Алкоимитатор
Шрифт:
Не могу сказать, что мы не оказали малейшего сопротивления. Я попытался сокрушить одного из нападавших ударом ногой в челюсть, а Вовчик, молниеносно отпрыгнув в сторону, схватил в руки тяжелый медный подсвечник. С таким оружием он становился опасен. И даже успел со всей силы приложиться подсвечником в направлении ближайшего шлема. Но тот, кому предназначался смертельный удар, играючи отбил опускающийся предмет декоративного убранства левой рукой, а правой нанес сокрушительный удар нашему пупу Земли в солнечное сплетение. Его второй напарник подхватил скрючившееся тело и поволок к цилиндру.
У меня получилось
Как только меня завели в темнеющую прохладу аппарата, створки тут же закрылись, и раздалось натужное гудение. Никаких тебе толчков, перегрузок или малейших неудобств. Но по логике добрых пять минут мы куда-то перемещались. Так как после вторичного открытия створок мы оказались в просторном помещении, всем своим видом кричавшем о своем неземном происхождении. И самым впечатляющим стало наличие целой прозрачной стенки, за которой был открытый космос. Краем глаза я заметил, как из других створок вывели уже пришедшего в себя Вовчика и тоже, как меня, стали бесцеремонно обыскивать.
А мы не могли оторвать своих глаз от ярко горящих звезд на черном бархате вакуума. Только теперь я стал до конца осознавать, что это не сон, не иллюзия или больное воображение. До этого еще какая-то моя частичка сомневалась в происходящем, пыталась менять в мозгу постоянно горящие предохранители здравого смысла. Даже неземная красота Оливайнеты оставляла в глубине сознания маленькую скептическую мысль, что все это удачный розыгрыш. Ну, или еще что-нибудь, о чем сам черт не ведает.
Но эта стена! Да и вся эта комната! Сомнения уступили твердой и будоражащей уверенности. Чудо свершилось! Сбылась мечта идиота! Ну, про идиота – это уже перебор. Явно загнул. Зачем же человека, часто читающего фантастику и мечтающего об иной разумной жизни, обзывать идиотом? Скорей наоборот: неисправимый скептик, попави на наши места, моментально бы претворился в полного придурка. А мы молодцом! Вроде бы…
В этот момент нас бережно, но непоколебимо усадили в удобные кресла. Руки и ноги остались свободными, а вот талии перетянули ремнем безопасности и защелкнули где-то сзади. И только сейчас мы обратили внимание на два других таких же кресла, стоящих напротив. В одном из них восседала уже знакомая инопланетянка. Но вот если ее красота опять сразу же привлекла наши взгляды, то сидящий во втором кресле самец производил скорей всего отталкивающее воздействие. Может, женщины и растаяли бы при виде его фарфорового, лишенного всяких эмоций личика, но нам он показался крайне неприятным. До омерзения. И наша реакция отчетливо читалась по нашим выражениям лиц. Оливайнета обратила на это внимание и усмехнулась:
– Похоже, Болволи, это первые существа,
На фарфоровом личике ничего не шелохнулось. Только чуть приоткрылись щелочки губ:
– Помню, как всего лишь месяц назад ты умоляла меня впустить к себе в каюту хоть на одну минутку…
Трудно даже пересказать, насколько противным и безжизненным казался голос этого китайского болванчика! Он так резал по ушам, что мы непроизвольно скривилась. А вот инопланетная красавица скривилась, словно от пощечины. И даже отсталым дикарям стало понятно, что ее жестоко оскорбили. И чтобы как-то смягчить возникший инцидент, я попытался перевести разговор в более нужное нам русло:
– Уважаемая Оливайнета! За этим иллюминатором действительно открытый космос?
– Да, он самый, – ответила та равнодушно.
– А видно ли отсюда нашу планету?
– Еще чего?! Даже отсталая цивилизация имеет телескопы. Зачем же нам высвечиваться? Мы намного дальше, да еще и под прикрытием других космических тел.
– Ого! Да мы еще и так далеко?! – воскликнул Вовчик и протянул ко мне руку: – Гражданин Евгений! Разрешите поздравить вас с почетным званием «Летчик-космонавт»!
– Спасибо! – я перегнулся, и наши руки встретились в крепком рукопожатии. Благо кресла стояли совсем рядом. – И вас, гражданин Владимир, торжественно поздравляю с тем же!
– А вы что, уже были в космосе? – удивилась Оливайнета.
– Теперь уже – да! – Вовчик радостно улыбнулся. – И по возвращении на Землю мы сможем с полным правом носить заслуженные звания…
– А кто вам сказал, что вы туда вернетесь? – перебила нас красавица с полнейшим равнодушием и уверенностью одновременно.
Сердце у меня от этих слов неприятно защемило. Вероятно, у Вовчика тоже, так как он стал затравленно озираться. Оптимизм наш заметно угас, хоть и раньше мы его не особенно-то и испытывали.
– А что вы собираетесь с нами делать? – спросил я, чуть ли не заикаясь.
– Да ничего страшного! – со снисходительностью садиста стал успокаивать нас ее самовлюбленный коллега. – Опробуем ваше средство и отправим в резервацию на одну из периферийных планет. Если вами заинтересуются ученые подобного толка, то, может, вы получите в свое распоряжение лабораторию для продолжения работы. В том случае, конечно, если ваш бальзам чего-то стоит. – Болволи лениво протянул руку и взял со столика одну из емкостей с Алкоимитатором, отобранных у нас при обыске. Покрутил ее в руках, посмотрел на свет и тем же премерзким голосом добавил: – Но я в последнем сомневаюсь…
– Куда это вы хотите нас отправить? – Вовчику явно не понравились высказывания инопланетянина с фарфоровой головой. – Да еще и без нашего согласия?
– Ерунда! – несравненная красавица тоже занялась изучением другой емкости, с отстраненным видом продолжая разговор с нами. – Кто вас будет спрашивать? Главное не нарушить закон невмешательства… И себя не засветить… У нас ведь запретов больше, чем разрешений… Хм, неужели оно действует?
– Но мы категорически настаиваем на нашем возвращении на Землю! – выкрикнул Вовчик. От этого двое инопланетян вздрогнули и подняли глаза на нас. – И нас совершенно не волнуют ваши правила и законы! Есть общие законы гуманизма! Высшие цивилизации должны руководствоваться ими!