Алмазы Эсмальди
Шрифт:
– Ты здорово плаваешь! – сказала она.
– Да и ты не так уж плохо, – он улыбнулся. – Давай обратно наперегонки.
Она кивнула.
Марта, сидевшая на террасе с коробкой конфет, в которую она то и дело запускала руку, смотрела, как они несутся к берегу.
– Выставляется, – заметила она, видя, что Джильда обгоняет Джонни.
Генри наблюдал за молодежью с критическим интересом.
– Женщины выставляются перед мужчинами… мужчины – перед женщинами… природа.
Джонни вырвался вперед на последних двадцати ярдах, но едва-едва. Их разделяли какие-то дюймы,
– Женщины! – Генри покачал головой. – Удивительные создания. Она могла бы его обставить ярдов на десять. Ты заметила, что она нарочно отстала, чтобы дать ему выиграть?
Марта пренебрежительно фыркнула:
– Ну, если это ему нужно для полного счастья…
– Конечно нужно, – Генри закинул свои длинные ноги одну на другую. – Ни одному мужчине не понравится, если его победит женщина.
2
Алан Фрисби отложил папку, которую перед этим перелистывал, и вопросительно взглянул на секретаршу.
– Пришли полковник и миссис Шелли, – сообщила она. – Им назначено.
– Да, конечно… пригласите их, – Фрисби отодвинул папку и откинулся на спинку своего директорского кресла.
Это был высокий, худой мужчина, который уже сам забыл, с каких пор занимается страховым бизнесом. Теперь, в 55 лет, он руководил первоклассным делом и надеялся, что вскоре его сын, заканчивающий университет, возьмет на себя часть обременительной работы.
Его несколько ошеломил вид Марты. До сих пор его кабинет казался ему просторным, но с появлением ее огромной туши комната словно уменьшилась в размерах. Высокий, похожий на аиста старик был, очевидно, ее мужем, полковником Шелли. Фрисби встал, обменялся с ним рукопожатием и пододвинул кресла. Марта села, но Генри отошел к окну, теребя усы, и у Фрисби возникло впечатление, что он чем-то раздражен. Заметив, что он смотрит на Генри, Марта наклонилась вперед и похлопала его по руке своей горячей жирной ладонью.
– Не обращайте внимания на полковника, мистер Фрисби, – сказала она. – Вы не представляете, каких трудов мне стоило привести его сюда… он просто не верит в страхование.
– Никогда не верил… и не поверю, – проворчал Генри, расхаживая по кабинету. – Напрасная трата денег. Потерял что-нибудь, сам виноват, черт побери. Не надо терять, вот и все!
Фрисби не раз приходилось иметь дело со всякими чудаками. Одарив полковника профессиональной, понимающей улыбкой, на которую тот лишь ответил надменным взглядом, он вновь повернулся к Марте.
– Я к вам, собственно, по совсем обычному делу, мистер Фрисби, – сказала Марта. – Милый полковник недавно купил мне подарок к годовщине нашей свадьбы, и я хочу его застраховать.
– Дурацкая затея, – проворчал Генри за спиной Фрисби. – Если ты его потеряешь – так тебе и надо!
– Не слушайте его, – сказала Марта, улыбаясь. – У полковника свои взгляды, у меня – свои. Я думаю, подарок надо застраховать. – Несколько театральным жестом она положила на стол Фрисби футляр. – В конце концов, он заплатил за него восемнадцать тысяч долларов… всякое ведь бывает… его могут украсть.
Когда Фрисби взял
– Чудесная вещь, – сказал Фрисби, любуясь браслетом. – Вам бы следовало его застраховать. Я могу это устроить.
– Обычно я имею дело с Лос-Анджелесскими или Калифорнийскими компаниями, – сказала Марта. – Все остальные мои драгоценности застрахованы у них.
– Отлично, миссис Шелли, я с ними в контакте. Полагаю, вас устроит полис сроком на год?
Марта кивнула.
– Да, это подойдет.
Фрисби сверился с тарифным справочником.
– Тридцать долларов, миссис Шелли… это обеспечит вам полное страховое покрытие.
– Сразу и рассчитываемся. Генри, у тебя есть тридцать долларов?
– Есть, – ворчливо отозвался Генри. – Выброшенные деньги.
Тем не менее он вытащил из заднего кармана толстую пачку, отсчитал три десятка и бросил их на стол.
– Где вы остановились, миссис Шелли? – спросил Фрисби, выписав расписку.
– В «Бельвью» на Лэндсдаун-авеню.
Это явно произвело на него впечатление.
– Вилла Джека Карсона?
– Совершенно верно. Я сняла ее на три месяца.
– Вы не помните номер вашего полиса?
– Нет, но вы можете узнать у них. Он на имя полковника Генри Шелли, 1247 Хилл Кресент Лос-Анджелес.
Фрисби сделал пометку, потом, видя, что Генри разглядывает фотокопировальную машину, стоящую у окна на подставке, спросил:
– Вас интересуют эти машины, полковник?
Генри обернулся.
– Я не разбираюсь в них. Рад, что оставил дела. Слишком стар, ни к черту уже не гожусь.
– Будет тебе, – сказала Марта, пряча футляр в сумочку. – Не такой уж ты старик.
Она тяжело поднялась на ноги.
Когда они ушли, Фрисби позвонил в страховую компанию. Он всегда проверял незнакомых людей, о чем прекрасно знала Марта. Ему сказали, что полковник Шелли с недавних пор состоит их клиентом. Драгоценности его жены застрахованы на 150 тысяч долларов. И страховой компании, и самому Фрисби осталось неизвестным, что драгоценности были одолжены Эйбом специально для этого случая. Неизвестным осталось и то, что 1247 Хилл Кресент – всего лишь деловой адрес, принадлежащий Эйбу, которым пользовалось немалое количество воров, нуждавшихся в респектабельной фирме.
Марта неуклюже влезла в машину, стоявшую перед подъездом. Генри последовал за ней. Джонни тронул машину с места.
– Ну?
– Как будто все просто, – доложил Генри. – Сигнализации нет. Двери легко открыть. Единственный хитрый замок – на картотечном шкафу, но я снял отпечаток, может, это даст тебе какую-нибудь зацепку.
– А как насчет смотрителя?
– Судя по всему, этот пентюх не любит себя утруждать.
Джонни хмыкнул.
– Может быть, нам придется задержаться там на пару часов. Лучше всего начать в восемь. В темноте нельзя работать.