Акцент судьбы
Шрифт:
К Паводу подскочил адъютант:
— Служба безопасности работает, но пока зацепок нет. Сейчас анализируют контакты диспетчера. Всех, кто с ним контактировал не по службе, изолируют.
— Хорошо. Пусть работают.
— Господин адмирал, пришел доклад со спарки. Им удалось прорваться без повреждений. Сейчас получим запись.
— Ну слава богу. — Павод сел в свое кресло и, строго взглянув в сторону дежурного аналитика, спросил: — Кто сказал, что шансов нет?
— Видимо, пилот применил какой-то неизвестный нам маневр, сейчас узнаем.
После
— Как тебе парень?
— Либо он гений, либо ему просто повезло, — ответил тот.
— Ему не просто повезло, ему гениально повезло, — заявил адмирал и, откинувшись в кресле, напомнил всем: — Операция не окончена, прошу продолжать.
— Подходим к астероидному поясу, сейчас выберем направление на какой-нибудь камушек и будем тормозить. Да, тормозить будем с большим ускорением, так что готовься, — объявил Ким.
— А зачем так тормозить?
— А затем, что звено противника появилось со стороны астероидного пояса, но вот как они здесь оказались — это большой вопрос. Их вполне мог доставить сюда грузовик, а вдруг он еще не ушел и выполняет роль наблюдателя в пассивном режиме? Тогда, увидев, что мы сумели сбежать от основной ударной группы, попробует с нами расправиться здесь. А мы, быстро сделав маневр, уже успеем затаиться.
Торможение компьютер рассчитал идеально, скорости практически уравнялись перед самым астероидом. Это была огромная глыба смеси камня и льда, метров триста в поперечнике, ее поверхность была изрезана глубокими трещинами и рытвинами.
«Лучше и быть не может», — подумал Ким. Легонько подработав маневровыми двигателями, боком завел спарку в одну из щелей поглубже и запустил процедуру остановки реактора.
Все. Теперь ждать.
После неудачной атаки на спарку группа противника, изменяя курс, ринулась в пространство, но следом за ними уже шли корабли, и было понятно, что шансов сбежать становится все меньше. Совершая свой маневр, противник, вероятно, надеялся выйти из зоны действия сканеров станции, а значит, там его мог ждать корабль, способный уйти в прыжок. Это прекрасно понимали капитаны кораблей, посланные на перехват, и поэтому, загнав экипаж в противоперегрузочные кабины, запускали предельные ускорения.
Спустя несколько часов погони сканеры передового корабля зафиксировали старт корабля противника далеко за пределами звездной системы. Теперь стало все ясно. Противник действительно планировал после стремительной атаки на спарку вытащить перехватчиков на корабле, который заранее занял свое место в пространстве вне зоны действия сканеров станции. Когда стало очевидно, что перехватчики не успевают добраться до точки эвакуации, противник решил бросить свою группу и удрать. Теперь звено перехватчиков осталось один на один с боевыми кораблями Содружества, и никто уже не сомневался, что их уничтожение — дело ближайшего времени.
Между
Ким и Виллан вот уже пять часов томились в кабине аппарата. Чтобы хоть как-то скоротать время ожидания, они рассказывали друг другу анекдоты и байки. Неожиданно компьютер выдал сигнал вызова.
— Наконец-то, — обрадовался Виллан, — у меня уже бока болят от этого скафандра.
— Подожди, — насторожился Ким, — здесь что-то не то.
Он принялся изучать вызов. Не могли корабли от станции так быстро прибыть. Конечно, оставалась вероятность, что близко к их району находился какой-то корабль и ему поручили эвакуировать экипаж, тем более по коду запроса это был клипер «Бенген», а он, как знал Ким, действительно недавно выходил на занятия. Но в вызове не было кода адмирала, что было неправильно. И этим своим сомнением он и поделился с Вилланом.
— Да ерунда это. Сам говоришь, что он выходил на маневры. Если им поручили нас забрать, то зачем им код адмирала? — нервничал Виллан.
— Нет, я тебе уже говорил, что та директива давалась всего два раза за всю историю флота, к ней будут относиться очень серьезно, никто не позволит себе малейшей расхлябанности, все будут до последней запятой исполнять ее в соответствии с правилами. А потому нам надо ждать дальше. Береженого Бог бережет.
— Давай тогда свяжемся с ним и запросим код адмирала, — не сдавался Виллан.
— Если это враг, он мгновенно засечет направление сигнала, вычислит наше положение и влепит по камешку термоядерной ракетой. Нет, спасибо. У нас есть расчетное время прихода кораблей, если по истечении этого времени ясности не будет, тогда, и только тогда, мы будем принимать меры самостоятельно.
— Ну ты и зануда.
— Мы с тобой уже долго находимся в контакте, а ты еще не понял, насколько я могу быть занудлив.
— Да понял я. Боишься своего адмирала подвести.
— И это тоже. А больше всего я боюсь не оправдать того доверия, которое мне оказано, и не спасти жизнь вверенного мне прежде всего человека, а потом уже высокого гостя другого мира. Кстати, и моя жизнь тоже чего-то значит.
Виллан помолчал, а потом сказал:
— Спасибо.
— Пожалуйста.
— Что — пожалуйста?
— А что — спасибо?
И они опять захохотали.
Компьютер потом еще два раза сигнализировал о вызове, но Ким упорно отказывался отвечать. Он демонстративно устроился поудобнее, пожелал Виллану спокойной ночи и, приняв дозу снотворного, провалился в сон.
— Господин адмирал, с головного корабля группы прикрытия пришел доклад о возможном присутствии в секторе астероидного пояса противника. Зафиксированы сигналы вызова с кодом клипера «Бенген».