Аконит
Шрифт:
– Что за ребячество? – вздохнул Макс устало. Он опустился рядом с Корой, кивком обозначив приветствие.
– Сложный день? – поинтересовалась она.
– С этим, – Макс глянул на Рие, – каждый день сложный.
Максимилиан Уорд вместе с Мортимером Чейзом были назначены теми, кто вычислил и арестовал Аконита. Кажется, им дали даже какую-то королевскую награду, которую никто из них так и не забрал.
Мортимер уволился и стал преподавателем в университете. С ним поддерживал связь только Макс, еще кое-что доходило от Исабэллы, которая сдружилась с Белладонной и Рие. Последний
– Вообще-то я просто душка, – ухмыльнулся Рие. – Вам стоит меня больше ценить.
– О, ты неоценимая заноза в заднице, – согласился Макс.
Кора захихикала, прикрывая рот рукой. Она заметила Гила, который криво усмехнулся, почти так, как делал это дядюшка Крис.
С тех пор, как прошла казнь, Кора с удовольствием отслеживала каждую улыбку Гила. Первое время он был совсем никакой. Вина пожирала его изнутри. Постепенно он начал проявлять чуть больший интерес к жизни, конечно, начиная с Коры.
Но она до сих пор иногда замечала, как Гил вдруг прекращал быть… Он смотрел вдаль, не моргая, и глаза его становились пустыми. В такие моменты ей казалось, что он снова следит за казнью отца. Он дрожал и успокаивался, только когда его обнимала Кора. Тогда Гил прятал лицо на ее груди или утыкался носом в ее шею, постепенно возвращаясь из пучины воспоминаний того жуткого осеннего утра…
– Вижу, вы поладили, – прокомментировал Гил перебранку Рие и Макса.
– Лично я от него в восторге!
– Потому что я за тебя отчет буду писать!
– Ну, что тут скажешь, у тебя талант. А вообще, чтобы я их писал, мне нужно доплачивать. Вот ты, – Рие обратился к Гилу, – знаешь, сколько платят только устроившемуся инспектору?
– Полагаю, мало.
– Ха! Уверен, ты, подмастерье, получаешь больше…
– Я помощник мастера, а не подмастерье, – Гил закатил глаза.
Он действительно стал помощником. Создавал и чинил протезы. Кропотливая работа давалась ему легко. Он мог сегмами сидеть над деталями.
– В любом случае мне не платят столько, чтобы я разгадывал символы на трупах! Хотя это лучше, чем то дело у Райдера!
– Райдер? – Кора нахмурилась, пытаясь вспомнить, знает ли она его.
– Это один из детективов из Специального Магического Отдела, – пояснил Макс.
– Так он еще и перерабатывает! Потому что убийца выходит только по ночам. Но есть и хорошие новости. Кажется, наша булочка с корицей нашел свою даму сердца! – оповестил Рие, ехидно ухмыляясь.
– У тебя девушка? – Кора заинтересованно повернулась к Максу.
– Нет, Первый, помилуй! Не слушай его! Просто по работе…
– Да, да. По работе, а там, глядишь, и следующая свадьба! Ты тоже возьмешь меня шафером, Макс? У меня опыт! Я идеален!
Макс и Рие тут же ввязались в спор, а Кора поднялась, чтобы не находиться между рьяно отстаивающими свои идеи сторонами. Она подошла к Гилу, который уже привычно обнял ее, притягивая за талию ближе.
– Думаю, папа был бы рад, – пробормотал он, – что мы пришли все вместе.
– Думаю, ты прав, – Кора переплела свои пальцы с пальцами Гила, приподнимая его руку и целуя костяшки. – Он был бы нам рад.
– Я не
– Он знал, Гил. Он это знал.
На какое-то время воцарилась тишина. Макс и Рие закончили спорить, поднялись, останавливаясь рядом с могилой Кристофера.
– Он был старым засранцем, – вдруг произнес Макс. – И он был моим другом и наставником.
– Он был забавным. Жаль, что я не успел узнать его получше, – добавил Рие.
– Спасибо, что вы пришли, – Кора чуть повернула к ним голову.
Они пожали плечами, мол, а как же иначе. Постояв еще какое-то время в тишине, все начали разбредаться. Рие решил навестить новую могилу брата, а Макс могилу дедушки и отца. Кора осталась в объятиях Гила, который уткнулся в ее макушку.
– Я скучаю, папа, – наконец сказал он могиле. Ответа, конечно, не было. Гранитная плита смотрела молчаливо.
Наконец, выдохнув, Гил отпустил Кору и отошел к тропинке. Ему все еще сложно было мириться с тем, что к Кристоферу нужно ходить на кладбище, а не домой. Хотя своего отца он успел узнать всего на сезон, а с его потери прошло уже три сезона. Впрочем, наверное, тяжелее было еще и потому, что Гил действительно становился Гилом.
О его истинной личности знал папа Коры и мама. А мама не упускала возможности поболтать с сыном Джун. Она рассказывала о подруге и о том, каким спокойным младенцем был Гил. А он иногда, вспоминая детство, обращался к ней, чтобы уточнить, правда ли это или только воображение. И память действительно возвращалась, а мама Коры закрепляла это подробными деталями.
Семья Нортвудов, несмотря ни на что, приняла Гила радушно. Подробности о лаборатории, память о мертвых уже друзьях просто не оставила им выбора…
Инти опускалась к горизонту, окрашивая небо в яркие цвета. Кора окинула взглядом могилы и обелиск, улыбнулась на прощание и побрела за Гилом. Он остановился, ожидая ее, его пальцы нашли ее руку, сжали, как обычно.
– Заедем к племяннице, а оттуда родители подбросят к вокзалу, – напомнила Кора план действий.
Гил улыбнулся при упоминании племянницы. Линда еще в прошлом году родила очаровательную малютку с большими темными глазами. Кора впервые приехала к сестре и племяннице в компании Гила, который был в восторге от ребенка. Он объяснил это тем, что никогда еще не видел настолько крошечных слюнявых человечков. Мама Коры уверила, что видел, но тогда был еще малышом, поэтому не помнит младенчиков, которыми были Линда и Кора. Наверное, это едва ли не единственное, что он не помнил именно потому, что был слишком мал, чтобы запоминать…
– Если ты когда-нибудь захочешь родить, – сказал Гил, когда они вернулись из гостей, – то давай девочку?
– Почему? – засмеялась Кора.
– Они милые… И им можно платьица выбирать.
Кора расхохоталась еще сильнее:
– А представь, что она вырастет и найдет мужа…
Гил скривился.
Вообще-то, Кора пока не хотела детей. Ей хватало племянницы даже в редкие визиты. Гил поддерживал ее в любом случае, но было что-то забавное в том, чтобы представлять будущее выдуманных детей. И приятно было понимать, что Гил будет отличным папой. Возможно, немного опекающим, но хорошим.