Алан

Рой Лия

В груди клокотало. Внутри было много эмоций, но смешавшись друг с другом, я не могла выделить ту, что была важнее и сильнее. Тоска. Острое чувство одиночества. Отчаяние. Обида. Глухая боль.

Не случились шесть лет назад в моей жизни глупого и никчемного секса с Пашей, и сейчас это могло бы быть моей жизнью.

Будь у Алана чуть менее жестокий нрав и чуть более мягкий характер, сейчас девочка на руках могла бы быть моей дочерью. Мы могли бы быть настоящей семьей. Любящими родителями этих прекрасных детей. Я могла бы жить в этом сказочном месте, если бы сердце моего

любимого было бы чуть мягче камня.

Но быть счастливой мне было не суждено. Это я поняла давно. Много лет назад. И теперь с осознанием того, что всему тому, что я перечислила, никогда не бывать, я дошла с Залиной на руках до дома, а затем и до спальни близнецов на втором этаже.

Я хотела и попыталась сбежать. Воспользовалась тем, что Алан укладывает детей и поспешила вниз, но заплутала и в итоге мы столкнулись с ним в гостиной первого этажа. Бывший явно искал меня.

— Тася… — Я с силой зажмурилась, когда он позвал меня по имени. Так просто. Так легко. У Алана всегда было так. Важность имели лишь традиции, материальные вещи и его желания. Он так обыденно звал меня по имени, а меня буквально разрывало изнутри. Даже спустя много лет, я чувствовала так много и так сильно, что ему даже не снилось.

Мы были такими разными.

— Мне пора… — выдавила я с силой, стараясь делать вид, что все в порядке. Совсем не хотелось показывать перед бывшим свою слабость и какие-либо эмоции.

— Нет, подожди, пожалуйста! — Алан в буквальном смысле перегородил мой путь. Встав напротив, он заставил меня вскинуть голову, чтобы посмотреть на него.

Внутри снова что-то сделало кульбит. Я давно не находилась так близко к нему, давно не слышала его запах, не видела его лица…

Я уже говорила, что он не изменился? Соврала. Совсем чуть-чуть. Появились совсем небольшие, едва заметные морщинки вокруг глаз. Пара штук, не больше, и его даже красило.

Черт.

— Я не могу принять твоего предложения. Во-первых, это будет чертовски странно, учитывая наше с тобой прошлое, во-вторых, мне ничего и никогда не было от тебя нужно, в-третьих, у меня уже есть работа и я не могу бросить ее только потому, что понравилась твоим детям. Извини.

Я выпалила все на духу, словно заученный текст, но внутри меня грыз какой-то странный червяк. Близнецы… было в них столько трогательности и беззащитности, что хотелось избавить их от всякой боли и обид, но… это действительно было бы неправильно.

— Я сделаю все, о чем ты попросишь. У тебя ведь свой бизнес? Я могу помочь с этим. — Алан пожал плечами, а я обвела его взглядом. Все такой же наглый, одетый в дорогие шмотки и уверенный, что мир обязан лечь к его ногам. Раньше я не обращала на это внимания, закрывала глаза, потому что по уши была влюблена, но сейчас это вызывало скорее отвращение.

— С чего ты решил, что можешь купить любого человека на своем пути? Или ничего кроме товарно-денежных отношений ты в своей жизни так и не успел познать? — хмыкнула я.

— Речь не о том, какой я мудак, а о том, что ради своих детей я сделаю все. Я хочу, чтобы они были счастливы, если хочешь, можешь осуждать меня за это.

— Надо же…

Я покачала головой.

Он всегда умел загнать в тупик, поймать в ловко расставленную ловушку, а я всегда вилась, всегда уступала ему.

Мгновенье спустя я отвернулась от него, не желая больше ощущать тяжелый взгляд и даже отошла на пару шагов в сторону.

— Тася, только скажи, чего ты хочешь. Квартиру? Машину? И то, и другое? Амир и Залина мой мир. Им очень тяжело, они страдают, а я не знаю, что мне делать. Я сменил кучу нянь, я пытался заменить им обоих родителей, я возил их к психологам, ничего не срабатывало, пока не появилась ты. Я не знаю, что они в тебе нашли, почему так, но за пару дней с тобой они улыбались больше, чем за последние полгода. Я клянусь, что моя просьба касается только детей и никаким образом не затронет того, что когда-то было между нами в прошлом.

– Алан…

— Они не должны расплачиваться за то, каким козлом я был.

— Надо же… — грустно ухмыльнулась я, — как ты заговорил с шалавой, с которой зазорно было сидеть за одним столом.

Алан тяжело вздохнул и покачал головой. Он не нашел, что ответить, я увидела это по его взгляду. Да, ему было жаль, это тоже очень отчётливо читалось в некогда любимых черных глазах, вот только это не приносило мне никакого облегчения.

Какая разница? Что это меняло сейчас? Брак был разрушен, любовь сгорела, оставив после себя лишь пепел, а в груди образовалась дыра, которую, я думаю, мне уже никогда и ничем не заполнить.

— Если хочешь, можешь взять ремень и сравнять наши счеты, — еле слышно произнес Алан, заставляя меня вздрогнуть. Воспоминания нахлынули с такой силой, будто все это происходило не пять лет назад, а буквально вчера.

На самом деле, мы так и не закрыли наш гештальт и сейчас я очень хорошо это понимала. Мы разошлись, так как посчитали, что обоим будет так лучше, но мы с Аланом так толком и не поговорили друг с другом, не высказали свои претензии, не выплеснули свою боль. Страница не была перевернута, история не была закончена.

— Мужчину тоже мне подгонишь прямо здесь и сейчас? — срывающимся голосом, задала я свой вопрос.

— Мне жаль, Тась… Я столько раз жалел, ты представить себе не можешь…

— Ты ни разу даже не извинился за то, как вел себя со мной. С животными обращаются лучше, чем ты обращался со мной!

— Мне нужно было отправить тебе смс-ку? Тася, я не хотел влезать в твою жизнь. Ты начала ее строить без меня, я начал жить без тебя. Я уже был женат второй раз, когда понял, что все было обманом.

— Что? — Я подняла на бывшего мужа непонимающий взгляд.

— Ну, все эти многочисленные снимки, переписки, скрины… Меня ими буквально закидали, и я поверил. Мне в голову не могло прийти, что ты… что говорила правду. Что был только один моральный урод, который долго склонял тебя к сексу и добился своего. Я правда был уверен, что ты работала в…

— В эскорте. Я поняла.

— Я пустил наш брак к чертям, это только моя вина, я знаю. Ты боролась, сколько могла… Вернись я в прошлое и все было бы иначе, но так не бывает, Тася, как бы сильно этого не хотелось. Я ничего не могу поделать.