Алисанда

Альмор

— Не, не будем, — после минутного молчания произнёс тот, что потрезвее. — Мы тебя поймаем и к градоправителю отведём, пусть он решает, чего с тобой делать. На шубу жене пустить или на стол отправить, — стражник разразился гомерическим хохотом.

Мне стало не по себе, к горлу подступил комок, не давая сглотнуть. Вот вляпалась. Не, ребята, я на такое не подписывалась. И идти с вами не собираюсь. Ни на шубу жене градоправителя, ни на стол к нему самому.

Теперь настала моя очередь отступать, хлопая округлившимися глазами. Стражники это заметили.

— Да я пошутил, — махнул рукой первый.

Я недоверчиво

уставилась на него.

— Правда пошутил. У нас жена градоправителя шубы не носит, она живых зверушек любит. А сам градоправитель мясо не ест, веге… вегета… вегетарианец он. И вообще, чтоб ты знала: говорящие животные в Энтаре неприкосновенны.

— Правда, что ль? — какая удача. Понятно теперь, почему ни Джук, ни эльф с арбалетом не стали нападать на меня, когда я заговорила с ними. Священное животное, как же разумную тварь убивать. Жаль только, что такого обычая нет в Озёрном крае.

— Чтоб мне пусто было! — стражник ударил себя в грудь кулаком.

— А кормить говорящих животных у вас случайно не принято? — с надеждой поинтересовалась я, мгновенно проникнувшись симпатией к двум пьяным типам с копьями наперевес.

— Нет, — стражник снял шлем и поскрёб макушку.

— Печально.

— Ну, разве что ты нам поможешь, а мы тебя угостим чем-нибудь типа свежего мяса. По рукам?

— А что надо сделать?

— Давай не здесь, — стражник понизил голос.

— А где? — спросила я, подозревая неладное.

Стражник сделал вполне понятный жест рукой. Я послушно последовала за ним. Второй, пьяный, пошёл дальше, плюнув на все секретные дела с высокой башни. А мы спустились со стены по ступенькам и направились к потайной двери под лестницей. Вернее, это они думали, что дверь потайная и надёжно скрыта от посторонних глаз. Как бы не так. Светлое, хоть и замызганное, дерево резко контрастировало с тёмным камнем стены.

В помещении из-за отсутствия окон было темно для человеческого глаза. Но не для лисьего. Я с лёгкостью разглядела довольно простое убранство комнатки: грубо сколоченный деревянный стол, под стать ему шесть табуреток, половина из которых были расшатаны, несколько полок на стене и жёсткая деревянная койка, накрытая лишь плотным шерстяным одеялом. Классика жанра, местная караулка.

Стражник несколько раз наткнулся на табурет и врезался в стол, прежде чем нашёл и зажёг свечу, стоявшую на одной из полок. Свеча горела неровно, пламя прыгало и дёргалось, норовя сорваться с фитиля и пуститься в пляс по всему помещению. Стражник поставил свечу на стол и плюхнулся на первый попавшийся табурет. Конструкция зашаталась, заскрипела, но выдержала.

— Садись, — стражник широким жестом указал на оставшиеся табуреты.

Доверия они мне не внушили.

— Спасибо, я постою, — вежливо отказалась я. Настолько вежливо, насколько смогла.

Стражник не обиделся.

— Меня Дарис зовут, — представился он после короткой паузы.

— Очень приятно, — сухо ответила я. Очень мне надо знать его имя.

— Теперь по существу. Простая лиса ни за что не забралась бы на стену. Следовательно, у тебя есть смекалка и длинные острые когти, каких нет у обычных животных. Я прав?

"Браво, капитан Очевидность!" — воскликнул Вермерх.

— Браво, капитан Очевидность, — повторила я фразу жеребца. — И что дальше?

— Такими когтями можно

убить, ведь так? — деловито поинтересовался Дарис.

— Ты хочешь, чтобы я кого-то убила? Ни за что! — я замахала лапами.

— Да нет, — Дарис рассмеялся. — Тут другое. Понимаешь ли, наш город — Шультер — имеет пограничное расположение. С Озёрным краем, значит, эльфийской страной. Ну вот, и эти эльфы, что давно мечтают о наших землях, не знаю, правда, почему, решили город захватить. Пробовали осаждать, пробовали брать штурмом, пробовали жечь: ничего не удалось. Потом в город напросились несколько остроухих. Послали бы мы их, но градоправитель связан законом, не позволяющим нам прогонять эльфов из города, если они пришли с миром и без оружия. А те были даже без ножей. Как они прошли через леса, где орудуют разбойники — непонятно. Ну, в принципе, маги… А, к делу. В общем, обустроились они здесь. Несколько месяцев было тихо. Затем началась какая-то неразбериха: по ночам кто-то ходит по городу и убивает прохожих. Кто в кабаке засиделся, или на свидание ночью отправился, того находили утром с перерезанной глоткой. Месяц такое продолжалось. Люди стали бояться выходить на улицу вечером, только темнело — все по домам. Некоторые из горожан уехали к родственникам в другие города. Потом такая же пакость началась и в поселении, что недалеко от города, к югу, возле рощи.

— Это те загородные дома? — уточнила я.

— Называй, как хочешь. У нас это поселение зовется Эйриндайль, в честь знаменитого эльфийского города в горах, где однажды собрались все четыре творца Антариума на совет с эльфами. С тех пор, поговаривают, эльфы стали бессмертны и приобрели великое могущество.

— А что означает это слово?

— Eirindalle на языке эльфов — обитель бессмертных, — пояснил Дарис и продолжил: — Ну так, собственно, к чему всё это. Там, в поселении, жителей вырезали прямо днём и прямо в домах. Причём делали это настолько профессионально, что никаких следов, никаких зацепок — ничего не обнаружили наши маги, которых отправляли расследовать это дело.

Нашу милицию бы к ним — сразу нашлась бы куча улик и десять подозреваемых.

— Люди из посёлка переехали в город. Началась паника, жители боялись, запирались в домах и не выходили на улицу вовсе. Даже на меня как-то пытались напасть, я тогда в карауле ночном стоял. Отбился по пьяни. Был бы трезвым — ни за что б не выжил, — Дарис тяжело вздохнул.

— Давай ближе к делу, у меня времени не так уж и много, — поторопила я.

— Хорошо, хорошо. Указом градоправителя мы устроили засады по всем городу. Но эти засады мало что дали. Убийцу мы не поймали — убежал, гад. Скрылся в переулке и всё, с концами. Ищи-свищи теперь, пока не охрипнешь и глаза болеть не начнут. Зато узнали, что это кто-то из остроухих, ибо слетел с него капюшон.

— Кажется, я поняла, что от меня требуется, — начало доходить до меня.

— Не знаю, верно ли ты поняла. Ты лиса, у тебя чуткий слух и потрясающий нюх, ты хорошо видишь в темноте и быстро бегаешь…

— Хватит, про свои достоинства я знаю и без тебя! — прервала я.

— Помоги поймать эту тварь! — перешёл сразу к делу Дарис.

— А что мне за это будет? — поинтересовалась я.

— Всё, что попросишь.

— Мне много не надо, — отмахнулась я. — Поесть, да в Лайнез попасть. Организуете?