Алмазное лето
Шрифт:
– Вы знаете, мы хотели пригласить артистов из Москвы, народный хор из Архангельска, но губернатор запретил. Мол, не те времена на дворе… – извинялся Морозов перед высоким гостем.
– Действительно, те времена миновали. Хотя, помню, как-то сам Филипп Киркоров, с перьями на голове, голосил в тайге. Было незабываемо! – рассмеялся чиновник и слегка отхлебнул шампанского.
Дождь вскоре затих так же незаметно, как и начался. Низкое небо чуть прояснилось, но продолжало давить на окружающий лес. Вертолёты унесли высокого
Алёна и Александр тем временем болтали в общей гостиной дома для гостей, спрятавшись от изморози и хозяйских глаз. И вдруг дверь распахнулась и на пороге объявился молодой человек с ярким лимонным чемоданом на колёсиках, увешанный, как новогодняя ёлка игрушками, фотоаппаратом, сумкой для ноутбука, рюкзаком.
– Алёночка, привет! Вот так ты меня встречаешь. На диване с молодым человеком! Стоит задержаться на несколько дней, как чувствуешь себя северным оленем!
Девушка теннисным мячиком подскочила с мягкого кресла и бросилась навстречу юноше. Но возле него вдруг притормозила, словно в последнюю секунду упомнила что-то важное, и даже предусмотрительно выставила руки вперёд, не давая себя обнять:
– Привет, Женёк. А не много ли ты на себя берёшь? С каких это пор я твоя девушка, а ты мой олень?
– Что, пошутить нельзя? Иди хоть обнимемся!
– Ты знаешь, я не люблю телячьих нежностей.
Бледные щёки парня вспыхнули румянцем, он тряхнул копной рыжих волос:
– А, Белкина, вечно у тебя одно и то же, хотя вроде взрослеешь.
– Как ты добрался?
– Отлично, по дороге взял у заместителя губера интервью, а после по-бырому договорился, куда распихать материал о новом алмазном месторождении. В общем, жизнь удалась, все будут довольны. Как ты? Хотя я и так всё вижу.
– У меня тоже всё нормуль. На переговорах обошлись практически без моей помощи.
– Зная тебя, Белкина, скажу как, старина Станиславский: не верю! Давай-ка выкладывай правду.
– Ты верно сечёшь, походу, у меня в жизни, без проблем не бывает. Во-первых, когда я летела в Архангельск, в самолёте меня и соседку-блондинку напоили обычной водой, и после выяснилось, что девушка отравлена.
– И это всё? Мало, Белкина, мало. Что ещё стряслось, колись?
– Постой, не гони. Во-вторых, у Морозова в доме прошлой ночью пропал чёрный алмаз, безумно дорогой.
– Вот – то, что надо. Чувствую, ты опять в деле и меня затянешь в преисподнюю?
– Нет и ещё раз нет. Я хочу поскорее уехать домой. Мы скоро полетим отдыхать на море с мамой, братиком и отчимом.
– А как там твой отец?
– Всё там же, в Сирии. Я очень переживаю за него.
– А зачем он туда направился, его же с Севера переводили ближе к дому?
– После той прошлогодней истории он всё-таки решился уйти на пенсию.
И пообещал,
– Твой отец из не таких переделок выбирался. Не скули, всё будет хорошо.
– Будем надеяться. А вот, кстати, познакомься с Александром Васильевичем. Он, между прочим, филолог, кандидат наук, живёт недалеко, по здешним меркам, – в Мезени.
Женя наконец-то повернулся к Великому, который продолжал сидеть на диване с чашкой кофе в руках, и представился:
– Евгений Хронов, свободный журналист, фрилансер.
– Очень рад неожиданно встретить коллегу.
– Взаимно. А вы тут тоже освещаете местную сделку века?
– Нет, я далёк от журналистики, хотя имел определённый опыт в данной сфере. Здесь я, даже не знаю, как сказать… – Филолог задумался, по всей видимости, внутри него шла упорная борьба за верные термины. – Вот, изучаю представителя якобы древнеславянского язычества.
– Вы что, обнаружили тут затонувший град Китеж или языческое капище посреди диких дубрав. Поведайте сию тайну? Я тоже интересовался в своё время этой темкой, да только, к счастью, быстро понял, куда всё это ведёт.
– Тут Василий Прокопьевич после охоты столкнулся нос к носу с волхвом… – Алёна осеклась и стала с интересом наблюдать за реакцией прибывшего гостя.
Женя, вновь вспыхнул пунцовым цветом – ведь у рыжих такая тонкая кожа, им бывает трудно совладать с собой.
– Волхв? Я не ослышался?
– Да, Женечка, именно с волхвом.
– Так они, если мне не изменяет память, сгинули ещё в одиннадцатом веке, а последние из них упоминались аж в четырнадцатом. Странно, а где он шлялся семь веков?
Великий улыбнулся:
– Вот и мы с Алёной думаем, что в этом явлении волхва народу много, так сказать, странного.
– А зачем он вышел к людям из своего убежища? Семьсот лет не хотели с нами общаться, а тут надумали?
– Явился в мир, чтобы поведать нам тайные знания славян и обрести последователей, – как мог, разъяснил Великий.
– Необычно. Особенно то, что он явился искать себе учеников не среди простого народа, как Христос например. Надеюсь, он не утверждает, что со времён Ярослава Мудрого таился в здешней тайге? Он случаем не бессмертный?
Великий замялся, а после добродушно улыбнулся:
– Конечно нет. Он говорит, что тайные знания кудесников передавались от волхва к волхву, поколение за поколением, так они сохранились в первозданном виде до двадцать первого века. Вот такая капсула времени!
– Просто фантастика! Предположим, наши космонавты летали не туда, но а что это за знания? О них ведь можно написать. Я бы сделал материал для всех центральных СМИ! Может, даже книгу написал бы. А может, мы вместе с вами, Александр Васильевич? А то я что-то чересчур разъякался. Вы фактически открываете феномен для всего человечества.