Алмазная дама
Шрифт:
Мужчина разделся, вымыл руки, переоделся и зашел в комнату.
– Здравствуйте, Свифт, меня зовут Иван Васильевич, я отец Агнессы.
– Добрый вечер, Иван Васильевич! Извините, за вечернее вторжение, – Свифт пожал протянутую ему руку.
– Смотри, Свифт, нашу Агнессу не обижай.
– Не обижу, – ответил Свифт, и потянул руку за следующей плюшкой.
– Мать, давай что-нибудь посерьезней, чем эти плюшки, и Свифт с нами поест, а водочки не держим, не положено, да и пивком редко балуемся.
– Да и я не пью, работа моя точности требует, я – шлифовщик, –
– Это хорошо, что не пьешь, рабочие, хорошие рабочие никогда не пьют водку.
– Свифт, идемте ко мне в комнату, – вторглась я в разговор и встала.
Мы ушли в мою комнату, дверь за нами быстро закрылась.
– Мать, а парень-то хорош! – воскликнул Иван Васильевич и сел за стол.
– Твоя, правда, отец, и мне понравился этот парень, и у Агнессы глаза сияют. Я чувствую, с этим Свифтом у нее надолго роман затянется.
В моей комнате обои и шторы были в белых и розоватых тонах, здесь всегда было чисто, опрятно, спокойно. Свифт сел в кресло, положил руки на деревянные подлокотники. Рядом с ним стоял овальный журнальный столик, выполненный из полированного дерева. На столике лежала вышитая салфетка, на ней стояла хрустальная цветочная ваза.
– Знаешь, Агнесса, тебе не хватает бриллиантов в ушах, – заметил неожиданно для меня молодой человек.
– Свифт, вы шутите? Зачем мне бриллианты, мне и турмалина достаточно! Я эти сережки совсем недавно купила в кирпичной башне, она стоит рядом с соснами и елями, в ней находится магазин 'Серебряное копытце'. Я зашла в магазин, чтобы купить себе серебряные, как снежинки сережки, или золотые, похожие на листья клена.
Свет дневных ламп освещал маленькие блестящие камни на кольцах и сережках. Я стояла у витрины с золотыми украшениями, и меня неудержимо притянули к себе прозрачные сверкающие камни, в золотом оформление. Я попросила продавца показать сережки с бриллиантами. Хрустальные грани сверкали на моей ладони так близко и призрачно, что я невольно приложила их к мочке уха. Я посмотрела в зеркало, алмазные грани, переливаясь в лучах света ламп, вызвали у меня странное чувство, о том, что я знаю, как можно найти в этом мире бриллианты.
– Агнесса, так тебе нравятся бриллианты?! Так это же замечательно! Мне они тоже нравятся! – обрадовано прервал мою речь Свифт.
– Свифт, у меня никогда не было бриллиантов, но когда я о них читала в книгах или смотрела фильмы с погоней, в поисках сверкающих камней, мне всегда казалось, что я все знаю о событиях раньше любого героя. Я люблю читать детективы с алмазной начинкой, другие камни меня в книгах не привлекают. В магазине я на секунду задумалась с бриллиантами в руках, и тут же вернула сережки продавцу.
Денег у меня хватило на сережки – гвоздики с вишневым камнем, турмалином. Вот и все.
– А я люблю блеск хрусталя и бриллиантов; люблю, когда стекла сверкают, – мечтательно проговорил Свифт.
– Я включу музыку, у меня есть новый диск с песнями, я уже почти все песни с него знаю.
– Ты поешь песни под диски? Интересно, я никогда не подпевал певцам.
– А почему нет? Мне еще нравится Диксиленд.
– Посмотрю, с тобой я и репродукции картин могу посмотреть.
И мы стали переворачивать большую книгу с репродукциями картин, на которых были изображены дворцы, квартиры, интерьеры.
– Агнесса, вам подойдут только бриллианты в сережках, – сказал Свифт, он смотрел на красочные дворцы и на сережки в ушах Агнессы, камень турмалин размером в вишневую косточку, мерцал при вечернем освещении с вишневым оттенком.
– Свифт, живите спокойно, турмалин безопаснее, но бриллианты – это здорово!
– Вот, ты уже понимаешь меня, я подарю, тебе Агнесса – бриллиантовый комплект.
– Скажите тоже, – отозвалась я, закрыв книгу с репродукциями прошлого.
Так мы и говорили, путая, и 'ты', и 'Вы', и нам было хорошо.
– Мне пора уходить, ехать домой далеко. Я был в вашем районе у друга, – поднялся с кресла молодой человек.
– Я провожу до двери, – вздохнув, сказала я.
Я невольно стала отдаляться от подруги, и все больше времени проводила со Свифтом. Стоило ей позвонить мне, как я отвечала:
– Таня, Свифт пригласил меня на выставку картин, мы вместе с ним обошли Третьяковскую картинную галерею. Мы не поленились и посетили алмазный фонд страны, мы с ним вместе ходили в театр оперетты и слушали Татьяну Ш. Мы ходили в старый драматический театр, который находится за Большим театром, даже на концерт ансамбля 'Березка' попали в Кремлевский дворец съездов. Татьяна, ты не обижайся, но мне, правда, некогда! Лучше приходи на нашу свадьбу!
Глава 2
У Свифта оказалось хобби, он любил ходить по лесам. В выходные дни молодой муж вставал рано, и уезжал на электричке в лес с рюкзаком. Дачу и огород он никогда не имел, и он не мог быть землекопом по своей натуре. Не мог он копать грядки и сажать кустарники и картошку с луком. Не было в нем крестьянской жилки. Мои родители люди практичные: у них есть и сад, и огород, и в доме все добротно и красиво, или мне так казалось…
Я вздыхала и ждала мужа из леса. Он приходил домой, слегка пропахший костром и сквозь верхний мусор в корзине доставал плоды леса. Он приносил малину, с дурманным запахом, приносил грибы, бруснику. В средней полосе Руси растут ягоды для производства средних благородных напитков. Благородство вин, как и благородство людей от многих факторов зависит. Человек среднего благородства, любитель лесных походов в места, где растет клюква, не мог найти благородный виноград. Из клюквы можно было сделать настойку, но вино… А клюква и без сахара не портится. Свифт находил в лесу бруснику, ее водой зальешь, и зиму простоит. И однажды набрел Свифт на поляну голубики. Принес домой рюкзак и корзину ягод. Шел за грибами, нашел голубику, с кем не бывает. Варенье из голубики, я варить отказалась, сказала, что сахара на такое количество ягод у меня нет.