Аллигент
Шрифт:
Нита толкает другую дверь, открывая ее плечом, и мы заходим в складское помещение.
Тусклые металлические ящики, заграждающие стены, помечены бумажными номерами, чернила которых стерлись со временем. В центре комнаты стоит лабораторный стол с компьютером и микроскопом, и молодой человек с зачесанными назад светлыми волосами.
– Тобиас, Трис, это мой друг Реджи, говорит Нита.
– Он тоже ГП.
– Приятно познакомиться, говорит Реджи с улыбкой. Он пожимает руку Трис, затем мою, у него крепкая
– Давай сначала покажем им слайды, сказала Нита.
Реджи включает экран компьютера, и делает нам знак подойти ближе.
– Он не кусается.
Трис и я обменялись взглядом, затем встали за Реджи, который сидит за столом, чтобы взглянуть на экран. Картинки в нем начинают мелькать, одна за другой. Изображения полутоновые с зернистостью, а также деформированы, они должно быть очень старые.
Мне требуется всего лишь несколько секунд, чтобы понять, что они представляют собой -
фотографии : худые, измученные дети с огромными глазами, канавы полные тел, огромные холмы горящей бумаги.
Фотографии двигаются так быстро, подобно страницам книги развевающимся на ветру, что я только ужасаюсь. Затем я отворачиваюсь в сторону, не в силах больше смотреть.
Внутри нарастает глубокая тишина. Сначала, когда я смотрю на Трис, ее лицо как водная гладь, как будто то, что она увидела, ничуть не тронуло ее. Но потом ее губы задрожали, и она сжала их, чтобы скрыть это.
– Посмотрите на это оружие, Реджи показывает фотографию мужчины в форме, который держит пистолет и прицеливается.
– Этот вид пистолета невероятно старый. Во время Войны за Чистоту использовались гораздо более продвинутые. Даже Бюро согласилось бы с этим. Должно быть, этот с очень древней войны. Которая могла вестись генетически чистыми людьми, тогда, когда генетические манипуляции еще не осуществлялись.
– Как вы скрыли войну?
– спрашиваю я.
– Люди изолированы, голодают, тихо говорит Нита.
– Они знают только то, чему их научили, видят только то, что им позволили. А кто все это контролирует? Правительство.
– Допустим.
– Трис качает головой и говорит слишком быстро и взволновано.
– Значит они врут о вашей... нашей истории. Это ведь не значит, что они враги. Это лишь значит, что они - группа неверно информированных людей, пытающихся... улучшить мир. Неверным способом.
Нита и Реджи переглянулись.
– Есть проблема - сказала она.
– Они вредят людям.
Она положила руку на стойку, наклонилась над ней, ближе к нам и снова я увидел нарастающее сражение внутри нее между молодой девушкой, ГП и работником лаборатории.
– Когда Отречение хотело раскрыть главную истину их мира раньше, чем им следовало бы, говорит она медленно, Джанин хотела помешать... и Бюро было весьма счастливо предоставить ей невероятно
Мне понадобилось немного времени, чтобы все это осело.- Это не может быть правдой, говорю я.
– Джанин говорила мне, что самый высокий процент Дивергентов - генетически чистых- из всех фракций, в Отречении. Ты только что сказала, что Бюро ценит генетически чистых достаточно, чтобы послать кого-то, чтобы спасти их, с чего вдруг им помогать Джанин, убивать их?
– Джанин ошибалась, сдержанно говорит Трис. Так говорила и Эвелин. Самая высокая доля Дивергентов была среди афракционеров, а не среди Отречения.
Я повернулся к Ните.
– Я все еще не понимаю, почему они опасаются большого количества Дивергентов, говорю я.
– Мне нужны доказательства.
– Почему вы думаете, мы пришли сюда?
– Нита включает другой фонарь, который освещает ящики, и возвышение вдоль левой стены. Мне потребовалось много времени, чтобы получить разрешение войти сюда, говорит она. Даже больше, чем чтобы приобрести знания, чтобы понять, что я увидела. Вообще то мне помогал один ГЧ.
Сочувствующий.
Ее рука нависает над одним из нижних ящиков. Из него она вынимает флакон с оранжевой жидкостью.
– Выглядит знакомо?
– спрашивает она меня.
Я пытаюсь припомнить что-нибудь об инъекции сделанной мне перед атакой моделирования, прямо перед последним туром посвящения Трис. Ее сделал Макс, вкалывая иглу мне в шею, сбоку, точно также как я делал себе уколы десятки раз. Правда, прямо перед инъекцией, на стеклянный флакон попал свет, и жидкость в нем была оранжевого цвета, точно такого же, как и та, что держит Нита.
– Цвета совпадают, говорю я. И?
Нита несет флакон к микроскопу. Реджи заменяет слайд с лотка рядом с компьютером и с помощью капельницы, ставит две капли оранжевой жидкости в ее центре, затем уплотнения жидкости в место второго слайда. Когда он помещает его в микроскоп, его пальцы были осторожны, но точны, они являются движениями человека, который выполнял те же действия сотни раз.
Реджи меняет картинки на экране компьютера несколько раз, открывая программу под названием "MicroScan".
– Эта информация является бесплатной и доступна любому, кто знает, как использовать это оборудование и имеет систему паролей, которую ГЧ сочувствующий любезно дал мне, говорит Нита.
– Итак, другими словами, это не все, трудно получить доступ, но никто не думал бы, чтобы изучить это очень внимательно. И ГП не имеют системные пароли, так что это не то, что мы знали об этом. Это складское помещение по устаревшим экспериментам - неудачи, или устаревшие события или бесполезные вещи.