Альфа
Шрифт:
— Ты пыталась сделать все на своих условиях. Это не работает, — его глаза блуждали по моему обнаженному телу. — Ты разочарована, не так ли?
Я кивнула, сжав мои бедра вместе:
— Ты знаешь это.
— Сейчас у тебя есть два варианта. Ты можешь попросить меня заставить тебя кончить. Или же ты можешь подождать, когда я буду готов и хотеть этого. Я сделаю это. Сегодня вечером, если все пойдет хорошо, — он присел на кровать рядом со мной. Я села, сжав колени вместе.
— Почему сегодня? Что же такого особенного в сегодняшнем вечере?
— Ничего особенного, — он пожал плечами, прослеживая линию моей ноги от пятки до бедра пальцем. —
— Да, расскажи мне.
Он сделал глубокий вдох:
— Этой ночью. Здесь будет свет только от мерцания свечей. На тебе одно белье из красного шелка. Я свяжу тебя клочком кружева вокруг запястьев, не туго. И ты смотришь на меня своими ясными голубыми глазами. Ты такая красивая, Кайри, словно, завернутый подарок. Ты просишь меня сорвать с тебя всю одежду. Ты хочешь меня и поэтому не можешь больше ждать, но я заставлю тебя немного подождать. И когда ты больше будешь не в состоянии сдерживаться, я открою твои пухлые губки, и твои стоны заполнят комнату. Ты попросишь меня заняться с тобою любовью. Ты просто попросишь. И ты получишь меня всего. Твои маленькие ручки разденут меня, и ты притянешь меня к себе для поцелуя. И когда я начну скользить в твою влажную припухшую киску, — его голос понижается, и я задыхаюсь от того, как он произносит, грязные словечки, — ты будешь издавать такие сладкие стоны. Ты обернешь свои прелестные ножки вокруг меня, и будешь держать меня, пока я буду внутри тебя.
Представляя сцену того, что он сказал, меня всю трясет с закрытыми глазами. Я плотно сжала мои бедра вместе, стремясь усилить давление, ища помощи, горячая и влажная от того, как он шептал мне в ухо, возбуждая меня.
— Ты такая тугая, Кайри, я почти чувствую, как ты сжимаешь мой член. Ты будешь чувствоваться чертовски хорошо. Так туго, даже слишком туго. Но признай, это сводит нас обоих с ума? — его голос едва слышен, и его акцент стал более заметным. — Эту мечту я представлял много раз, Кайри. Я представлял, что буду чувствовать внутри тебя и это чертовски сильно. Ты искушаешь меня, сидя здесь голой. Я хочу тебя прямо сейчас — голой, кожа к коже. Я хочу быть внутри тебя. Но я хочу сделать это так, как мне снилось, как я мечтал. Я хочу увидеть лунный свет на твоей коже. Я хочу разорвать твое белье. Я хочу облизать каждый сладкий изгиб твоего тела, пока ты не сойдешь с ума от желания. Вот почему я жду, Кайри.
Я была на грани обморока после его слов. Я была готова кончить от его одного слова и взгляда. Если бы он дотронулся до меня, скользнул пальцами в меня, я бы кончила. Я оттолкнула гордость и потянулась, чтобы схватить его за руку. Я раскрыла себя. Он поднес руку к моим влажным складочкам.
— Пожалуйста… — он застонал.
— Кайри, ты искушаешь меня. Заставляешь сойти с ума, — он бессознательно, казалось, погладил меня там пальцем. — Если я раз тебя коснулся, я больше не в состоянии прекратить делать это, — он отступил на несколько шагов, провел рукой по волосам. — Я хочу, чтобы ты изнемогала от желания, — он посмотрел на меня, его грудь вздымалась. — Не думаю, что будет легко.
Я соскользнула с кровати и начала собирать свою одежду, бросая ее на кровать. Одевшись снова, я решила перевести дыхание. Когда мое платье было застегнуто, и я чувствовала себя достаточно спокойно, я повернулась к нему.
— Пойдем, поплаваем под парусом, Валентайн, — я протянула руку к нему. Но я забрала руку обратно, когда он начал ходить
— Что ты имеешь в виду?
Я указала на его кровать, — То, что ты мне сейчас сказал, будет лучше, если ты и вправду это сделаешь, — он поставил меня напротив себя.
— Я обещаю тебе это. Это... и много чего еще.
Глава 9
Свидание
Рос вызвал лифт, и мы поехали в подземный гараж. Это был красивый лифт, хорошо освещенный, восьмифутовые потолки, блестящий синий эпоксидный пол, белые стены, на которых были винтажные картины 20-х—30-х годов с изображением пляжей, гоночных автомобилей, круизных лайнеров, ныне не существующей марки сигарет и итальянских винодельческих компаний и многое другое.
Мы спустились в гараж. Я насчитала девять средств передвижения: Maybach, Mercedes-Benz SUV, Maserati, Tesla, Bentley convertible, два вида мотоциклов и военный вертолет Hummer, также была еще старенькая модель BMW, последний автомобиль, который ему подарил отец, я предполагаю. Это был впечатляющий выбор автомобилей, и я даже не хотела думать, сколько все это стоило.
На стене, был датчик сканирования отпечатка пальца. Рос приложил большой палец, и открылся маленький шкафчик, где было много ключей, свисающих с крючков. Он взглянул на меня.
— Какой автомобиль предпочитаешь?
Я была довольно современной девушкой, и прекрасно знала, что автомобили были в высшей степени дорогими — верхняя линейка автомашин. До Роса в моей жизни не было богатых парней, поэтому не было пафосных «Феррари» или «Ламборджини». Я поняла, что эти автомобили не устраивали его. Несмотря на то, что он был богат, Рос не старался быть ярким и кричащим.
Я пожала плечами и указала на кабриолет:
— Он один выглядит весело.
Рос ухмыльнулся.
— Хороший выбор.
Дверь лифта открылась позади нас, Элиза принесла корзинку с чем-то.
— Вы просили приготовить обед, мистер Рос.
— Спасибо, Элиза.
— Мне было несложно, сэр. Мне ждать вас на ужин?
Рос, покачал головой, беря в руки корзину у Элизы, и ставя ее на заднее сидение Бентли.
— Нет, я думаю, мы найдем что-нибудь в городе. Ты можешь быть свободной, если хочешь.
— Благодарю вас, сэр. До завтра. — Она улыбнулась, и дверь лифта закрылась за ней. Спустя несколько мгновений, Рос вел тихий, мощный автомобиль вверх по дороге и выезжал на яркий солнечный свет позднего утра. Он вытащил очки Ray-Bans из кармана пиджака и указал мне на бардачок:
— Думаю, там есть еще одни — можешь взять.
Я открыла бардачок и нашла запасную пару очков, нацепила их на себя, а волосы завязала в конский хвост, связав резинкой, что была у меня на руке. Поездка через Манхэттен к пристани была короткой, но приятной, ветер дул в лицо, солнце яркое и теплое, Рос рядом со мной, держал меня за руку.
Когда Рос сказал «отправимся плавать», я представила маленькую лодку, достаточно большую для нас двоих. Я должна была знать его лучше. Этот катер подходил его владельцу - длинный, стильный, сверкающий серебром и полированной поверхностью, с мужественными линиями и изгибами. О парусных катерах я знала меньше, чем об автомобилях, но, зная Роса, это самый безопасный и самый дорогой катер. Он взял корзину и, не выпуская моей руки, помог мне на него забраться и указал на место рядом с рулевым колесом: