Аллигатор
Шрифт:
Сергей провел ладонью по лицу и улыбнулся.
— Тот, кто хочет отрастить красивую бороду, всегда сначала кажется небритым, — ответил он и присел напротив участкового инспектора.
— Ну, что у тебя, Алексей, нового? Ты Савельевых хорошо знаешь? У них домик триста шестнадцать.
Сергеев немного подумал. Перед его глазами отчетливо встала эта вечно ругающаяся пара.
— Да, знаю. Они вечно чего-то делят между собой и никак не могут поделить. Такой вредной бабы я еще не видел. И как только этот мужик живет с ней? Я давно бы закопал ее где-нибудь в посадках. А что
— Да вот вчера вечером ко мне в опорный пункт пришла ее соседка с заявлением. Жалуется на нее. Говорит, что нет от них никакого спокойствия, ну хоть дачу продавай и съезжай отсюда. Давай сходим вместе, поговорим с ними.
— Не, товарищ лейтенант. Вы сами сходите, без меня. Это же ваша работа разбираться с ними, а не моя.
— Ты что, Алексей, не понимаешь? Это работа не только моя, но и твоя. Ты за что, брат, деньги получаешь? Могу сказать — за охрану порядка в своем садовом обществе. В твои обязанности входит профилактика различных правонарушений, в том числе и краж из садовых домиков. А это значит, что ты, как и я, должен следить за общественным порядком. Если ты не хочешь этого делать, то я поставлю перед руководством отдела вопрос о замене охранника Сергеева на другого охранника, который будет следить за порядком.
Алексей пристально посмотрел на участкового и понял, что тот не шутит.
— Подождите минутку, я сейчас быстро приведу себя в порядок и пойду с вами.
Он вышел из дома, быстро умылся водой из водопровода, заскочил в сарай, где в укромном уголке он хранил бутылку водки. Налив себе полстакана, он опрокинул его в себя. Выйдя из сарая, направился к дому, около которого его ждал участковый инспектор.
Они медленно шли вдоль аллеи.
— Алексей, — обратился к нему участковый инспектор. — Я вчера вечером просматривал твои материалы. Ты знаешь, я был порядком удивлен тем, как тебя приняли на эту работу. У тебя же две судимости, первая, если мне не изменяет память, за изнасилование, а вторая — за грабеж.
— Кто из нас в молодости не ошибался, — произнес Сергеев. — Как сказал Христос, пусть бросит в нее камень, кто безгрешен, и ни один камень не полетел в Марию Магдалину.
— А ты из себя ягненка не изображай. Я тебя, Сергеев, насквозь вижу. Ты не ягненок, ты зверь в овечьей шкуре. Ты, наверное, понял, к чему я веду. Теперь ты каждую неделю будешь приезжать ко мне в опорный пункт и докладывать мне лично о том, что происходит у тебя на участке. Кто пьянствует, кто строит себе новый дом, используя при этом незаконно приобретенные строительные материалы и так далее… Если конечно хочешь остаться на своей работе, — как бы подытожил участковый инспектор.
Наконец они подошли к домику Савельевых. Участковый постучал в дверь. Из-за двери показалась голова женщины с неприбранными волосами.
— Ведьма, — успел подумать про себя Сергеев, прежде чем с ней заговорил участковый инспектор.
— Савельева? — спросил он ее, и, не дождавшись ответа от опешившей от неожиданности женщины, прошел в дом.
Следом за ним в дом вошел и Сергеев. Он выбрал место и, отодвинув в сторону грязную посуду, сел за стол. Участковый инспектор вместе с хозяйкой
— Вы знаете этого человека? — спросил он у Савельевой. — Это местный охранник, Сергеев Алексей Васильевич. С сегодняшнего дня он будет контролировать вас, и в случае нарушения вами общественного порядка сообщит мне. У меня рычагов воздействия на вас вполне достаточно. Я напишу вам на работу и попрошу ваше руководство разобраться с вами. Вы можете потерять не только тринадцатую зарплату, но и очередь на квартиру. Так что все в ваших руках, гражданка Савельева.
Они вышли из дома и направились в сторону дома Сергеева. Участковый инспектор попрощался с ним и отправился на соседний участок, разбираться по другому аналогичному заявлению.
Сергеев вернулся в дом и, не раздеваясь, лег на диван. Визит участкового напомнил ему, что он до сих пор находится под колпаком правоохранительных органов.
Он лежал на грязном бетонном полу, подложив под себя грязный матрас, и смотрел в потолок. Потолок, по всей вероятности, был побелен очень давно и сейчас на нем, словно на контурной карте, отчетливо проступали трещины, напоминающие очертания материков и островов. Отвратительно воняла параша, вызывая у него приступы тошноты.
— Сергеев, на выход, — крикнул контролер, открывая дверь камеры.
Он встал с пола и направился вслед за контролером по нескончаемому коридору, по обе стороны которого находились камеры с заключенными.
— Стоять, лицом к стене, — скомандовал контролер.
Он четко выполнил команду контролера. Тот открыл камеру и легким движением руки втолкнул в нее Алексея. В камере за столом сидел майор внутренней службы. Его редкие седые волосы были зачесаны назад, через них просвечивала лысина.
— Садись, Аллигатор.
Сергеев вздрогнул и беспрекословно сел на прикрученный к полу стул. Он внимательно посмотрел на майора.
— Что скажешь? Какая ситуация в камере? Чего смотришь на меня? Работать нужно, а не спать.
— Чаю хочу, гражданин майор. Что-то плохо себя чувствую.
— Били? — спросил Сергеева майор.
— Нет, гладили и ласкали, гражданин майор. Переведите меня в другую хату.
— В другую хату, говоришь? А кто будет работать с этими? Меня очень интересует Муравьев. Мне кажется, что он кроется, берет на себя только кражи. Опера из МВД считают, что за его плечами около десятка разбоев и грабежей. Присмотрись к нему внимательней, это еще та рыба.
— Хорошо. Я все понял, гражданин майор. Вчера между собой шептались Равилов и Шпакин. Равилов рассказывал ему о налете на магазин «Реал». Говорит, что им пришлось там замочить продавщицу. Якобы пришил ее его дружок по кличке Гусь. Получилось так, что эта продавщица узнала его. Он встречался с дочерью ее соседки, и она его не раз встречала в своем подъезде. Вот ему и пришлось ее порезать.
— Молодец, Аллигатор. Вот тебе бумага, пиши все подробно.
Он нажал кнопку на столе, дверь открылась и в дверях показалась фигура контролера.