Алгарил
Шрифт:
Как я сдержалась и не разревелась, не знаю, только судорожно вздохнула.
— Ты нас туда отведёшь, и так, чтоб ни кто об этом не узнал.
— Это невозможно, везде камеры, вас уже заметили. — И он кивнул в сторону камеры которую замазал Илнар.
— С камерами мы как-нибудь разберёмся. Сейчас ты будешь нас вести, и при этом старайся делать вид, что не чего не происходит.
В следующей комнате, камера располагалась прямо над дверью. Илнар испачкал её совсем чуть-чуть, чтоб изображение стало размытым. На экране это должно было смотреться так: идёт мужчина в яркой одежде медперсонала, увлекшийся изучением планшета. Прикрываясь за ним, тенью скольжу я. А пока всё внимание приковано к работнику
— Думай о нём, как о задании. — Послышался шёпот Илнара. — Очередном задании.
Правильно, все эмоции потом, а сейчас глубокий вдох и выдох.
Мужчина подошёл к двери и проведя картой в замке, набрал код. Дверь открылась и я скользнула в комнату. Филип спал. Я закрыла ему рот рукой и он проснулся, испугался и хотел даже укусить.
— Не кричи, это я, Лилия.
Глаза Филипа расширились.
— Сейчас молчи, ни звука не издавай, понял?
Филип кивнул. Я достала из сумки серую куртку, штаны, шехс и наколенники. Быстро одела его и мазнула на лицо серой мазью.
— Только тихо, все вопросы потом, молчи, что бы не случилось, что бы ты не увидел. Понял?
Филип прикусил губу и кивнул снова.
На выходе из палаты я переступила через бессознательное тело мужчины, и потащила Филипа за собой, вдоль стены. Илнар шёл впереди и открывал двери. Потом он подпрыгнул, зацепился за вентиляцию и оказавшись наверху подал нам руку. Через пять минут, мы уже выбирались из вентиляции.
Выждав момент, перебросили Филипа через забор с камерами, и он как послушный ребёнок, сразу откатился в сторону и затаился, как ему и велел Илнар.
— Что бы ещё и ты меня так слушалась. — Печально сказал Илнар, глядя на образчик послушного ребёнка.
— Подожди, он ещё себя покажет.
Мы успели перебраться через забор, и начали двигаться в обратном направлении, когда за нашей спиной взревела сирена. Илнар, поморщился и вколол себе стимулирующий препарат.
— Что-то они долго, спали на посту, наверное.
Лучи прожекторов забегали быстрее, и вскоре нас заметили.
Раздалась очередь из плазменного пулемёта, но мы укрылись за какими-то бочками.
— Филип, ты умеешь ускоряться? — Задал вопрос Илнар.
Братишка наморщил лоб и кивнул в знак согласия.
— Тогда ускоряйся и не отставай от Геи, то есть Лилии ни на шаг. Гея, готова?
— Погнали наши городских.
И мы побежали, двигались перебежками, от бочек к ящикам, от ящиков к грузовому летуну. Дальше на пути не было не чего, за чем можно укрыться, да и солдаты уже бежали к нам со всех сторон. Мы с Илнаром переглянулись и стали действовать на прорыв. Филип был засунут за наши спины, и мы начали с метания дротиков с парализующим эффектом. Из десятка солдат упало четверо, и мы приступили к иглам с ядом. Хорошо хоть грузовой летун очень низкий, и очередь по ногам нам ни кто не пустит. А тем временем к солдатам присоединились часовые с вышек. Илнар достал плазменный пистолет и снял стрелка с ближайшей вышки.
— Сколько их уже? — Спросил Илнар снова скрываясь за летуном.
— Пятнадцать, рассредоточены.
— Задержите дыхание.
И он швырнул сразу три капсулы со снотворным.
Пух, пух, пух. А потом шлёп, шлёп, шлёп… — это падают, мгновенно засыпающие солдаты, не успевшие задержать дыхание. По моим скромным подсчётам, заснуло восемь человек.
— А теперь прикройте ушки.
И Илнар бросил плазменную гранату.
— У тебя плечо.
— Знаю. Ай, да не надо.
— Ты так кровью истечёшь. — Он выдавил ещё один пакет пласт геля мне на рану.
Дорога до корабля заняла час, Филип уже просто задыхался.
— Потерпи, малыш, чуточку осталось. — Подбадривала я его. — Периодически, над нами проносились лёгкие летуны, тогда мы падали на землю и не шевелились.
— Главное, чтоб наш корабль не нашли.
— Не найдут. — Ответил Илнар. Я оставил «невидимку» включённой, а сам он серый и с высоты неприметный.
— Дай бог.
Корабль действительно не нашли. Я села за штурвал, подождала пока все пристегнутся и резко стартанула вверх до предела, потом резкое переключение на горизонталь, ухожу в пятнадцатый квадрат на большой скорости и оттуда снова вверх, в космос.
Толи им сообщили, толи в этот раз смена на корабле была более внимательной, но нас засекли на орбите. Я в первый раз видела, как стреляют военные крейсеры, и больше видеть ни когда не хочу, а уж тем более маневрировать. Такие фигуры высшего пилотажа, я даже на TL115, не всегда решалась выполнять. Система ревёт от перегрузке, Филип кричит, Илнар глухо стонет. Вот система заявляет, что у нас утечка топлива и повреждён двигатель, но крейсерам нас уже не достать. Я дотянула до середины пути на Алгарил, а когда двигатель окончательно заглох, сползла с кресла и прислонившись к нему просто закрыла глаза.
Проснулась в каюте, темно, работает аварийка, значит мы ещё в космосе.
— Наш АС кажется, проснулся. — С усмешкой сказал Илнар.
Повернулась на бок стараясь не задеть саднившее плечо.
— Привет! — Я улыбалась как счастливая идиотка, мои мужчины сидели в креслицах и попивали чаёк с булками.
Филип улыбнулся как-то нерешительно.
— Как ты? — Спросила я у него.
— Я думал, тебя уже нет, и даже смирился.
— А я как видишь — нет.
Он подошёл ко мне и нерешительно обнял. Я обнимала его и плакала. Наконец он был рядом, живой, родной братишка.
— Теперь всё будет хорошо, слышишь? Всё хорошо.
— Ну, я пойду, поговорю с Сейнаем, когда они там нас уже найдут?
И он оставил нас одних.
— У тебя кожа стала серая, как и у Илнара.
— Это крем такой, смоется. А ты вырос, почти два года, боже мой, два года. У тебя ведь недавно день рожденья был.
— Ты, лучший подарок, Лилия. Я когда увидел тебя, думал тоже с ума сошёл, как мой сосед из 77 комнаты.