Алгарил
Шрифт:
После чего он вылез из ванны и покинул санкомнату. А я расслабленно легла, погрузившись под воду. Вот именно в такие моменты, ребром становится исконно Русский вопрос. Что делать? На тот же исконно Русский «Авось» в данной ситуации полагаться не стоит. Мне были чётко расписано моё дальнейшее будущее, а в случае неподчинения меня ждёт Ликрилина, Планета, славящаяся рабством, и борделями на любой вкус.
Глава 4
Когда я вышла в комнату, на постели лежал новенький комплект
— Лилия, могу я войти? — прозвучал голос Сейная.
— Да, входите.
Дверь открылась но Сейная не вошёл.
— Пройдёмте со мной, господин Илнар просил провести вас в библиотеку, она на втором этаже. Ваш браслет, по мимо прочего, служит средством связи, по нему вы можете связаться с господином Илнаром, со мной, и человеком который убирае комнату, также вы можете связаться с поваром, если у вас появятся особые пожелания к трапезе.
— Спасибо. А скажите, здесь много… таких как я?
— На данный момент вы одна… такая.
— Я не увидела не одной женщины с момента прилёта.
— Да, женщин на Алгариле действительно мало, если быть точным, всего шесть, и они проживают в соседнем городе.
— А почему не здесь?
— В общем, так пожелал господин Илнар, иначе здесь постоянно происходили бы беспорядки.
— Понятно.
— Прошу сюда. — Сейнай открыл дверь и пропустил меня- Господин Илнар уже ждёт.
За моей спиной плавно закрылась дверь и мне не оставалось ничего другого, кроме как идти вперёд, мимо высоких стеллажей, в которых, один к одному стояли диски, упакованные в пластиковые конверты. Я знала, что на такой диск можно записать около десяти терабайт информации, а если оглянуться по сторонам, то станет понятно, как велика библиотека.
— Иди сюда. — крикнул Илнар и я пошла по направлению голоса.
— Одну минуту.
Он что-то просматривал на мониторе цифры, а меня заинтересовали образцы старинных книг, выпускаемые ещё в начале двадцать первого века. Бумажные, хрупкие и не надёжные, боящиеся влаги. Сейчас все книги, исключительно в электронном варианте, и лишь не многие ценители, могут позволить себе печатный вариант, но и тот будет сделан из тончайшего пластика, пусть даже и задекорирован под бумагу.
Ну и конечно же, мне захотелось их пощупать. Я же не виновата, что именно в тот момент как я открывала обложку у одной, очень красивой книги Илнар подкравшись заговорил со мной. Я с перепугу взвизгнула и швырнула в него этой книгой.
Минуту он боролся с гневом, а я с позорным желанием писять. Потом он несколько раз сделал уже знакомое, дыхательное упражнение и со стоном отчаяния сел обратно в кресло и закрыл лицо ладонями. Мне его даже жалко стало. Я подобрала книгу с пола, сдула с неё несуществующую пыль и водрузила на место. Потом
— Ну не расстраивайся ты так, я знаю, что очень неуклюжая, и рассеянная, и вообще, знаешь как меня друзья называют…называли- Беда. Прости, что расколошматила статуэтку и книга эта, просто оно как-то само получается.
Он посмотрел мне в глаза с такой обречённостью.
— Не надо списывать всё на рассеянность, пока я за тобой гонялся в столовой, ты проявляла такие чудеса пластики и изворотливости, а так же эквилибристики, что мне трудно поверить, что всё это было сделано «Случайно». На столах, которые ты перепрыгивала, даже чай не разлит, проскользнула как рыбка, не задев ни кого, и при этом не разу не споткнулась, что- то это не похоже на неуклюжую девчонку.
Я задумалась, а ведь правда, такой бег с препятствиями получился, тренер Станислав был бы в восторге.
— Ну знаешь, с таким то стимулом на хвосте.
— А как ты поняла, что я бросил стул?
— Да не как не поняла, просто мне показалось… что нужно откатиться.
— А от подноса как увернулась?
Я только плечиками пожала.
— Ты ведь, всё равно не успокоишься, будешь на инстинктах до последнего бороться, так?
Я подумала и положительно кивнула. Илнар потёр виски, похоже он пожалел о своём опрометчивом поступке уже через две минуты после того как спас меня от Стикхаев.
— Я одного не пойму, система, по завершении твоего лечения, выдала параметры, в которых было указано, что у тебя уже были мужчины.
— МужчинА, один, мы расстались незадолго до того как мне исполнилось двадцать.
— Какая разница?
— Есть разница. — Я начала злиться. — До того как я решила с ним переспать в первый раз, мы встречались два года. И вообще, чтоб спать с мужчиной, нужно его любить.
А в ответ мне был издевательский смех, как будто я ему тут анекдот рассказала, а не прописные истины повторяю.
— Девочка моя, а ты точно из этой галактики? — Продолжая хохотать, начал издеваться он. — Нет, я не могу, это слишком наивно даже для Земли с её толерантностью, терпимостью и равноправием. Блин, и угораздило же меня вытащить с умирающей планеты, столь высокоморальный элемент, а вообще ты конечно ценный кадр, я бы даже сказал вымирающий элемент. Скажи, тебя, что, из дома не выпускали? А читать давали, наверное, только древние сказки. А по цифре ты наверное, только то что детям до шести смотрела.
— Хватит, я так воспитана, и я не собираюсь оправдываться, за то, что не ложусь под каждого встречного — поперечного.
— Вообще существуют три варианта, но нравится мне только один.
— Какой?
— Ну, ты без психов и переживаний становишься моей постоянной любовницей, и я имею тебя до тех пор пока ты мне не надоешь, потом сделаю тебе документы и отправлю на какую — ни будь тихую, аграрную, планетку.
Я скривилась, аграрная планетка, неплохо, а вот первая часть не куда не годится.