Альда
Шрифт:
— Это вы к чему? — подозрительно спросила Альда. — Я такими глупостями не занимаюсь. Пока наоборот приходится свою жизнь защищать всеми способами.
В гостиной их дожидался старший Буше.
— Ну как? — спросил он.
— Выздоровела, — коротко ответил Зар.
— Здорово, нам бы такого врача.
— Я не врач и не умею лечить, я исцеляю. И не так это просто, как вы думаете. В моем присутствии здесь нет необходимости, и я сейчас уйду. Хочу лишь сказать вам то же самое, что уже сказал вашей дочери. Будьте осторожны, ничто еще не закончилось, и вам по-прежнему грозит опасность.
— Ничего
— Пока просто не могу.
— Может быть, вам дать лошадь?
— Зачем? Чтобы выпачкаться в грязи? Я уж лучше лесом, здесь идти-то всего ничего.
— Ты что, от любви совсем голову потерял? — выговаривал Джок Салану, который сидел с совершенно невозмутимым видом, словно это не ему устраивает разнос высокое начальство. — Ты хоть понимаешь, что за связь с дочерью графини можешь лишиться головы?
— Во-первых, это не связь, а любовь, — возразил парень. — Причем обоюдная. Во-вторых, вы вроде бы обещали мне дворянство. И, в-третьих, если этого не произойдет, Глера согласна отказаться от статуса благородной дамы. А после брака она к графам Рабек вообще никакого отношения иметь не будет. Графиня признала естественной смерть мужа, с вами ее никто не связывает, чего же еще? Ну умыкнул ее дочь некий шевалье Салан, так она даже в розыск нас не подала, так ей нужна дочь. Или я совсем не заслужил благодарности герцога? А то мы ведь можем устроить свою жизнь самостоятельно.
— Ну ты и жук! — восхитился Джок. — Со всех сторон обошел! То, что девчонка в тебя без памяти влюбилась, это я понимаю. Парень ты видный и талантами не обделен. А она от той жизни, что вела в замке отца, и не с таким как ты сбежала бы, выпади ей такая возможность. Задание ты выполнил блестяще, хоть и не без риска. Я обещал и от своего обещания не отказываюсь. Как только появится герцог, буду за тебя просить. Думаю, что такая наглость и его не оставит равнодушным. Но до той поры ни о каком браке речи быть не может. А твою любимую надо до времени спрятать. Езжайте-ка вы пока в баронство Ксавье к Буше. И твоей Глере там не скучно будет в женской компании, и ты там сейчас лишним не будешь, тем более что никакой работы по твоей части не ожидается. Поможешь там своему Суру во всех смыслах. И в охране владельцев имения, и в делах любовных. А то он, в отличие от тебя, храбр только в бою, а в любви робок до невозможности.
— И когда выезжать?
— Да прямо сейчас и выезжайте. Дорога трудная, а чем меньше народа вас здесь будет видеть, тем лучше.
— Мы можем сдать на хранение сумку с драгоценностями? Нам они сейчас без надобности, а постоянно таскать такое…
— Ограбили графиню?
— Это личные вещи Глеры, — оскорбился Салан.
— Ладно, не стоит обижаться на шутки. Тебе деньги нужны?
— Денег осталось достаточно, но у Глеры нет с собой ни одного платья, а вы нас гоните в провинцию. Там швеи только и умеют, что дырки латать.
— Собирайтесь, а я сейчас поговорю с Леорой. Она себе недавно справила несколько платьев. Думаю, что для такого дела она одним пожертвует, а фигуры у них почти одинаковые.
«Я, часом, не рехнулся? — задал себе вопрос Лаш, когда вечером в открытые ворота замка Ксавье на усталой лошади въехала не менее уставшая
Отвернув на всякий случай голову, он скрылся в караулке и не мог видеть, как к приехавшим выбежал Сур.
— Привет, дружище! — поздоровался с ним Салан, снимая Глеру с лошади и придерживая за талию. — Пусть позаботятся о лошадях, а я поведу девушку наверх. Она так устала, что едва держится на ногах. Там и поговорим. Помоги, пожалуйста, с вещами.
Сняв с лошади Салана две объемные, но не очень тяжелые сумки, Сур поспешил за другом и его спутницей. Конюх куда-то запропастился, и стражники, дежурившие у ворот, с руганью в его адрес повели лошадей в конюшню.
— Альда, к тебе можно? — в приоткрытую дверь просунулась голова Галы.
— Давай лучше я к тебе, а то Алекс уже начал засыпать.
Подруги перешли в комнату напротив и уселись на кровати Галы.
— Что я тебе сейчас скажу! — начала Гала, сделав круглые глаза. — Друг моего Сура Салан притащил в замок девчонку. Вы с ней, скорее всего, одногодки. Девчонка очень красивая, но полумертвая от усталости. Альберт выделил ей с Суром комнату и приказал служанкам ее помыть. Сама-то она вообще еле ноги передвигает.
— Подожди, как это комнату? Что, одну на двоих? Как же так можно?
— Они вроде как женаты, потому и вместе.
— Так вроде как, или женаты?
— Ты ничего не понимаешь! Об этом секрете мне Сур рассказал.
— А ты, значит, мне. Какой же это тогда секрет?
— Кому же еще рассказать, если не тебе! — возмутилась Гала. — Ты слушай, говорить будешь потом. Эту девушку зовут Глера, и она дочь графини Рабек.
— Офигеть! А почему графини, а не графа?
— Потому, что граф недавно скончался от слабости сердца. Глеру там держали как рабыню, а она влюбилась в Салана, и бежала из замка вместе с ним.
— А Салан там что делал?
— Этого я не знаю, но скоро ему дадут дворянство, и они поженятся.
— А если не дадут?
— Я тоже об этом спросила. Если не дадут, они все равно поженятся. Глера согласна стать простолюдинкой, только бы быть рядом с ним! Вот это любовь!
— Значит, Джок выполнил свое обещание, и графа убрали, — задумалась Альда. — Тогда откуда может быть угроза?
— Так ты думаешь, что это Салан графа…
— Послушай, Гала, обо всем этом необходимо молчать. Иначе можно очень сильно подставить и Джока, и самого герцога. Да и с Саланом, и Глерой вместо свадьбы может приключиться что-нибудь гораздо худшее.
— Я — могила!
— Ты прямо, как Алекс, — засмеялась Альда. — А Сур, значит, уже твой?
— Это я так сказала, не подумав, — смутилась Гала. — Как, по-твоему, он хороший парень?
— Замечательный, и очень тебя любит.
— А чего же тогда молчит?
— Да стесняется он тебе такое сказать. А, может быть, боится, что ты его после этого погонишь. С парнями иногда такое бывает. В бою храбры, а в личных делах робеют.
— Как твой герцог?
— Никакой он не мой! Ты Лани больше слушай! Не вздумай такое при ком-нибудь ляпнуть.