Алкоимитатор
Шрифт:
– Хочу заметить, что это мы являемся создателями чудодейственного бальзама. И назвали мы его Алкоимитатор. Но хочу также обратить ваше внимание, что в цивилизованном обществе вначале знакомятся. Разрешите представить моего коллегу и товарища: Евгений. Мое имя: Владимир.
Лысоватый нахмурился, но представил себя и улыбающегося мужчину:
– Его зовут Пардус, а меня Моб!
– Очень приятно! – мы оба кивнули головами, и Вовчик продолжил: – К сожалению, не можем пожать вам руки, как принято у нас при знакомстве. Кое-кто немного ущемил нашу свободу передвижения. Поэтому, если вас не затруднит…
– Они
– Это – чуть позже! – лысоватый мужчина, представившийся Мобом, раздраженно дернул щекой в сторону лингвиста, и тот снова окаменел. – Вначале опишите способ действия вашего… хм, Алкоимитатора.
– Нет проблем! – легко согласился Вовчик. – Берете любой стакан, наливаете в него воды, мажете край стакана бальзамом и четко вызываете в своей памяти вкусовую картинку желаемого напитка. Для лучшей концентрации можете закрыть глаза. После этого пьете и получаете удовольствие от того, что вы себе вообразили. Последствия те же, что и при употреблении желаемого напитка. Даже алкогольное опьянение присутствует. Так же и с лекарствами. Полное лечебное воздействие. То же самое могу гарантировать с вашим ЖМАХом. Должно получиться без проблем. Жаль, что вам не доводилось его пробовать. Да и нам, если вы еще не догадались, тоже. А то бы сразу и испытали.
Со стороны Болволи опять послышалось какое-то сдавленное рычание. Но на этот раз уже оба мужчины взглянули на него раздраженно, и тот моментально прекратил все попытки высказаться. Оливайнета хоть и покачивалась, но стояла. Моб обратился к своему улыбающемуся товарищу:
– Пардус, ты не забыл вкус ЖМАХА?
– Я?! Да ты издеваешься! – он засмеялся радостным, жизнеутверждающим смехом. – Хоть я и моложе тебя, но уже двадцать один раз сподобился поправлять свое здоровье подобным образом.
Ага! Значит, перед нами как раз и оказались те самые столпы Вселенной, о которых вспоминала Оливайнета! И которые на глаза простым смертным никогда не появляются. Вовчик показал мне большой палец, намекая, что все складывается наилучшим образом. Вот бы и мне его уверенность!
– А когда тебе снова покупать ЖМАХ? – продолжал спрашивать лысоватый.
– Да уже через год, – впервые за время появления лицо у Пардуса погрустнело. – Как время-то летит: не успеешь пожить и опять рви жилы! Выискивай средства!
– Кому ты это рассказываешь? – Моб тоже погрустнел. – Но суть в другом. Я ведь всего как два года назад причащался. Вроде как рано мне на себе пробовать действие этого бальзама. А вот тебе в самый раз! Согласен?
– Так ведь за этим и перся в такую даль! – опять засмеялся Пардус, радостно потирая руки. Вдвоем со своим товарищем он забегал по комнате, прекрасно зная, что и где здесь находится. За пару секунд они извлекли из стен большой кувшин с водой, несколько фужеров, наполнили один из них водой и помазали край Алкоимитатором. Затем Пардус поднял вверх и посмотрел на свет содержимое: – Вода! Призрачная вода! А ЖМАХ яркого желтого цвета. Надеюсь, меня не отравят?
– Бояться нечего! – успокоил его Моб. – Сразу же реанимируем! Не впервой!
– Если хотите, продемонстрируем на себе! – предложил я. Но мужчины только снисходительно взглянули в нашу сторону. Затем Моб еще раз принюхался к содержимому емкости с бальзамом.
– Совсем
– Это потому, – с готовностью стал пояснять Вовчик, – что вы с самого начала ассоциировали свою картинку памяти с самым желанным продуктом, который вам приходилось употреблять. Меня с самого начала удивило, что вы не ощущаете никакого запаха. Каждому слышится совсем разное. А вы сразу настроились на ЖМАХ, и бальзам подстроился под ваши ассоциации. Для первого раза постарайтесь все-таки закрыть глаза. Эффект будет намного лучше.
Выслушав последний совет моего товарища, Пардус зажмурился, глубоко выдохнул и отпил изрядный глоток. Подержал воду во рту и глотнул. С минуту не было ни малейшей реакции. Но вот он вздрогнул и открыл глаза. Широко так открыл, восторженно. И выкрикнул только одно слово:
– ЖМАХ! – затем сразу вновь закрыл глаза и стал делать новые, маленькие глоточки. Его товарищ не стал выяснять еще что-либо, а просто налил и себе воды и проделал то же самое, что и Пардус. И тоже застыл, благоговейно перекатывая во рту простую воду. Несколько минут стояла полная тишина, которую решился нарушить лишь мой товарищ:
– Я ведь вам говорил: средство соответствует рекламе! Теперь мне бы хотелось обговорить некоторые детали предстоящего договора о сотрудничестве. Насколько я понимаю, вы весьма заинтересованы в поступлении нашего Алкоимитатора на ваш рынок? Мы тоже считаем такую торговлю весьма выгодным для нас предприятием. Поэтому наши предложения сводятся к следующему…
Вначале лысоватый Моб и веселящийся Пардус смотрели на нас внимательно и с пониманием. Но потом одновременно рассмеялись, не дав высказать Вовчику наши предложения. Тут же дружно вскочили, не сговариваясь, собрали со стола остальные емкости с бальзамом и рассовали их по карманам. В руки похватали все бокалы, емкость с водой и поспешно вошли в свой красный цилиндр. Перед тем, как створки захлопнулись, Моб отдал указание:
– Этих дикарей держать в хороших условиях, но в полной изоляции. В том числе и друг от друга. До следующих распоряжений!
Створки тут же закрылись, и столпы Вселенной отбыли в неизвестном направлении. Нисколько не сомневаясь, что их приказы будут выполнены неукоснительно. И полностью надеясь на свое всемогущество и вседозволенность. У меня в тоскливом предчувствии беды заныло под лопаткой, захотелось домой, за компьютер и чтоб мне в шею дышала моя несравненная Булочка. Но, увы! Никто не спешил нас соединить! Даже наоборот: еще и с Вовчиком разлучали. Несколько фигур все в тех же темных комбинезонах появились из-за наших спин и прямо на креслах укатили в разные стороны. Единственное, что успел крикнуть мой товарищ, так это просьба не волноваться и уверенное обещание, что так долго не будет.
– Они очень скоро вернутся! Вот увидишь!
Я ему верил, все-таки Вовчик не кто иной, а пуп Земли. Но грусть не уходила долго. Наверное, пару суток. Точного течения времени я не знал, но судил по тому, что несколько раз хорошо выспался и раз восемь шикарно поел. Даже спиртным, мне предоставленным, не побрезговал.
По прошествии этого длительного времени, когда я уже чуть не сходил с ума от незнания обстановки, дверь в мою каюты открылась, и появилась Оливайнета. На лице ее читалась вполне приветливая улыбка.