Алмаз
Шрифт:
Чуть потеснила ее, занимая место перед раковиной.
– Какие планы на сегодня? – спросила Аня, перекрикивая жужжащий фен. Выключить его она, конечно, не догадалась.
– Ничего особенного, – набрала в ладони холодной воды и умылась, отчего вздрогнула и, кажется, окончательно проснулась. – Собиралась погулять в парке с Олегом.
– Опять дуришь ему голову? – в ее голосе слышалось осуждение.
– Эти платонические отношения между вами наводят на меня ужас. Как можно любить девушку и элементарно не хотеть поцеловать ее или не испытывать к ней сексуальное влечение? С ним явно что-то не так, – заключила,
– спросила совершенно серьезно.
Так и хотелось спросить: а у тебя мозги не пропадали?
– Как в твоей голове рождаются подобные мысли? – ограничилась лишь этим вопросом. – Никакой он не извращенец, – решила постоять за ни в чем неповинного друга. – Почему парень просто не может дружить с девушкой?
– Потому что это противоестественно, - доказывала она свою правоту.
– В такой так называемой «дружбе» один из участников обязательно влюблен.
А Земля плоская, да?
– Я не люблю Олега, - с уверенностью заявила.
Подруга хитро на меня покосилась:
– А про тебя никто и не говорит.
Может сколько угодно на меня так смотреть, хоть пока по-настоящему не окосеет, все равно не поверю, что у Олега есть ко мне чувства как к девушке.
– Он тоже не любит меня.
Еще немного, и наш разговор из мирного русла перетек бы в спор, но наши нервы и хорошее настроение с утра спас звонок в дверь.
Мы с Аней переглянулись.
– Ты ждешь кого-то? – поинтересовалась подруга.
– Олег должен зайти, - задумалась, - но не в такую же рань.
– Вот! – довольно воскликнула она. – Наглядное подтверждение моим словам: влюбленному не терпится увидеть объект своих желаний.
– Ну тебя! – отмахнулась от девушки и пошла открывать дверь, так как неизвестный настойчиво трезвонил.
На пороге стоял парень с огромным букетом алых роз. Модные джинсы и рубашка с закатанными по локоть рукавами странно контрастировали с неброской кепкой и черными очками. В его облике мне показалось что-то знакомое, но я гнала эту мысль вместе с образом Кости, который почему-то всплыл в сознании. Не хватало еще, чтобы в каждом встречном я видела его. Все сомнения рассеялись, как только незнакомец заговорил:
– Маргарита Кирова? – в развязной манере спросил незнакомец, переминаясь с ноги на ногу и воровато оглядываясь.
– Это я, – с осторожностью подтвердила свое имя, искренне надеясь, что он не собирается нас грабить.
– Забирайте, – громко чавкая жвачкой, протянул цветы.
Их было так много, что едва можно было обхватить букет руками, а длина стеблей была такой, что я сразу уткнулась носом в нежные бутоны, источающие сладкий аромат. Никогда еще не получала цветы. На праздники отец или старший брат могли порадовать нас с мамой подобным поступком, но еще ни разу мне не доставлял их домой курьер.
– Он на вас запал, – прервал мои размышления парень, неприятно засмеявшись, так же по-дурацки, как это делала Аня. – Красные розы – влюбленность и восхищение женщиной, которой они адресованы, – отметил тот.
– Понятно, – чуть удивленная его замечанием, кивнула. –
Он протянул бланк, и начал говорить, пока я ставила подпись в указанном галочкой месте:
– А вы знали, что для каждого количества цветов в композиции существует свое определенное значение? – Не дожидаясь моего ответа, он пустился в рассуждения: - Один цветок дарят тому, кому хотят оказать знак внимания, три – уважение, пять и семь – признания в любви. Исключение из этого правила – розы, – манера говорить курьера чуть изменилась, стала менее вызывающей. Но это длилось недолго, и вскоре он заговорил прежним чуть гнусавым голосом. – Одна роза, типа, значит «ты – единственная», три – чувак говорит, что любит вас, а сто восемь – парниша решил сделать вам предложение.
– Да вы хорошо знаете свое дело, – за такую осведомленность его стоило похвалить. – Так любите цветы?
– Люблю дарить их красивым девушкам.
Была уверена, если бы не очки, скрывающие глаза парня, он непременно бы подмигнул мне. Взглядом пробежалась по форме, но не смогла найти имя отправителя.
В повисшей тишине отчетливо слышалась песня, что включила Аня.
– «Адамас», – одобрительно покачал курьер головой. – Они клевые! Тоже слушаете?
– Вынужденно, – не хотела развивать эту тему. Меня больше интересовало, от кого эти цветы. – Кто заказал доставку?
– Там должна быть записка, – и кивнул на охапку роз в моих руках.
Среди такого обилия красных тонов сложно было не заметить белоснежную маленькую открытку.
Не по-мужски красивым каллиграфическим почерком было выведено:
«Королеве – королевские цветы.
Марго, не сомневайся, это ты.
Вдохни аромат их – насладись,
А прочитав записку, улыбнись».
И как по волшебству, мои губы растянулись в широкую улыбку. Снова нырнула носом в цветы, не переставая улыбаться, как слабоумная. Что ни говори, получать подарки приятно. Так замечталась, что не сразу заметила, что курьер так никуда и не ушел и наблюдает за мной – стало некомфортно.
– Ради такого зрелища стоило ненадолго превратиться в курьера, – прозвучал чисто и без жеманства голос парня. Я застыла, пристально разглядывая его. Вот почему что-то показалось мне знакомым. Надо же быть такой дурой, Рита!
– Да вы неплохой актер, Константин… – сделала паузу, прося подсказать его отчество.
– Львович, – чуть поклонился он, словно представляясь, и снял очки.
– Константин Львович, – повторила, – отличное представление. По истине, талантливый человек талантлив во всем.
– Вы мне льстите, Маргарита…
– Александровна, – подсказала. – Как ты узнал мой адрес? – заговорила уже серьезно.
Костя решил состроить из себя секретного агента:
– У меня свои методы, - чуть прищурив глаза, кивал.
– Что за игры?
– у меня было ощущение, что общаюсь с ребенком, а не взрослым мужчиной. Невозможно нормально разговаривать с человеком, для которого все забава.
– Зачем эти цветы? Кажется, я ясно дала понять, что между нами ничего не может быть.