Акт крика
Шрифт:
— Сегодня мы будем играть в шахматы. На нашей специально созданной шахматной доске будут по шестнадцать фигур по каждую сторону. У нас есть пять игроков — это значит, что двенадцать пешек будут играть против тринадцати, но для того, чтобы игра была честной, мы включим семь совершенно посторонних участников. И таким образом, сбалансируем нашу шахматную доску, — иногда меня даже поражал позитив этого женского голоса. Говорит так, будто обсуждает план покупок в магазине. — Армель, Джек, вы будете королями! Остальные будут разбросаны в связи с жеребьевкой. Вы будете управлять игрой. Тот, кто из вас проиграет, будет
— А как будут выбывать игроки? Вы же не собираетесь переубивать всех?
— Мы не несем ответственность за смерти на игре, но для того, чтобы пешка выбыла, достаточно всего лишь сбить ее с точки, указанной королем. Все, как в шахматах.
— А какая разметка клеток?
— Одна клетка — один сектор. Размер около 12-ти метров. Пешка противника должна подойти к пешке игрока и развязать бой. Тот, кто первым потеряет сознание — выбывает.
— В смысле?
— Рукопашный бой. Кто победит, того и карты, ой… точнее пешки. Маневр и тактику полноценно придумывает король, он также может логически предсказать атаки противника и указать на его недостатки своим игрокам. Удачи.
***
POV Борис
Нас собрали, как какое-то стадо на краю города. Я и мои противники, если можно их так назвать, разбились на несколько групп, хотя некоторые и вовсе решили остаться поодиночке. Среди всех этих людей мое внимание больше всего привлекла фигура отдаленной девушки с винтовкой. Она стояла, прислонившись к дереву, и, натянув кепку на лицо, смотрела вниз. Внешне такая девушка не вызвала бы во мне каких-то подозрений, но вот чутье… она единственная стоит с винтовкой и не думаю, что другие участники могут управляться со снайперским оружием. Значит, это она напала на меня в прошлой игре? Она пыталась подстрелить, пока я бежал в подземку? С такой девушкой нужно быть осторожнее.
— Эй, Борис, ты чего завис? — отведя взгляд от подозрительной фигуры, я встретился с нетерпеливым взглядом Йоханса. Простодушный и до неприличия веселый немец смотрел на меня, как на леденец в кондитерской.
— Да так, ничего…
— М… я думаю, наш Борис влюбился, — Йохан с самодовольной улыбкой склонился к Беа, складывая свою руку на ее плечо. — А я, знаешь ли, тоже влюблен, в одну прекрасную медикаментозную особу.
— То, что я медсестра, не значит, то я медикаментозная, — девушка недовольно сняла мужскую руку со своего плеча, поправляя коричневый шарф на своей шее.
— Мы сейчас все на нервах, — с тяжелым вздохом сказал Николс. — Самое страшное во всем этом то, что никто не знает, какой будет эта игра.
— Внимание, — громкий женский голос одновременно раздался изо всех ошейников на шеях игроков. — Для начала игры вы должны подойти к единственному на этом поле фонарю и найти там коробочку с номерками, после чего вытянуть оттуда каждый ровно по одному листку.
Игроки недоверчиво начали осматриваться по сторонам и, когда самый смелый направился к фонарю, все пошли за ним. Даже находясь в, казалось бы, такой толпе, чувствовалось не только всеобщее волнение, но и угроза, нависшая сверху. В любой момент сами игроки могли начать кровопролитие вне зависимости от игры. В этот раз же никто не сказал, что это запрещено?
Парень, взявший в свои руки коробку, не был похож на наемного убийцу
Вынув себе бумажку из коробки, парень послушно продолжил держать ее в своих руках, позволяя и другим игрокам достать листы. Как я заметил, листы были двух цветов: черного и белого, но что они значили, никто не знал.
Следом и я взял себе листок, отходя в сторону к своей новой компании.
— Эй, какие у вас листки? — немец Джакоб недоверчиво покрутил листок в своих руках, рассматривая надпись на нем. — У меня белый и написано «пешка».
— У меня тоже белый и тоже пешка, — тихо прошептала Беа.
— И я белая пешка, — промычал Йоханс, — что это значит?
— А я черная пешка, — пробормотал Николс.
— И я черная пешка… — вслед сказала татарка Азалия, — Борис, а что у тебя?
— Белый, конь, — задумчиво ответил я. Что все это значит?
— Сегодня мы будем играть в шахматы. На нашей специально созданной шахматной доске будут шестнадцать фигур по каждую сторону. У нас есть пять игроков — это значит, что двенадцать пешек будут играть против тринадцати, но для того, чтобы игра была честной, мы включим семь совершенно посторонних участников. И таким образом, сбалансируем нашу шахматную доску.
По всему полю пронесся тихий шепот. Игроки были то ли удивлены, то ли напуганы.
— Игра будет заключаться в том, что двое людей из десятки мировых лидеров, выбранные методом жеребьевки, будут вашими королями и будут вести игру друг против друга. Тот король, что проиграет, будет подвержен казни и, соответственно, если умрет покровитель, умрет и его пешка. Задача остальных участников — это вести игру в соответствии с приказами короля, но есть один нюанс. Когда вы столкнетесь на поле, вы должны будете сразиться в рукопашном бою. Тот, кто победит — останется в игре. Проигравшие же выбывают с доски.
— Проигравшие, в смысле живые или мертвые? — недоверчиво уточнил я.
— Игрок должен потерять сознание для выхода из игры. Если он умрет, это уже не наша вина.
— А если и так ясно, что игрок проиграет?
— Тут тоже есть нюанс. Бой будет происходить на секторе атакуемого игрока. На каждом секторе будет стоять фигура, а в ней оружие. По истечению трех минут боя игроку данного сектора будет доступно оружие.
— Вы специально это сделали, чтобы мы убивали друг друга, не задумываясь!
— Мы не несем ответственность за смерти на игре. Каждая проигравшая фигура уходит с доски независимо от обстоятельств. Все, как в шахматах.
На поле неожиданно появилось желтое такси и фургон, подъезжающие к нам.
— Ваши дополнительные игроки и короли уже прибыли. Удачи.
Сердце на секунду остановилось. Я с ужасом ждал того момента, когда увижу наших «королей», и когда дверца такси открылась и из нее вышла Армель, все рухнуло у меня под ногами.
Девушка сделала вид, что не замечает меня и, конечно, не знает, кто я. Да, в этой ситуации все так и должно быть. Мы не можем выдать себя, и я тем более не могу выдать то, что Армель моя покровительница. Иначе навлеку опасность не только на себя, но так же и на нее.