Алмазы Эсмальди

Чейз Джеймс Хедли

Джонни остановился, потом с усмешкой оглянулся. Подойдя к своему креслу, он опять сел.

– Чего там? Кажется, мы оба погорячились, – достав сигарету, он закурил, потом продолжал. – Слушайте дальше. Я объясню, как устроены рэйсоновские сейфы. Возьмем для примера человека, у которого полно денег, драгоценностей, акций… – он посмотрел на Марту. – Успокоилась? Слушаешь меня?

– Слушаю, – ответила Марта, с трудом сдерживаясь. – Давай дальше!

– Так вот, ему надо где-то хранить свои ценности. Он идет со своей проблемой к Рэйсону. Для них это не проблема. Все это они уже слышали раньше. Вам нужен надежный сейф, сэр, у нас такой имеется. Для него придется сделать дырку в стене, но фирма все сделает сама… работаем быстро и аккуратно,

а рэйсоновский сейф – это простой в обращении, гарантированный от взлома ящик со скользящей дверцей, которую контролирует электронное устройство. Эта штучка открывает и закрывает дверцу при нажатии кнопки. Всего таких кнопок две. Каждая замаскирована где-нибудь в комнате или даже в другом помещении, смотря по желанию клиента. Только владелец сейфа, Рэйсон и мастер, который устанавливал сейф, знают, где спрятаны кнопки. Мастер работает у них много лет и получает большие деньги. К нему не подступишься. Такой уж он человек. Величина кнопок примерно с булавочную головку, и спрятать их можно где угодно. Вы спросите, зачем две? Первая отключает сигнализацию. Каждый сейф связан прямым проводом с местным полицейским управлением. Вторая отключает сейф. То есть, чтобы открыть его, вы сначала прикасаетесь к первой кнопке, включаете сигнал, потом прикасаетесь ко второй кнопке, и дверца сейфа сдвигается в сторону. Вы берете, что вам нужно, опять нажимаете на кнопку, и сейф закрывается, а сигнализация включается. Проще простого…

Наклонясь вперед, Марта и Генри ловили каждое слово. Затянувшись сигаретой, Джонни продолжал.

– Если не знаешь, где спрятаны кнопки, и попробуешь взломать сейф, внутри сработает особый луч, который реагирует на всякую попытку взлома. Он пошлет сигнал в полицию, и ты не успеешь даже поцарапать дверцу, как дюжина копов засопят тебе в затылок. Словом, этот сейф, наверное, лучший в мире по надежности.

Марта обмякла в кресле, уже жалея, что так плотно позавтракала.

– Что ж, чудесно! – сказала она с горечью. – Выходит, все к черту – столько трудов, расходов, одна трата времени…

Джонни покачал головой.

– Нет. Дело выполнимое. Я скорее возьмусь открыть сейф Рэйсона, чем какой-нибудь другой. Не забудьте, что если знаешь, где спрятаны кнопки, сейф открывается сам. Его можно открыть, забрать камешки и смыться – и все минуты за три. Загвоздка, конечно, в том, чтобы узнать, где спрятаны кнопки.

Марта приободрилась.

– Ну-ну, дальше…

– Сплошь и рядом сейфы покупают богатые, ленивые дураки, поэтому во всех местных отделениях держат планы размещения каждого установленного ими сейфа с указаниями, где скрыты выключатели. Это ввели после того, как одна богатая старуха забыла, где спрятаны кнопки, и мастер тоже не мог вспомнить. Шуму было! Я хорошо помню. Она хотела взять драгоценности… пригласила в гости каких-то важных шишек, а побрякушки свои достать не может. Так она подала на Рэйсона в суд – и выиграла. – Джонни ухмыльнулся. – Ну, и с тех пор Рэйсоны хранят монтажные планы всех сейфов. В каждом отделении – свои. Наш следующий ход будет такой: мы раздобудем эти планы так же, как добыли списки у Фрисби. Вот и давайте подумаем, как это сделать.

Во второй половине того же дня Марта и Генри посетили отделение «Рэйсон сейф Корпорейшн» в Парадиз-Сити. Марта заявила, что собирается строить дом в этом районе и ей понадобится сейф. Пока Дэвид Хэкет, директор отделения, объяснял систему их работы, Генри в своей роли циника (чушь собачья… положи их в банк…) бродил по кабинету, украдкой осматривая замки, картотечные шкафы и ища провода, которые указывали бы на существование сигнализации. Кроме того, он удостоверился, что в конторе имеется копировальная машина, и запомнил ее марку. Когда Марта решила, что Генри успел высмотреть все необходимое, она сказала, что еще подумает и зайдет снова.

