Аконит
Шрифт:
– По рукам.
Исабэлла будто хотела что-то добавить, но передумала в последний момент и повернулась к забору. Зрачки ее разгорались желтым светом. Интер прошел в томительном ожидании, пока наконец Гил не получил разрешение:
– Иди.
Он сорвался с места, перепрыгнул через забор и приземлился по ту сторону. Завеса молчала. Показался уже знакомый двор, где оставляли экипажи, сад с тропинками к бальному залу, парадная лестница. Поместье известно было только малой частью. Куда идти, бежать в таком огромном помещении, Гил не знал. Это злило.
Голоса в черепной коробке завозились. Может, прислушаться? Идти туда, куда они велят? Туда, где гул их перерастает в крик? К опасности, как и полагается.
– Вы кто? – растерянно уставился на него мужчина средних лет. Дворецкий?
Гил пробежал мимо, поднимаясь по лестнице и проигнорировав взвизгнувшую от неожиданности служанку. Голоса звали. Мышцы и связки болели от напряжения.
Вспыхнули два огонька – глаза.
Белые волосы незнакомца падали на плечи, почти такие же широкие, как у Рие. Гил остановился резко, чуть покачнувшись, и сгорбился. Почти не моргая, он следил за еще тремя беловолосыми. Двое из них были с эрлом на маскараде, и они выглядели… растерянно?
Забавно. Что-то в них поменялось почти неуловимо.
– Так-так, кто тут у нас? – раздался голос эрла Баррета.
Гил медленно повернул голову. Аластар и еще двое мужчин за его спиной с угрожающим видом сжимали свои трости.
– Признаться, я не хотел давать шанс, но ты действительно пришел, мистер Хантмэн.
Гил криво усмехнулся. Конечно эрл знал, кем был 5897.
– Пришел за отцом?
Гил молчал. Он думал. Пытался понять, как действовать, что нужно сделать. Времени на то, чтобы затащить даже двоих в Место, не было, к тому же еще пятеро врагов оставались. Трости не давали полноценно использовать магию, а в драке против стольких врагов вряд ли удастся победить.
К тому же… «Пришел за отцом»? Значит, Аластар видел Кристофера.
– И где же мой отец? – Гил выпрямился, силясь немного расслабиться. Храбриться выходило отвратно.
– С моим, – ухмыльнулся эрл. – И с Мортимером.
«Он ушел с какими-то мужчинами», – сказала при встрече Исабэлла. С Кристофером? Неужели старик сам пришел к нему? А кто еще там был?
– И все? Ты оставил своего папашу в компании подготовленного полицейского и сомневающегося в службе дюку Мортимера?
Эрл дрогнул.
– Там есть и кирпичи, – наконец ответил Аластар. Но на дне зрачков задрожало беспокойство. Это хорошо. – И Мортимер хочет исправить свои ошибки…
– Или решился сжечь мосты для себя и своей семьи?
Эрл не стал отвечать. Он шагнул вперед, упирая навершие трости в грудь Гила. Тот сразу почувствовал, как сила внутри забурлила. В тот же момент раздался резкий громкий звук, прокатившийся по коридору эхом.
Выстрел.
Все развернули головы к дверям, откуда послышались новые выстрелы. Один, другой. Еще. Всего шесть.
Как пуль в барабане револьвера.
Гил заметил, как все «кирпичи» вдруг согнулись, резко выдыхая, как при сильной боли.
Взвыла
Беловолосые выпрямились, дрожащими руками распахивая одежду на груди. Кристалл в груди каждого, пустивший темнеющие корни, рассыпался на осколки. Зашипела регенерация, которую теперь ничего не сдерживало.
– Отец! – сообразил первым Аластар, метнувшись к уже приоткрывающейся двери.
В проходе застыл бледный Мортимер, он нашел взглядом Гила. Кажется, Чейз нисколько не удивился, увидев здесь Аконита. Он молча посторонился, позволив эрлу протиснуться внутрь. Послышался горестный вскрик. И облегченный смех.
Гил повернулся к улыбающимся кирпичам. Они выглядели радостными. Но дикими. Словно звери, выпущенные из неволи, они смотрели на своих мучителей с тростями, на эрла и скалились.
В приоткрытой двери Гил увидел Кристофера. Он устало сел на кресло, выронив из ослабевшей руки револьвер. Заметив сына, Кристофер подмигнул ему.
Гил упал на колени, растерянно смотря на труп дюка, под которым растекалась лужа крови, сверкая, словно рубин…
* * *
Раннее утро было светлым и душным. Казалось, воздух уже расплавился и стекает в пространстве между телами людей, стоящих столбами и обеспокоенно переговаривающихся. Зеваки, которым не повезло заметить скопление полиции у большого кованого забора, за которым тянулась подъездная дорога к особняку Барретов.
Кора ущипнула себя, будто это могло помочь проснуться от кошмара, в котором она вдруг оказалась. Она протиснулась в толпу, ища Гила и вслушиваясь в разговоры, которые дали бы подробности произошедшего.
– …убили?
– Да, ждем еще комментарий. Последние разы убийства пришлось изменить, так что это вполне мог быть Аконит.
– Добавил нам работенки… Копать под Барретов нам еще не приходилось…
Кора вдруг поняла, что оказалась не среди зевак, а среди журналистов, которые внимательно следили за происходящим.
– Корнелия! – Кто-то схватил ее за плечо, и она обернулась.
– Мистер Гловер! – удивилась она, уставившись на помятое сонное лицо редактора. – Что вы тут делаете?
– Я-то понятно: всем редакциям пришли письма, что сегодня Аконит убьет дюка. А ты-то тут что делаешь в такое время? Как узнала?
Коре казалось, что ее вдруг начали душить, хотя, конечно, никто ее за горло не держал. Все лица смазались в единую кашу, мир закрутился, и чтобы сохранить вертикальное положение, приходилось цепляться за Гловера.
Кто послал письма редакциям? Всем ли? И что все это значит?
– Вы… вы давно здесь? – Кора постаралась сконцентрироваться хотя бы на Гловере.
– Полсегма. Прибыл почти одновременно с полицией. Они чуть раньше… Похоже, их тоже предупредили заранее…
Кора облизнула пересохшие губы, замечая среди полицейских знакомого сержанта. Он шепнул что-то констеблям, глаза их округлились. А затем они расступились, пропуская журналистов за ворота…
– Надо же… Какая щедрость! – поразился Гловер. – Справишься? Я пойду, выясню подробности.