Алгарил
Шрифт:
Когда я вышла из комнаты, то на пороге соседней маячили рабочие. Потом вышел управляющий и отпустил их, сказав, что их помощь, больше не нужна. Потом взглянул на меня, мол, а ты тут что забыла, я ответила ему не менее красноречивым взглядом, типа «не чего не хотите поведать?». Управляющий глубоко вздохнул.
— Иди к себе, зайду как освобожусь.
Я кивнула в знак согласия и зашла в комнату. Как- то получилось, само собой, что я выжила Илнара из его апартаментов. Два первых времени сна, он укладывал меня и сам засыпал рядом, на третье время сна, у него были какие-то дела, а о том, чтоб подготовить мне отдельную комнату, не кто не побеспокоился,
И вот теперь, мой спаситель, учитель и мучитель в одном флаконе, страдает за стенкой, а я страдаю здесь от любопытства и немного жалости. Нет, мне не стало дурно от вида ужасных ран, наш институт любил заниматься благотворительностью, за счёт студентов и раз в две недели, двадцать человек направляли на работы санитарами в госпиталях, и больницах. Конечно, ничего сложнее пульта управления уборочными машинами нам не доверяли, но и без того насмотреться хватало. До сих пор помню, того парня, который поступил в клинику после столкновения двух летунов. Из пяти пассажиров выжил только он один, но при этом у него были открытые переломы рук и ног, сломан позвоночник и пробита голова. Его будто вывернуло наизнанку. Моя смена закончилась через час, и я так и не узнала, выжил он или нет. Конечно, медицина в той клинике была на уровне, но ведь многое зависит и от самого больного. Поэтому я не сильно беспокоилась об Илнаре, вон какой здоровый, а если учесть, какими средствами располагает, то можно с уверенностью в девяносто девять процентов полагать, что ему это, как слону дробина. Или может, я просто пытаюсь себя успокоить?
Мои мысли прервал голос Сейная.
— Гея, ты не спишь?
— Входи Сейная.
На обращении «на ты», настоял он сам ещё три дня назад, говорит, что так привык и не хочет, что-то менять. А «господин Илнар» было личной просьбой наёмника, дабы лишний раз показать одной очень упрямой девчонке, что всё серьёзно, Надо сказать, я почти поверила.
Дверь отъехала в сторону, и в комнату вошёл смурной управляющий.
— И что тебе не спится?
— Ну, не каждый день, моих знакомых ранеными приносят. Как он, артерия на бедре не задета?
— Уже всё в порядке, док успешно нарастил ткани, только с кожей осталось повозиться, но и это на пару дней.
— В спине были осколки?
И снова этот пронзительный взгляд.
— Мне доводилось видеть такое и раньше.
Сейнай заметно расслабился. Интересно, о чём он сейчас думает.
— Да, были осколки, док их извлёк, и ткани срастил, но пока ему нельзя двигаться, так что с тренировками пока придётся подождать. Я с удовольствием составляю тебе компанию на утренней и вечерней пробежке, но с остальными нагрузками, помочь не смогу, это ты уже сама.
— Хорошо, спасибо. Нужна моя помощь?
— Да, потребуется. В 4-00, разбудишь его, и дашь ему
— Конечно.
— Тогда держи и вот это. — Он выложил на маленький столик ещё и капсулу. — Это обезболивающее, вколоть нужно в 5-05. Справишься?
— Да не беспокойся.
— Ты меня здорово выручишь. Мне сейчас, кровь из носу нужно лететь в соседний город, там, на ферме что- то намудрили.
Я ещё раз заверила его в том, что справлюсь и после того как он ушёл направилась в соседнюю комнату. Кроме спящего на животе Илнара, там ни кого не было. Я села в кресло и поставив на браслете будильник, заснула.
Проснулась от лёгкого покалывания током в запястье и проморгавшись, решила преступать к обязанностям сиделки. Просыпаться он не хотел совершенно, только мычал и прятал лицо в подушке. Тогда я её отобрала и положив его голову себе на колени, легонько похлопала по щеками. Это дало хоть какой-то эффект, он поднял лицо, тогда я сжала ему пальцами челюсти, рот приоткрылся и я смогла не только засунуть таблетку, но и напоить его водой, а то губы потрескались.
Сейчас он не выглядел как суровый наёмник. Черты красивого лица разгладились, и приобрели умиротворённость. Я провела рукой по коротким светло- русым волосам, длиной около пяти сантиметров, немного полюбовалась на татуировку какой-то, явно хищной, птички на лопатке и аккуратно вернула ему подушку.
Поставила будильник на 5-04 и постаралась задремать, но проснуться пришлось раньше. Илнар стонал не просыпаясь, кулаки были сжаты, все мышцы напряжены. Стоило к нему прикоснуться, сразу стало понятно, что у него жар. Быстро набрала Сейная на браслете.
— Гея?
— У него жар. Это нормально?
Последовало тихое ругательство.
— Это реакция на препарат, ничего страшного, но ты возьми в санкомнате полотенце, намочи холодной водой и протирай ему лоб и плечи, пока температура не спадёт, не дрейфь деточка, это ненадолго, через минут двадцать всё должно стабилизироваться, и не забудь сделать укол, ровно в 5-05.
— Хорошо.
Холодный компресс из полотенец пришлось менять пять раз, но потом его температура стабилизировалась. Пропищал будильник, и я совсем уж было собралась сделать укол, как Илнар стал приходить в сознание и метаться по кровати.
Вот же ж блин- беспокойный больной, не понос так золотуха.
Поймала его руку но он её вырвал, вторая попытка также не увенчалась успехом. В третий раз я навалилась на руку всем весом и только тогда смогла приложить к сгибу локтя шприц-капсулу и активировать.
Он брыкался так, как буд-то его тут не лечат, а убивают. И только я успела ввести лекарство, как он попросту отшвырнул меня, хорошенько махнув рукой. Я кубарем слетела с постели больного, больно приложившись левой стороной лица об пол.
— Гад. — сказала я вытирая крови хлынувшую из носа. — Даже в бессознательном состоянии остаётся сволочь- сволочью. — И поплелась в санкомнату.
Кровь уняла только минут через десять и взглянув в зеркальную поверхность, поняла, что теперь у меня есть шикарное украшение на пол лица.
Синяк начинался над левой бровью и спускаясь по виску плавно перетекал на скулу.
— Шикарно. Может его сейчас добить, пока он спит и относительно беззащитен? Намочив ещё одно полотенце в холодной воде, приложила к свежеприобретённому фингалу.