На виллу Генри вернулся мрачный.

– Крепкий орешек, – сказал он Джонни. – Там установлена сигнализация. Замки четырех шкафов закрыты металлическими крышками. Я не

смог снять слепки. Тут можно обломать зубы.

Джонни рассмеялся.

– И это все, что ты заметил? Теперь послушай, чем там еще угощают. После окончания работы в офисе включается электронный луч, который дает сигнал в полицию, если его пересечешь. Каждая дверь, которую ты откроешь, пошлет сигнал туда же. При попытке вскрыть сейф или картотеку срабатывает еще один сигнал. У Рэйсонов полно всяких трюков. Я знаю, работал у них. Но все это ерунда и вот почему. Рэйсоны не доверяют городской электросети. У них своя силовая установка. Достаточно выключить мотор, чтобы вырвать у них зубы. Им так нравится эта система, что ее завели во всех отделениях. Если об этом не знаешь, тебе крышка, но я-то знаю и сумею добраться до их картотеки.

– В самом деле, Джонни? – спросила Марта, сияя.

– Я знаю их порядки, как мало кто другой знает. Я все достану.

Марта отрезала себе большой кусок шоколадного торта, испеченного Фло накануне.

– А я уже начала беспокоиться, – призналась она, – Генри-то совсем было приуныл.

– Можешь беспокоиться и дальше, – бесстрастно сказал Джонни. Он достал пачку сигарет и закурил.

Марта уставилась на него с набитым ртом. Встретив его холодный взгляд, она сразу встревожилась. Она поспешно проглотила кусок и спросила:

– Как тебя понимать?

Последовала долгая пауза. Генри задумчиво смотрел на Джонни. Джильда, загоравшая в белом бикини, приподняла голову. Джонни заговорил:

– Без меня ваше дело сорвется. Если вы думаете, что я пудрю вам мозги, так и скажите. Тогда я с вами распрощаюсь, и знаете, что у вас получится? Ровно ничего!

Марта отложила недоеденный кусок торта. Ей стало ясно, куда он клонит.

– Дальше, – сказала она резким голосом, – договаривай!

– Ты сосчитала, что на мою долю придется 125 тысяч. – Джонни пустил дым из ноздрей. – Весь куш, если тебе верить, составит 600 тысяч. Так вот, слушай. Без меня вам и не понюхать этих денег, не то что заполучить. Так что… – он умолк, взглянул на Марту и Генри. – Моя доля – 200 тысяч, а остальные делите как хотите. Не нравится – не надо.

– Слушай ты, сукин сын! Если ты вообразил… – начала Марта, позеленев от злости, однако Генри остановил ее:

– Марта! Я сам!

Марта осеклась на полуслове и уставилась на Генри, который смотрел на нее со своим обычным невозмутимым спокойствием, полуприкрыв глаза набрякшими веками и не выпуская из своих пальцев дымящуюся сигару.

– Если этот гад… – опять начала Марта, но Генри вновь остановил ее жестом руки.

– Джонни прав, Марта, – сказал он. – Без него мы не справимся. Он – мастер. – Благожелательно улыбаясь, он повернулся к Джонни: – Послушай, Джонни, разве нельзя договориться полюбовно? Не сойтись ли нам на 150 тысячах, а? Что скажешь? В конце концов, идея принадлежит Марте. И операцию организовала она. Ну, так как… 150 тысяч?

Джонни встал.

– Обсудите это между собой. Двести тысяч, иначе работайте сами. А я пойду купаться.

– Я тоже, – Джильда соскочила с лежака.

Не обращая на нее внимания, Джонни стал спускаться по ступенькам, ведущим на пляж. Джильда последовала за ним.

– Вот гад! – с яростью вырвалось у Марты.

– Ну-ну, Марта, – спокойно пожурил ее Генри. – Этим ничего не добьешься. Хорошо, пускай он требует двести тысяч. Это еще не значит, что он их получит. Мы же не подписываем контракт. В суд он не подаст, верно?

Марта напряженно смотрела на Генри, и бешенство в ее глазах угасало.

– Думаешь, ты с ним справишься, Генри?

– Во всяком случае, попытаюсь. В свое время я ставил на место немало прытких мальчиков. Дело в том, что без него нам действительно не обойтись.

– Как только я его увидела, сразу поняла, что у нас с ним будут неприятности, – от злости Марта не могла доесть свой торт.

Генри наблюдал за Джонни и Джильдой, плывущими рядом.

– И еще, Марта, Джильда влюбилась в него, – сказал он печально.