Алмазы Эсмальди
Шрифт:
– Дэвид… это Элик, – начал Джексон. – Извини, что беспокою тебя, но Мона услышала про ограбление у Льюисов. Она хочет, чтобы ты съездил к нам и посмотрел, целы ли ее дурацкие драгоценности. Ты не против?
Наступила долгая пауза, потом Хэкет сказал:
– Нет, конечно, нет. Сейчас съезжу. Я надеюсь, что они на месте.
Джексон насторожился.
– Как это понимать?
– Завтра ты все равно узнаешь из газет, так что я скажу тебе сразу. Открыли еще один сейф. Бог знает, как это им удалось. Миссис Ловенстейн потеряла все.
– Господи, если я
– Я позвоню при первой возможности.
Джексон заказал двойной виски с содовой, сел и стал ждать. Через полтора часа позвонил Хэкет.
– Мне очень жаль, Элик, – сказал он сдавленным голосом, – но вас обокрали… в сейфе пусто.
Джонни вышел на террасу в брюках и свитере с длинными рукавами, скрывавшими царапины на руках. Взъерошенный и небритый, он выглядел ужасно и чувствовал себя не лучше. При виде его Марта съежилась.
– Не подходи ко мне, убийца! – завизжала она.
– Ох, заткнись! – огрызнулся Джонни. Его взгляд выражал тревогу, на щеке дергался нерв. – Я никого не убивал! Вбей это в свою тупую башку! Ты слышишь? Я тут ни при чем!
– Врешь! – крикнула Марта. – Ты полез за ожерельем, обжулить нас хотел! Она застукала тебя возле сейфа, и ты ее убил, зверь проклятый, сукин сын!
– Марта, прошу тебя! – резко вмешался Генри. – Дай мне поговорить с Джонни!
– Еще говорить с ним! Он нас погубил! Убийца! Не видеть бы мне его никогда! – Марта закрыла лицо толстыми руками и начала стонать.
Джонни подошел к сидевшему Генри и остановился перед ним.
– Я тут ни при чем, – повторил он дрогнувшим голосом. – Я всю ночь провел с женщиной. Спроси у Джильды, она знает. Подклеилась одна ко мне в ресторане… Мы с Джильдой поцапались. Она ушла, а та женщина увезла меня к себе.
Генри посмотрел на бледную Джильду, стоявшую за спиной Джонни. Та кивнула.
– Что за женщина? – спросил Генри.
– Одна богатая нимфоманка. Ее зовут Элен Бут. Муж уехал в Нью-Йорк, и она искала себе компанию. Бешеная какая-то… ударила меня, исцарапала. Поэтому я был в крови.
– Врет он! – закричала Марта. – Я не верю ему.
Промакивая лицо шелковым платком, Генри испытующе посмотрел на Джонни.
– И ты намерен преподнести полиции эту историю, если они тебя схватят?
– Почему же нет? Это правда!
– По-твоему, богатая замужняя женщина согласится это подтвердить? Ты думаешь, она признается, что спала с тобой?
Джонни сел, как будто у него подкосились ноги.
– Это правда, клянусь!
– Я верю тебе. – Джильда подошла и положила руку ему на плечо. – Честное слово, верю.
– С тебя станется! Втрескалась, вот и веришь, дуреха! – бесновалась Марта. – Я предупреждала: от него добра не жди! Он зверь! А теперь нам крышка. И все из-за него!
– Если ты не заткнешь свою жирную глотку, я тебе сам ее заткну! – заорал разъяренный Джонни.
– Да!
– Хватит! – воскликнул Генри. – Теперь послушайте меня. Мы влипли в чертовски скверную историю. Я верю Джонни, думаю, он не убивал ее, но это нам не поможет. Остается одно: поскорее убраться отсюда! Деньги у нас есть. Поделим их и сейчас же разъедемся.
Взглянув на белое испуганное лицо старика, Джонни покачал головой.
– Нет, это не годится, – сказал он твердо. – Вилла за нами до конца месяца, деньги уплачены вперед. Если мы сейчас сорвемся, нас моментально заподозрят. Так не годится. Нужно поработать головой. Я не убивал ту женщину, но кто-то ведь убил ее. Кто-то, знавший секрет сейфа. Нам надо найти убийцу. – Помолчав, он продолжал: – Если меня сцапают, убийство пришьют мне, но и вы погорите вместе со мной. Все мы одной веревочкой повязаны, нравится вам это или нет. Короче, мы остаемся. – Видя, что Марта готова возразить, он поднял руку. – Тихо! Мы должны помнить одно: даже если нас заподозрят, доказать они ничего не смогут. Без улик нас не арестуют, а мы, сами знаете, никаких следов не оставляли. Главное – не паниковать. Побежим, так за нами сразу кинутся. А останемся здесь еще на две недели, будем вести себя как положено отдыхающим – и у нас девяносто девять шансов из ста, что мы выйдем сухими из воды. Только надо обязательно убрать отсюда деньги. Если копы обыщут дом и найдут такие деньги, нам крышка!
– Я сматываюсь! – взорвалась Марта. – Заберу деньги и уеду!
– Нет, не уедешь! – гаркнул Джонни. – Ты положишь деньги в банк и останешься на месте.
– Да, Марта, – сказал Генри. – Если мы сейчас ударимся в бега, нам действительно не сдобровать. Теперь мне и самому ясно. Спасет нас только блеф. Джонни прав.
Марта заплакала.
– Этот сукин сын испортил мне мой лучший завтрак, – хныкала она.
Джонни с раздражением отвернулся от нее.
– Как только откроется банк, я отвезу деньги.
– К моей доле ты не притронешься! – завизжала Марта. – Уж не воображаешь ли ты…
– Заткнись! – Джонни привскочил, но сдержался и повернулся к Генри. – Знаешь, что я думаю? По-моему, это сделал муж. Сам посуди, ведь он выигрывает больше всех… теперь он получил все ее миллионы. А кто другой сумел бы открыть сейф?
– Нам от этого не легче, – возразил Генри.
– Не скажи. Я устрою за ним слежку. На это стоит потратиться. Посажу ему на хвост команду наемных шпиков. Самим нам не справиться, тут нужны профессионалы.
– Слушайте! – резко прервала их Джильда.
Все услышали звук приближающейся машины, идущей на большой скорости. У Джонни вытянулось лицо.
Он вскочил.
– Нас не могли так быстро засечь!
Он подбежал к краю террасы и посмотрел на дорогу, ведущую к вилле. У него екнуло сердце. В ворота влетела большая черная машина и с визгом остановилась перед дверью, скрытая от него краем парапета. Он обернулся к остальным, побледнев под загаром.
– Кажется, копы. Если они найдут деньги…