Алешкин и Туб
Шрифт:
– Вот это другое дело,- - согласился Алешкин.
– Молодцы программисты!
Они дошли до nepeкpecткa, Алешкин свернул с аллея на пешеходную дорожку улицы и послал ТУБа вперед. Тот внезапно замешкался на углу, Алешкин его не понял и скомандовал резко: - Налево!
ТУБ круто, как солдат, свернул за угол на бульвар, и Алешкин уже ничего не мог предупредить в считанные доли секунды. Первым зданием на углу было ателье подарков, с витринами во всю стену, и обе женщины смотрели, конечно, на витрину, а не туда, куда идут. От первой
Корпус ТУБа был жестковат, женщина охнула. Потом вскинула глаза и напугалась уже по-настоящему.
Она чуть не упала, Алешкин. успел поддержать ее за локoть.
– Извините нас, - сказал он.
– Пожалуйста!..
Побледневшая, не сводя испуганных глаз с ТУБа, Женщина попятилась к витрине, быстро развернулась и пошла, почти побежала. ТУБ не двигался с места, только видеолокатеры его следили за женщиной; киберлогика определила, что произошло непредвиденное, может быть, нужна его помощь. Но Женщина скрылась за углом, и, не получив никакой добавочной информации, он повернулся к Алепякину.
Конечно, он не был виноват: он задержался на углу, врспринлв сигнал о близости человека. Не будь внезапного категоричного приказа, он обошел бы угол стороной.
Алешкин понял свою ошибку, и до "Галактики" они шли уже без приключений. Только один молодой водитель "Кентавра", заглядевшись на них, задел правым колесом за поребрик дороги. И хотя он тут же выровнял машину, Алешкин знал, что городской диспетчер уже получил сигнал наезда, на покрышках машины остался след изотопов с поребрика, и водителю неминуемо придется объясняться со Службой Движения, а порядки у них там строгие, и неприятности водителю были обеспечены.
Не рискуя оставлять ТУБа одного на улице, Алешкин вместе с ним поднялся в зал ресторана.
Посетителей в эти ранние часы в "Галактике" было немного. Все свободные официантки тут же собрались вокруг ТУБа. Пришел и шеф-повар с кухни. Алешкину пришлось прочитать популярную лекцию по роботехнике, а тем временем в кухне на плите сгорел целый противень с фирменными лангетами. Буфетчица попросила ТУБа принести со двора внушительных размеров холодильник, который только что привезли и еще нe успели установить.
Холодильник весил, вероятно, более полутонны, Алешкин вначале было забеспокоился, но ТУБ выполнил эту работу аккуратно, даже с некоторым изяществом. Он ловко пронес объемистую махину холодильника через кухню и установил его на место в углу, заработав у присутствующих дружные аплодисменты.
Алещкин оставил ТУБа его новым поклонникам, а сам отправился завтракать.
Не дождавшись официантки, он вернулся на кухню и увидел ТУБа в окружении смеющихся девушек. ТУБ на руках держал молоденькую буфетчицу. Она удобно устроилась, прислонившись к его грудному щитку и задорно болтая ногами. Юбочка на ней была коротенькая, могучие коричневые
Вернувшись в коттедж, Алешкин послал ТУБа поливать цветы, а сам загнал "Кентавра" с улицы в освободившийся гараж и вошел в дом.
И увидел на вешалке голубой плащ.
Он совсем не знал о будущем составе экспедиции, синьор Паппино ничего об этом не cообщил. Алешкину как-то не пришла в голову мысль, что висевший плащ скорее женский, чем мужской. Он прошел в гостиную, громко сказал "Алло!", заглянул в одну комнату, с маху открыл дверь в другую... и остановился.
– Извините!
– Входить, пожалуйста!
– сказали ему.
Он вошел.. Девушка стояла у окна и что-то делала с волосами. По-русски она говорила неважно. Но голос у нее был приятный. Алешкину понравились и ее глаза - серые-с рыжими пятнышками.
Улыбалась она тоже очень хорошо.
– Вы - Альешкин,- сказала она.- Мне говорил мистер Паппино. А я Мей Джексон... космос геология.
– Понятно,- кивнул Алешкин.
– Я скоро,- сказала она,- сейчас буду переодеваит и выйти в сад.
– Ага,- сказал Алешкин.
Он вышел из комнаты и осторожно прикрыл дверь.
За открытым окном плескала вода - ТУБ поливал цветы, Алешкин шагнул, было, к выходу, но в это время Мей окликнула его и попросила принести чемодан, если ему не труден?
Ему было не труден... Oн разыскал в одной из комнат ее чемодан. Принес, постучал в дверь, ему сказали "войдить". Алешкин услышал "благодарью", получил еще одну улыбку и пошел помогать ТУБу поливать цветы.
В шортах и коротенькой белой блузке Мей выбежала в сад и оторопело остановилась. Осторожно подошла к Алешкину и спросила шепотом: - Он настоящий?
– Конечно,-кивнул Алешкин.-Самый настоящий. И не нужно шептать, все равно он все превосходно слышит, и он не обидится. Он не умеет обижаться. Его этому не научили. ТУБ! Это - Мей Джекcн.
ТУБ сделал движение, весьма похожее на поклон.
– Скажите на милость,- удивился Алешкин.
– Мне он никогда так не кланяется.
– О-о!
– восхитилась Мей.- Он так хорошо... видится.
– Хорошо выглядит,- поправил Алешкин.- Да, он хорошо выглядит, он просто здорово выглядит. Когда я иду рядом с ним, девушки не обращают на меня никакого внимания. Смотрят только на него. Вероятно, рано или поздно я его зарежу. Из ревности.
– А его можно зарезать?
– Ну... замкну у него аккумуляторы.
Однако к технике Мей, как оказалось, особой склонности не имела, и ТУБ вызывал у нее просто уважение, как умная машина, а не любопытство. Зато, как истая англичанка, она любила спорт и, увидя возле гаража велосипед, который знала только по кино, решила на нем прокатиться. Смелости у нее было хоть отбавляй, а помощь Алешкина преимущественно сводилась к тому, что он помогал ей выбираться из кустов и выволакивать оттуда велосипед.