Алёна
Шрифт:
Был действительно " антракт". И даже не в том смысле, что мужчины вышли из ресторана покурить. Нет, курили за столом - при всеобщем запрете на курение в общественных местах это было особым шиком, признаком избранности. "Антракт" заключался в перерыве между кое - каким официозом с тостами и подношениями соратников и начинающейся концертной программой неофициальной частью. Приглашённые особы женского пола дружно двинулись "пудрить носики" и среди них Алёна слишком уж в глаза не бросалась. Правильно был угадан и наряд. Несколько сидевших за столом мужиков оценили стройность юных ножек - но и только. Лишь распорядитель угадал в ней опоздавшую, поинтересовался,
– Да ты понимаешь, какая это партия? Вагон!
– хмуро втолковывал студент.
– Да хоть эшелон! Пока расфасуешь, пока толканёшь - заметут. Не, не возьмусь и тебе не советую. Ищи перекупщика.
Появление Алёны немедленно прекратило эти переговоры.
– Какая прелесть к нам пожаловала!
– тотчас сделал стойку татаро - монгол. Давайте знакомиться. Он - Алик, я - Шаман.
– Шаман?
– До девятого или какого-то ещё колена все предки - шаманы. А теперь - за знакомство! Что вам предложить?
– и Шаман ловко наполнил весь стоящий перед ней хрусталь. В большой бокал налил шампанского, в пузатый бокал - коньяку, тоже в бокал, но высокий, как снаряд - вина и в рюмку - водки.
– Вечер длинный, поэтому предлагаю Вам дегустировать по нарастающей крепости.
– Ну, чему ты учишь ребёнка, - вмешался Алик.
– Не верьте этому коварному искусителю - завтра пожалеете. Лучше пейте только один напиток - водку! В подтверждение своих слов он налил водки в коньячный бокал и ахнул его одним махом, заев бутербродом с толстым слоем чёрной икры.
Отказываться пить в такой компании было нельзя - это привлекло бы всеобщее внимание, чего Алёне пока не хотелось. В семье с пьющим отцом дети пробуют алкоголь рано, и Алёне не только не запрещалось, но и предписывалось на Новый год за семейным праздничным столом выпить шампанского. Поэтому девушка довольно смело пригубила из своего бокала. Затем с изумлением стала рассматривать этикетку - столь разительно отличался этот напиток от известного ей "Советского"
– И не сомневайтесь! Прямо из Франции! Наш Сильвер с этим шутить не будет. Всё - по ВИП - классу. Да вы закусите, попробуйте. Вот эта икра - час как с Каспия. А вот это - не хотите? Правильно! Шампанское ведь! Берите вон фрукты - Шаман подтянул к Алене вазу, наполненную удивительным виноградом и большую тарелку клубники. От этого девушка не отказалась.
В измученный мозг алкоголь ударил сразу. Вначале всё вроде как посветлело вокруг. Затем ушла угнетённость. В конце концов, всё уже решено и всё потеряно. А что не сделано - ну, это поправимо, это шшас. И с тем… Подожди, а почему я его всё время так называю - потрясла головой девушка. Макс? Пусть будет Макс. Нет, слишком по - доброму. Лучше - Марс. Во! Правильно! Бог войны. Ну и пусть. А я, а я - Немезида. Возмездие! Мы с Куки ему устроим. И не только сегодня. Правда, Куки?
– Ты что там шепчешь? Давай вслух!
– уже перешёл на "ты" Шаман.
– Да вот думаю, как повеселее тут всех уничтожить. Чтобы надолго запомнилось.
– О! Давай посоветую!
– принял это за свежий прикол Шаман. Знаешь, все эти перестрелки, разборки - дело привычное. Всё это и в фильмах и в бытовухе - мура. Тут главное - загадочность. Весь страх в этом. А запоминает человек,
– Н-е-ет, - удивлённо протянула Алёна.
– Тогда давай выпьем и расскажу. Надо духу набраться. Алик, давай.
Мрачнеющий с каждой рюмкой Алик, тем не менее, поддержал компанию, маханув вместе с татариным солидную порцию коньяка.
– Не обращай на него внимания. Он вагон травки надыбал, а покупателей нет.
– Вагон?
– изумилась девушка, отпивая из своего бокала.
– Ну и что? Удивление вызывает только сама тара. Видимо, под сено или солому косили. Но знаешь… неприбыльно, - явно начал интересничать Шаман.
– Если бы там кое что покрепче, то и я бы взял. А здесь возни много, а прибыли…
– А какой ваш бизнес, - поинтересовалась Алёна.
– Как-нибудь потом, - тотчас закрылся собеседник.
– а пока о той сходке. В общем, собрались братаны поделить сферы влияния. В ресторанчике. И городок - так себе, и кабак - не этому чета. Только что, медвежий уголок. Ну и делили, и делили, и делили. А потом оказалось - все мёртвые. Как сидели, так и остались - все на своих местах, чин - чинарём. Никаких следов. Только физии таким ужасом перекошены, что, говорят, пару ментов, туда заявившихся, рехнулись. Ну, это уже волну погнали, но я тебе скажу - ни один авторитет, да что там авторитет, никто из братвы туда - ни ногой. Так что заповедник там сейчас. Так, местная мелочь там ещё духарится, да и то… Странные там дела творятся… А вот и твой! Алик, дружок нашей гостьи прибыл. О! Да можешь не спешить. Он, пока ты где-то воландалась, времени не терял!
– Нашёл на кого менять!
– обозлился вдруг Алик.
– Хочешь, Алёнушка, я ему щас за это морду набью? Принародно?
– Принародно не надо, - возразила Алёна, рассматривая соперницу. Это была совсем молоденькая девушка, восторженно рассматривающая открывающийся ей мир роскоши.
– Ты права, сестрица. Не будем портить праздник. Я его уведу, а ты подходи позже. Минут через десять, да?
– уже вставал Алик.
– Куда подходить - то? в мужской туалет, что ли?
– Ну, ты и тундра!
– расхохотался Шаман. Для всяких там разговоров целый второй этаж снят. Да я тебя проведу.
К этому времени Алик уже подошёл к Северу и, наклонившись к его уху, что-то сказал. Тот вздрогнул, почему-то облизнул губы и оставив спутницу, пошёл за новым Алёниным знакомым. Алёна выскочила из-за стола и метнулась к спутнице Севера.
– Беги отсюда и побыстрей, - прошептала она девушке.
– Это ещё что за прикол?
– изумилась та. Алёна всмотрелась в незнакомку. Младше её. Лет, наверное, пятнадцать. Разве что намазана под порядочную стерву. А так…
– Это притон. Это бандюганы. Понимаешь?
– Ну?
– подняла выщипанные брови девушка.
– Север вначале отдаст тебя здешним, а потом переправит куда в бордель.
– А ты что, уже попробовала?
– Да, пришлось.
– А другим не даешь? Жаба душит?
– Дура, ты не представляешь…
– Слушай….
– и Алена выслушала поток ругательств, из которых более - менее цензурным было "старая сука".
Видимо, дало себя знать шампанское, а может, уж очень оскорбило уж совсем несправедливое слово "старая", но Алена одной рукой схватила собеседницу за ворот платья и кинула через весь зал - на противоположный край стола. Уже рванувшись к выходу, Алёна, после визга, грохота и звона посуды, услышала многоголосое "Вау" и даже… аплодисменты.