Альтер
Шрифт:
– Отдай мне управление, ублюдок! Открой дверь!
– орал охранник, колотя ногами и руками дверь.
Кеша в ответ протяжно зевнул. Настоящий охранник КПП яростно колотил ногами дверь, пытаясь выгнать пришельца, но Кешу это нисколько не волновало.
– Кеша! Но он..., но он же покинул группу после того, как был раскрыт! Неразумно с его стороны оставаться в группе, в то время как я отправил на его поиски целый отряд лучших борцов! Хотя...
Радист засмеялся.
– Они все рассредоточены за периметром группы занятые поиском Иванова! В это же время как сам Иванов вальяжно разгуливает прямо
Радист забыл о существовании Луи. Тот стоял на месте, контролируемый камерой 210. В данный момент испанец забеспокоился. Взяв мобильный телефон, тот набрал номер. В эту же секунду в кармане Иванова раздался трезвон. Прочитав сообщение, Иванов вздрогнул. Подбежав к двери, тот быстро разблокировал дверь, отпихнул охранника и бросился бежать. Камера 210 тоже пустовала. Испанец исчез.
Послышался звук поднимающегося лифта. Вентьевский бросился к окну и внимательно осмотрел всю группу. У входа в башню толпились солдаты, блокируя выход. В эту же секунду в дверь заколотили. Радист поспешно включил камеру и заметил Альберта в кампании всех отрядов группы Тасмания. Большинство солдат остались на улице.
– Открой дверь, Вентьевский! Немедленно! Или мы взорвем дверь!
Радист заметался по башне.
– Они не возьмут меня живым!
– Открой дверь, немедленно! Вы арестованы, Вентьевский! Не глупите. Вы в западне.
Радист поспешно влез на подоконник, словно хотел спрыгнуть. Камера 1005, показала изображение Луи. Тот быстро пробежал мимо, остановился на месте как вкопанный и уставился в сторону камеры. Казалось, тот сквозь объектив камеры следил за действиями Радиста. Осмотрев камеру тревожным взглядом, тот бросился бежать, позвонив кому-то на бегу.
– Не глупите, Вентьевский! Не вздумайте прыгать!
Радист обернулся. Как они могли узнать? Башня FSI не имела камер, а ночь растворила его черные одеяния.
Все было проще, чем думал Вентьевский. Кеша вновь с боем завоевал свой трон у КПП Тасмании. Прямо над головой Радиста висела камера, установленная Луи. О результатах наблюдений, Кеша сразу сообщал Луи. Луи же в свою очередь предупреждал Альберта.
"Чертова стерва! Я до тебя доберусь! Я заставлю тебя страдать!"
Радист запрокинул голову наверх. Заметив выступ, тот поднял руку и уцепился рукой за выступ. Без особых физических усилий подтянув свое тело наверх, Вентьевский оказался на крыше башни. В эту же секунду раздался оглушительный взрыв, пошатнувший всю башню. Радист негромко вскрикнул и полетел вниз, но его единственная, тренированная рука сумела ухватиться за выступ. Подтянувшись наверх, тот перевел дух. Несколько человек вломилось в башню и в недоумении уставились в пустоту.
– Где он? Неужели прыгнул?
– Никак нет, сэр.
– Голос был искаженным, механическим. Говоривший использовал рацию.
– Его нет внизу. В данный момент мы находимся у окна. Тела нигде не видно.
– Обыщите помещение!
Борясь со штормовым ветром, Вентьевский шел по крыше, пригибаясь как можно ниже. Ветер едва не сбивал его с ног. Под ногами Радиста появилось золотое пятно. Как можно аккуратнее разбив стекло под ногами, тот спрыгнул в коридор и бегом бросился к лифту. Раздалось жужжание подъемника.
– Он в лифте!
– закричал кто-то.
Послышался топот
Одного не предусмотрел Радист. Он знал, что в случае предательства или гибели меня и Альберта, власть падет в его единственную руку. Несмотря на увечье, рука Вентьевского выдержит немалую ответственность. Но он не мог знать, что большинство солдат Тасмании уважали Альберта и боялись Радиста. Они готовы сложить головы ради своего командира. Поэтому, едва Альберт проник в группу, тысячи солдат без вопросов пошли за ним
Внезапно Леонид встал на ноги и принялся шарить в своих многочисленных карманах. Достав нож, тот отжал дверь на манер рычага, просунул ногу в небольшую щель, тотчас всунул туда руку и навалился на дверь спиной. Топот ног стал оглушающим. Пол чуть вибрировал под ногами Радиста. Солдаты близко. У него в запасе пара секунд. Вход под охраной. Глупо бежать туда очертя голову.
Появился первый солдат. Тот внимательно осмотрел коридор поверх прицела автомата и тут же пропал. В эту же секунду появился другой солдат. (Коридоры и лестницы башни FSI чрезвычайно узки и позволяли продвигаться только поодиночке). Новоприбывшего солдата встревожило отсутствие товарища. Тут же появился третий солдат, следом четвертый, пятый, шестой.
– Роззини нет. Георгий исчез. Куда, дьявол его побери, он мог пропасть?
– Ах, вот он! Он уже внизу!
– крикнул другой солдат, показывая пальцем в сторону лестницы.
– Слава богу! Я уже испугался, что потерял брата!
Георгий Роззини бросился вниз и скоро слился с толпой солдат.
Родной брат Глеб Роззини и его братья по оружию тоже слились с толпой сослуживцев.
– Чертов дух этот Вентьевский! Где он?
– Своим воплем Альберт заглушил недоуменный ропот толпы.
– Ищите его! Он не мог исчезнуть!
– Жора! Жора!
– кричал Глеб.
– Кто видел моего брата? Жора, ответь! Он опять исчез!
– Не нравиться мне все это.
– У меня плохое предчувствие, сэр Альберт! С моим братом что-то случилось!
– Вентьевский, ублюдок!
– закричал кто-то.
Все повернули голову на крик, но Радиста не обнаружили. Вместо него все обнаружили новенького солдата, совсем мальчишку. Мальчик Ванька Горохов шестнадцати лет от роду волочил в руках какой-то большой предмет.
– Нашел это в кустах.
К Ваньке подбежал Глеб и завопил во всю мощь глотки, прижимая странный предмет к лицу.
– Что такое, курсант?!
– хором крикнули все.
– Георгий мертв. Его убил Радист и забрал форму, - сказал Ванька, не сводя глаз с рыдающего Глеба Роззини.
– Облачившись в нее, Вентьевский покинул башню, сэр. Я нашел ее в кустах. Едва взяв ее в руки, на груди я заметил пятно крови. Мы не заметили кровавого пятна, потому что объект прижал к груди автомат. К тому же было темно, и темные пятна на фоне черной ночи обнаружить сложно. Радист ушел от нас, сэр.