Альда
Шрифт:
— Боги, на что вы похожи! — всплеснул руками встретивший их Дорн. — Немедленно мыться! Сейчас прикажу нагреть воду и позову служанок.
Их лошади, не дожидаясь пока люди о них позаботятся, на дрожащих ногах сами потянулись к конюшне. Подбежавшие слуги сняли с них заляпанные грязью сумки и повели страдальцев на помывку.
— Никому не говорите о нашем приезде, пока мы не приведем себя в порядок, — попросила Альда. — А то герцогиня сразу бросится обниматься и вся измарается. Да и вообще, не
— Конечно, конечно. Только вы тогда не слишком долго мойтесь, а то, боюсь, за такую скрытность мне влетит.
Они по очереди помылись под душем и надели сухую чистую одежду.
— Как заново родилась, — устало сказала Альда. — Теперь бы еще отдохнуть, но, боюсь, не получится.
— Надо было взять сменных лошадей, — отозвался Салан. — Мы с Глерой на сменных гораздо быстрее двигались. Хотя на тех дорогах такой грязи не было. Оставьте грязную одежду на лавке, девушки постирают, а завтра и разгладят. Вы сейчас куда, Альда?
— Наверное, пойду в свою комнату приведу в порядок вещи. А потом к Лани. Хотя больше всего хочется упасть в кровать и заснуть.
— А я к барону Лишнею. Узнаю новости и получу втык за то, что не явился вчера, как приказывали. Прощайте, Альда, увидимся завтра.
Планам Альды не суждено было сбыться: на подходе к комнате ее караулила Лани. Она молча обняла Альду и разревелась. Появившийся минутой позже Джок увидел обнявшихся и рыдающий взахлеб девушек. Он тихонько попятился и сделал знак остановиться следующему за ним герцогу.
— Подождем совсем немного. Надо ей дать выплакаться. Тогда с ней будет легче говорить.
Отплакавшись, Альда действительно почувствовала себя значительно лучше. Словно вместе со слезами из нее излилась часть той боли и тоски, что навалилась в последнее время.
— Хорошо поплакали, — утирая слезы, сказала Лани. — Прости, но я так по тебе соскучилась, а тут еще привезли весть о твоем отце. Я его не очень хорошо знала, но это был достойный человек. А теперь ты осталась совсем одна.
— У меня есть сын.
— Это совсем не то. Ты заботишься о сыне, а я имела в виду, что теперь некому позаботиться о тебе. Давай зайдем к тебе, и ты переоденешься. Наверняка брат захочет тебя увидеть, а я тебе все платье изревела.
— Мы это как-нибудь переживем, — выходя из-за поворота коридора, сказал Джок. — На Альду в любом виде посмотреть приятно. Здравствуй, девочка моя! Прости, что не смог защитить твоего отца.
— Здравствуйте, Джок! Спасибо вам за все. Вам не за что просить у меня прощения: вы сделали все, что было можно.
— А со мной вы тоже поздороваетесь? — вышел следом за Джоком герцог. — Мы шли к вам, Альда и стали невольными свидетелями вашей встречи. Я тоже хочу выразить вам свое сочувствие. Рон Буше
— Здравствуйте, милорд, — ответила Альда, машинально извечным женским жестом поправляя прическу. — Спасибо за сочувствие. Вы тоже потеряли всю семью и знаете, о чем говорите.
— Альда, нам надо поговорить, а до кабинета герцога далеко, как и до моей комнаты. Может быть, ты ненадолго пустишь нас к себе?
— А я? — встряла Лани.
— А ты немедленно идешь сейчас к себе! — тоном, не допускающим возражения, сказал брат. — Мы будем говорить о серьезных делах, тебе этого слышать не стоит.
Герцогиня фыркнула и, задрав нос, удалилась по коридору.
— Прошу вас, — распахнула Альда незапертую дверь. — Только я сама здесь давно не была и вещи еще не разбирала.
— Ничего, — ответил ей Джок. — Слуги должны были прибрать в комнате, а вещи разложишь после нашего ухода.
Мужчины сняли обувь и прошли в комнату.
— Можно присесть на кровать Алекса?
— Конечно, садитесь.
— Присядьте сами, Альда, — попросил герцог. — А то мы сидим, а вы стоите навытяжку, как новобранец. Как-то неудобно, да и устали вы сильно. Вот и отлично. А теперь, прежде чем мы будем говорить о ваших делах, разрешите попросить у вас прощение за мое неподобающее поведение в тот вечер, когда я вас отругал. Это очень плохо, когда прикрывая свои собственные слабости и недостатки, мы обижаем близких людей. Раньше за мной такого не водилось.
Герцог поднял руку, призывая всех к молчанию. В наступившей тишине за дверью стало слышно чье-то тихое взволнованное сопение. Тихонько прокравшись на цыпочках, он резко, но недалеко толкнул дверь, а потом распахнул ее совсем. В коридоре, держась рукой за лоб, на попе сидела Лани и с возмущением смотрела на брата.
— Мало того, что не разрешил присутствовать, так еще и послушать не даешь! Зачем ты меня дверью стукнул? Ты знаешь кто? — она замолчала, не сумев подобрать нужное слово, или не решаясь произнести его при посторонних. — Я только за тебя порадовалась, а ты драться! Теперь, наверное, шишка будет.
Альда обогнула герцога и помогла Лани подняться.
— Иди быстрее к себе и приложи что-нибудь холодное. Тогда все пройдет. А если будешь сейчас ругаться с братом, то завтра такой рог вырастет, что на завтрак точно не выйдешь.
Лани обдала брата презрительным взглядом и удалилась на этот раз окончательно.
— Я не договорил, — продолжил герцог, закрыв дверь и усаживаясь рядом с Джоком на кровать. — Я тогда дал вам понять, что вы можете рассчитывать на близкие и доверительные отношения, а потом сам же и оттолкнул. Вы ведь тогда сильно обиделись, ведь правда?