Аквасфера

Заспа Петр Иванович

— Отпусти! — взмолился кубинец.

Немного подумав, Субботин ослабил руку и кивнул на проход к причалу Гаспара.

— Можешь проваливать. Передай своим недоумкам, чтобы придумали что-нибудь похитрее.

Но кубинец не уходил. Скривившись от боли и повертев вывернутым локтем, он произнёс обиженным голосом:

— Я говорил тебе правду.

— Уверен? А то ведь упустишь шанс ещё пожить.

— Русские все такие неверующие? Разве я тогда отдал бы тебе нож? Сергей, а где мой нож?

— Где надо. Я его перепрятал в надёжное

место. Хорошо, напарник, попробую тебе поверить. Но смотри, с полпути назад дороги не будет. Или оставайся дальше гнить вместе со своими упырями или держись меня, и я тебя отсюда вытащу. Увидишь ты ещё и апельсины вдоль дорог, и бананы на пальмах. Но только уговор — вместе до конца! Если струсишь, то лучше сделай это сейчас. А если ещё хочешь увидеть папу с мамой — то вот тебе моя рука!

Эмиль недоверчиво пожал протянутую руку, затем широко улыбнулся и радостно закивал:

— Вместе до конца! Как великие Фидель и Че Гевара!?

— Да, как-то так. Только не трясись от страха как осиновый листочек, и добро пожаловать в клуб борцов с аквасферой. А теперь обсудим наши планы.

— Планы? — Эмиль азартно потёр руки. — Их много?

— Не очень. Я бы сказал — два. Вернее, всё-таки один, но путей к нему два.

— Ты хочешь сказать, что мы разделимся?

— Нет! Разве тебе можно доверить что-то сделать самому?

Окончательно сбитый с толку кубинец умолк и терпеливо ждал объяснений.

— Эмиль, я хотел сказать, что конечная наша цель — это фанатики. Это наш основной план. Но, чтобы они нам помогли, нужна вещь. Так?

— Да. Без вещи они даже не пустят на остров.

— А вот чтобы добыть вещь, у нас есть два пути. Первый — разжиться раствором и сменять на рынке, а второй — эту вещь украсть.

Недоверчиво покосившись на Сергея, Эмиль нервно задёргал головой.

— Даже не думай! Нас сразу убьют.

— Придётся рискнуть. Договоримся, что если мы найдём вещь, то спрячем её снизу под водой между брёвен. Я уже думал над этим. В лианах её никто не заметит. Всего лишь нужен небольшой шнурок. Обвяжем её покрепче, а когда будут поднимать, накинем петлю на нож. А ночью спустимся и заберём.

Неожиданно за спиной заскрипели доски. Кто-то шёл напролом, приглушённо ругаясь и отбрасывая с пути мешавший хлам. Грузовики так не ходят. Они всегда крадутся, бесшумно протискиваясь в узкие щели.

Субботин вскочил, всматриваясь в тёмный проход.

На причале появился сторож и, поигрывая тяжёлой дубиной, усеянной деревянными шипами, направился в их сторону.

«Крыса!» — уже хотел прошипеть кубинцу Сергей, но, увидев перекошенное ужасом лицо Эмиля, понял, что это не его «работа» и на дона Рауля он не шпионит, уж это точно.

Сторож остановился за пару метров до них и указал на Субботина дубиной.

— Иди за мной!

Перехватив взгляд Сергея, Эмиль сложил руки как для молитвы, затем прижал палец к губам. Он заклинал его молчать, и тогда Субботин окончательно ему поверил.

Но

пошли они не к лестнице, а, к большому удивлению Сергея, сторож повёл его неизвестным ему ходом — вглубь острова, под палубу второго яруса. Пропетляв тёмными лазейками, они снова вышли к воде. На узкой, едва удерживающейся на тонких распорках и увитой лианами площадке стояла Росита.

— Спасибо, Янис, — она благодарно улыбнулась сторожу и царственно взмахнула увешанными перстнями пальцами. — Можешь идти.

Наслаждаясь растерянным видом Субботина, Росита дождалась, когда Янис исчезнет и спросила:

— Не ожидал?

— Признаться, да! Воистину женщины, как бомба замедленного действия. Когда рванёт и что у неё на уме, даже Богу не известно.

— Это где-то так написано?

— Нет, эти мудрости у меня от твоего вида рождаются на ходу.

Росита довольно улыбнулась и пояснила:

— Хотела предупредить, что отец начал что-то подозревать. Он уже спрашивал меня, куда я исчезаю к концу дня. Боюсь, что может приказать Людвигу за мной следить. А Янису я доверяю. Он мне обязан жизнью и думаю, что тайно в меня влюблён.

— Не мудрено.

— Серж, я уже не могу жить без твоих рассказов! Если отец нас выследит, то тебя наверняка сурово накажут. И даже я не смогу помочь. Но без того, как ты рассказываешь про цветущую сирень, бьющий в небо фонтан, снег на ещё зелёной траве, я не могу. Это как наркотик! Я слушаю тебя и вижу всё это как наяву. Мне уже безразлично, что происходит вокруг, потому что я живу лишь ожиданием нашей встречи. У нас сейчас есть немного времени, расскажи мне что-нибудь ещё. Сейчас отец на другом конце острова. У обломков рыбацкой шхуны рухнули сваи второго уровня. Наверняка он там пробудет долго. Умоляю, расскажи что-нибудь о мире с той стороны! Хотя бы чуть-чуть!

Сергей изобразил недовольное лицо и присел на ворох лиан. Но общество Роситы было ему приятно, и, поворчав лишь для набивания себе цены, он начал:

— Честно говоря, это напоминает услугу — сказки на дом по вызову. Но если уж ты так хочешь и ради этого весь этот риск, то делать нечего. Хорошо. На чём мы остановились вчера?

— Ты обещал рассказать про звёздное небо.

— Ну это легко. Закрой глаза и представь чёрный-чёрный небосвод.

— А зачем закрывать? Это представить несложно. Черноту тьмы я вижу каждую ночь.

— Нет, это не то. Закрыла? А теперь вообрази прямо над головой большой ковш из ярких, переливающихся голубыми и красными огнями звёзд. Это Большая медведица. Теперь мысленно проведём линию по двум крайним звёздам. Что ты видишь?

— Ещё звёзды?

— Конечно! Смотри на те мерцающие огоньки, что ниже к горизонту. Там ковш поменьше. А у его основания Полярная звезда. Если плыть в этом направлении, то мы доберёмся ко мне домой.

Субботин замолчал, почувствовав, как сильно защемило в груди. От тоски и уныния перехватило дыхание.