Алисанда
Шрифт:
— С-сын, отец с-сказал, ты долж-жен с-сделать!
Линфер тяжело вздохнул и убрал лапу ото рта. Повелитель нахмурился. Линфер набрал в лёгкие побольше воздуха и выдохнул. Огонь, вырвавшийся из бездонной драконьей глотки, подпалил любопытный нос Повелителя. Дракон с рёвом отскочил в сторону, потирая переносицу.
— Кто тебе кур-рить позволял!? — взревел разгневанный отец.
Линфер откашлялся. Густой чёрный дым поднялся к потолку и закрыл светлячков. В пещере мгновенно потемнело. На пол один за другим, угасая,
— Ну вот, — в темноте сверкнула искра и загорелось ровное пламя.
Повелитель поднял объятый огнём коготь к глазам и, немного подумав, взглядом поджёг и второй. Тьма немного рассеялась.
— Я тебя с-спраш-шиваю, — Повелитель угрожающе поднёс пылающие когти к носу Линфера. — Тебе кто кур-рить р-разр-реш-шал?
Линфер судорожно сглотнул.
— Ну не надо ж-же с ним так ж-жес-стоко! — вновь вклинилась палевая дракониха.
— Уйди, не до тебя с-сейч-час! — отмахнулся Повелитель.
— Отец… — пролепетал Линфер.
— Позор-рищ-ще! Позор-р наш-шего клана! Его изгоняют, он возвр-ращ-щаетс-ся обкур-ренный!
— Отец… — вновь попытался вставить слово Линфер.
— Да ещ-щё и с лис-сицой! Позор-рищ-ще! Глаза мои тебя больш-ше не увидят! Вон из дома! — не унимался Повелитель.
Линфер совсем сник.
— Прошу заметить… — как можно тактичнее начала я.
Но мой тоненький голосок не был услышан. Печально, а ведь я всего лишь хотела спросить, подбросят ли меня до столицы, раз уж обещали…
Повелитель разбушевался не на шутку. Когти поминутно то вспыхивали, то гасли, стены пещеры тряслись, пол ходил ходуном, с потолка сыпались не мелкие камешки, а полноценные валуны.
— Линфер! — завопила я, когда рядом упал внушительных размеров камень.
Дракоша забился в угол и дрожал крупной дрожью. Палевая дракониха предприняла попытку успокоить Повелителя, но тщетно: дракон не желал успокаиваться, вознамерившись разрушить пещеру до основания. То, что вместе с потолком рухнет часть скалы, его не интересовало. Или он просто об этом не думал.
Я кинулась к изумрудному дракоше.
— Слышишь, Линф! Тебе явно не рады! — возопила я, с огромным трудом взобравшись к нему на шею.
— А? — дракоша снова погрузился в задумчивую полудрёму, в которой пребывал до встречи с сородичами.
Я испустила тяжкий вздох. Ну что с этим дракончиком делать прикажете?
— Полетели, говорю! — как можно громче и отчётливей произнесла я.
— А-а-а-а… Полетели… — задумчиво протянул Линфер.
— Ну так выбирайся, пока нас камнями не завалило! А то твой папаша тут разбушевался!
— А-а-а-а…
Линфер ползком начал двигаться в сторону выхода. Я крепче вцепилась когтями в чешую, проделав в ней шестнадцать новых дырок. Рядом на пол с грохотом рухнуло нечто тяжёлое,
Раздался дикий рёв, стены задрожали не хуже Линфера, скала застонала, от потолка отделился огромный кусок и рухнул на пол… И тут же обрушение прекратилось, рычание смолкло. Возле самого выхода из пещеры Линфер остановился и оглянулся. По чешуйчатой морде скатилась крупная слеза. Никогда не видела, чтобы драконы плакали.
Я тоже оглянулась.
Зрелище было действительно печальным. Огромный алый дракон лежал, едва освещённый проникающим в пещеру лунным светом, придавленный тем самым упавшим куском потолка. Во взгляде его смешались боль и гнев. Он смотрел на нас с гордым презрением. Неподалёку сидела, обхватив длинным хвостом передние лапы, палевая дракониха. Она внимательно смотрела на поверженного Повелителя, во взгляде её читался упрёк. Дракониха тяжело вздохнула.
— Вер-рнулс-ся с-сын, целый и невр-редимый, подр-рос-сший, поумневш-ший, а ты ус-стр-роил здес-сь с-скандал, — прошипела она.
Повелитель издал утробный смешок и сжал лапу в кулак. Хрустнул и рассыпался мелкой крошкой случайно попавший в него камень. Просить прощения за концерт дракон явно не собирался, но и лежать, придавленный тяжеленными камнями, тоже не намеревался. У меня появилось сильное желание ему помочь. Но дракониха, словно прочитав мои мысли, отрицательно покачала головой.
— Идите. Уходи отс-сюда, Линфер-р. Уходи отс-сюда, лис-сица. Летите в с-столицу. Он зас-служил быть пр-ридавленным. Не бес-спокойтесь, с-скор-ро с-сюда с-слетятс-ся др-раконы наш-шего клана и ос-свободят его. Летите.
— Когда это ещ-щё будет… — вздохнул Повелитель.
Линфер смахнул скупую драконью слезу и отвернулся, чтобы не видеть своего поверженного отца. Дракоша шмыгнул носом и, расправив крылья, решительно направился к краю площадки. Остановившись на самом краю, он на секунду задумался.
— Линф… — позвала я, испугавшись, что мой чешуйчатый друг решит остаться в пещере и откопать незадачливого папашу.
— Можно тебя попросить? — дракоша повернул ко мне голову. Взгляд его был осмысленным, глаза не были подёрнуты дымкой задумчивости, как это бывало с ним. — Никогда так меня больше не называй.
— А как тогда?
— Linferen на языке горных эльфов обозначает "изумрудный камень", — с умным видом изрёк дракоша.
— И что? — мне этот перевод ни о чём особенном не говорил.
— Называй меня Изумрудом, — пояснил дракон.
Изумруд? Длинновато. В воздухе неудобно, пока прокричишь и дойдёшь до самой просьбы — её выполнение уже не понадобится. Сократить бы.
— А можно я буду звать тебя Изя?
— Как? — не понял дракон.
— Изя. Такое имя. Очень красивое, — многозначительно протянула я.