохнула я, столкнувшись с рослой старухой в круглых очках с толстыми стеклами. Казалось, что в оправу было вставлено стекло от лупы, через которое меня сейчас рассматривали. Тут же почувствовала себя жалким жучком или блеклым камушком.
— Ты кто? — гаркнула она. Голос, как и ожидалось, оказался басовитым.
— Евалия Од Сандрайн Лакрес, — испуганно пискнула я.
— Мм, да что ты, а я тогда Олерия Вар Сандрайн Лакрес, — басовито хихикнула ключница, назвавшись именем королевы, моей матери.
Я едва не опешила от подобной наглости и уже было открыла рот, чтобы напомнить о приличиях, как передумала. Вместо этого достала из ридикюля свернутый конверт с приглашением в академию и протянула женщине. На нем были написаны и мое имя, и статус.
Ключница взъерошила белоснежный ежик волос и с насмешкой оглядела меня с ног до головы.
— Батюшки, до нас и вторая принцесса
Развернувшись ко мне спиной, ключница вернулась в свой закуток (называть это комнатой язык не поворачивался: вытянутое помещение без окон, широкой кровати и гардероба) и стащила с толстой дубовой полки увесистую книгу.
Послюнявила палец, листнула. Через секунду еще разок. Чувствую, день обещает быть долгим… На нее словно замедляющие чары наложили — за то время, что она подносила руку к губам, я бы трижды могла обойти ее комнату.
— Евалия, значит, — она вновь лизнула указательный палец и перевернула страницу, исписанную крупным ровным почерком.
— Евалия Од, — кивнула я, облокотившись на дверной косяк.
— Од… — так это на «О» искать надо! — воскликнула ключница с такой радостью, будто раскрыла главный секрет мироздания.
Я была в замешательстве. Ключница выглядела лет на сорок, для подросткового дебилизма поздновато, а для старческого маразма — рановато. Больше похоже на издевательство — в голове не укладывалось, как можно не знать очередности имен?
— Евалия — мое первое имя, Од — второе. Сандрайн — имя рода матери, Лакрес — отца, — набравшись терпения, пояснила я.
Может, и правда я выросла в абсолютно тепличных условиях? Во дворце меня оберегали от каждого ветерка, замотав в кокон безопасности? И все для того, чтобы потом поразить, насколько моя прошлая жизнь отличается от реальности? Неужели люди действительно настолько глупы, что не знают даже элементарных вещей? Вряд ли. В королевстве, знаменитом своими верфями, рудниками, шахтами и магтоварами, большая часть которых уходит на экспорт, должен быть высокий уровень общего образования. Не может быть, чтобы даже у ключницы в академии Лакрес отсутствовали зачатки мозгов, что она так рьяно пытается продемонстрировать.
Вывод напрашивается сам собой — надо мной попросту издеваются. Сперва та дама на входе, теперь вот ключница. Либо массовое помешательство, либо распоряжение. Неужели мать мало того что решилась отправить меня без служанок, так еще и подговорила местный обслуживающий персонал?!
Я разозлилась, в ладони впились отточенные ноготки. Так, Евалия, спокойно. Возьми себя в руки и докажи всем, в том числе и матери, что ты не просто юбки просиживала во дворце. А научилась терпению и дипломатии.
— Может, вам помочь? — внезапно для самой себя произнесла я.
— Помочь? — переспросила ключница, удивленно вскинув белоснежные брови.
— Ну да, — растерянно пробормотала я, представляя картину «Принцесса и ключница».
— Не надо, — резко ответила она и перевернула книгу другой стороной. Через пару секунд раздалось: — Комната семьсот один. Вот ключи.
Протянула мне медный ключ с бархатной ленточкой стального цвета. Видимо, Софина тоже проживала в этих покоях — не случайно же там королевский герб с обратной стороны.